Смертельный танец металлической моли - Ирина Николаевна Пименова
Вот и сейчас она обволокла его долгим, внимательным взором, сразу почувствовав его настроение. Привычным небыстрым движением руки она бережно откинула волосы назад, показав свои тонкие кисти, и улыбнулась. От доброй искренней улыбки все кругом таяло. Что интересно, когда бы он не позвонил ей, она всегда была не занята.
– Привет! Как там поживаете, мои дорогие, близкие-далекие друзья? – ее глаза искрились неподдельным любопытством.
Он автоматически расплылся в улыбке, и сразу же напряжение прошедшего дня отпустило.
– Доброе утро! Мы, как всегда, в гуще событий. Андрей снова борется с инородной напастью. В последние годы это уже стало традиционным.
– Да-да, читала в новостях. У них там какое-то убийственное излучение. Андрей сильно мучается? – С тревогой спросила она.
– Он крепкий. Справится, как всегда. Как ты? Как школа, балбесы? – он всегда подтрунивал над ее учениками.
Ярослава руководила школой майнд-фитнеса на Марсе. Когда она ее открывала, то думала, что спросом это предприятие будет пользоваться только у детей и их родителей. Но с годами интерес возник у взрослых и престарелых людей. Поэтому, кроме программ развития когнитивных функций, она разработала курсы их сохранения.
– Мои балбесы не так уж и ленивы, а некоторые из них вообще в таком возрасте, что смущаюсь их так называть, – улыбнувшись, как лисичка, парировала она. – Скоро расширяемся. Вот думаю о третьем филиале.
Город на Марсе давно разросся. Это была самая первая колония людей на другой планете. Сейчас там проживало около миллиона человек. Конечно, все началось с Луны, но то была база ученых. А сам спутник использовали как перевалочный пункт в дальних космических странствиях. Так что, не покривив душой, можно было сказать, что марсианская – первая, настоящая, большая.
– Как здорово, что все ладится и предсказуемо развивается. Спокойно и размеренно, – отреагировал Александр Петрович.
– Как все закончится, прилетайте ко мне. Я буду рада видеть вас! И Мишу тащите. Он совсем пропал. Не звонит. Нужна сейчас моя помощь?
– Нет, спасибо. С этой неожиданной трудностью взялось бороться столько народу. Я думаю, мы что-нибудь придумаем. А за приглашение – спасибо! Мы обязательно нагрянем, – бодро сказал Александр Петрович. – Как твой сад?
– Ой, разросся. Совсем не хватает на него сил. А когда выдается свободное время, честно говоря, хочется отдохнуть, почитать. Слышал про нового писателя – Рома Гласиера?
– Да, имя на слуху, но не читал, – немного извинительным тоном откликнулся Александр Петрович.
– Так вот. Он очень бойко пишет про жизнь на других планетах. Мне кажется, тебе может показаться интересным. Удивительно, как повседневность становится захватывающей, когда перестает быть твоей.
Он всегда подмечал ее выражения. Они появлялись не нарочито, в простой болтовне, но сразу становились приметными. Она любила жизнь, людей и подмечала тонкости и краски.
Они болтали ни о чем, но в него словно вливался живительный родник силы. От ее размеренного и такого спокойно-уверенного голоса шла волна умиротворения, передаваясь ему через миллионы километров.
– Как Нотиция? Растет? Не вянет? – усмехнувшись, спросил он.
– Куда там! Заполонила мне весь задний двор. Помнишь, сколько бед она натворила на Земле, а сейчас тихонечко цветет, как сорняк. Ты знаешь, иногда мне кажется, что она на меня смотрит. Так уставится своими бутонами, именно на меня, а не по солнцу, и как будто чего-то хочет или ждет, – вдруг неожиданно тревожно сказала она.
– Тебе чудится. Это все от переизбытка работы, – попробовал успокоить ее Александр Петрович. – Вот приеду и посмотрим, как она на меня станет поворачиваться.
Он немного ухмыльнулся, но не зло.
– Хорошо бы проверить! Передай Андрею привет. Он тоже совсем забросил свою тетушку, – подмигнув, ответила Яра.
– Да, мне сейчас ему надо отзвониться по работе. Сразу передам.
Александр Петрович засобирался. Она не стала его дольше задерживать.
Они сердечно распрощались, и Александр Петрович обратился к Тирре, которая под столом почти сгрызла брючину, вытягивая его на улицу.
Прогулявшись с ней, он сел снова перед экраном, серьезно призадумался и после непродолжительных размышлений набрал Андрея.
– Привет. Как вы? Прилетов больше не было? – по-деловому спросил он.
– Нет, нормально! Мы все обдумываем собрание. Конечно, Ваше предложение в приоритете, но, может, есть смысл вернуться к вопросу возведения подземных бункеров? У нас пока бунт не зреет, но люди в сильном напряжении.
– А как ты им этим поможешь? Стройка длительная, дорогая.
– Они хоть отвлекутся, делом займутся. Это очень важно, когда не просто ждешь беды, а активно сопротивляешься. Это как раз помощь. У нас здесь много сторонников всех трех идей: рой Dysward, космический бильярд и бункеры.
– Что, и даже космический бильярд кто-то серьезно рассматривает? Вот что точно будет долго!
– Людям нужны шаги, решения и сразу. Это покажет, что про них не забыли! – Андрей кипятился все больше. – Здесь аргументация в силе «дорого и долго» мало принимается.
– Главное, сохраняйте спокойствие. Как газеты? Шум поднимается?
– Пока умеренно. Журналисты следят за Межгалактическим советом. Кое-кого уже даже выловили на интервью. По-моему, Василия и Клару, как главных докладчиков.
– Хорошо, что не Тишайшего. От этого провокатора можно чего угодно ждать, и он не станет успокаивать общественность. У него на первом месте собственная значимость, – с ноткой угрозы ответил Александр Петрович.
– Что Миша и Кирилл?
– Кирилл как в воду опущенный. У него дочь пропала после последнего удара, ведутся поиски.
– О!.. Жаль это слышать. Надеюсь, найдется.
– А Мишка все взвешивает. Вы же знаете его натуру.
– Обычно ты во всем сомневаешься!
Андрей посмотрел так тяжело, прицельно, как внутрь.
– Да, это моя привычка, – немного растянуто произнес он. – Мишка думает, что слишком быстро списали со счетов медицинские исследования. Мы думаем, что не стоит выбирать что-то одно. Всегда должен быть план Б.
– Здесь согласен. Я думаю, надо начать с чего-то, жизнь подкорректирует. А начинать надо со спутников. Это реалистичнее.
Он чувствовал смятение Андрея. Понимал, что там, на Сомни, все это не носит характер теоретических изысканий, и в качестве активных действий он задумал подготовку к реализации своего проекта.
– Ты знаешь, я после голосования прилечу к Вам. Возьму Клару, еще несколько специалистов. И даже думаю
