Легион Лазарей - Эдмонд Мур Гамильтон

Он закончил снимать отягощение со своих ботинок. Одну гирю он вручил Шерингу. Затем он наполовину взобрался, наполовину всплыл по стене и устроился над входом, где в скале нашлась небольшая вогнутость, дающая ему укрытие.

— Шеринг, — позвал он.

— Что?

Шеринг пристраивался возле устья трещины, где человеку с очевидностью потребовалось бы пройти дальше внутрь, чтобы иметь возможность в него стрелять.

— Звездолёт подразумевает желание лететь к звёздам. Почему вы не ушли?

— По самой простой причине в мире, — горько проговорил Шеринг. — Эта чёртова штука не может летать меж звезд.

— Однако… — изумлённо пробормотал Хирст.

— Он ещё не закончен. Его строят уже более семидесяти лет, и это был слишком долгий и болезненный процесс, Хирст. Его строят секретно, а тут ведь нужно продумать каждую деталь во всей полноте, и нередко отбрасывать и придумывать снова, потому что принцип работоспособного звёздного двигателя ещё никогда не был сформулирован. И он до сих пор не достроен. Он не может быть достроен, разве что…

Он запнулся, и оба мужчины обратили внимание наружу.

— Беллавер смотрит на часы, — сказал Хирст. — Давай дальше, у нас есть минутка.

Шеринг продолжил:

— Разве что мы сможем достать достаточно титанита, чтобы соорудить сверхчувствительные реле. Ничто другое не обладает достаточно быстрым временем реакции и необходимой выносливостью. Мы при испытаниях сожгли, должно быть, тысячу разных панелей.

— Разве вы не можете его купить? — спросил Хирст. Вопрос звучал разумно, но он тут же понял, что сказал глупость. — Я хочу сказать, я понимаю, что материал встречается реже, чем добродетель, и стоит астрономически дорого, вот почему Макдональд был так счастлив его найти.

— Корпорация Беллавера скупала этот материал задолго до того, как был задуман наш корабль. Вот из-за чего эта чёртова суета вокруг. Некоторые из наших людей, не говоря, почему они этого хотели, конечно, пытались обычным способом купить немного у Беллавера, и один из них, должно быть, оказался неосторожен со своим щитом. Потому что лазарь, работающий на Беллавера, поймал ментальный образ звездолёта и выведал причину розысков титанита. Это был конец. За нашим звёздным двигателем гонялись три поколения Беллаверов, и это превратилось в тайную войну, столь же горькую, как и любая другая, когда-либо проводимая на поле боя. Они держат весь титанит, мы держим корабль, и, возможно, теперь ты начинаешь понимать, почему был убит Макдональд, и почему ты так важен для обеих сторон.

— Начинаю догадываться, — кивнул Хирст. — Но только начинаю.

— Макдональд нашёл титанитовый карман. И, как ты знаешь, титанитовый карман не очень большой. Один человек мог наколоть неочищенное вещество, наполнить им мешок и положить себе на спину, если у него нет саней.

— У Макдональда были сани.

— И он их использовал. Он очистил свой карман, боясь, что кто-то другой выследит его по дороге, и где-то спрятал несчастную руду. Потом он начал торговаться. Он подкатил к корпорации Беллавера, а мы услышали об этом и подкатили к нему. Он пытался играть с нами против Беллавера, чтобы набить цену, и вдруг оказывается мёртв, а тебя обвиняют в убийстве. Мы думали, что ты действительно это сделал, потому что титанит не всплыл, а мы знали, что Беллавер его не получил. Мы следили очень внимательно. Так было, пока через несколько лет один из наших людей не узнал, что Макдональд немного громче, чем нужно, грозился, что продаст металл нам, когда Беллавер практически не утроит своё предложение, и, конечно, Беллавер не желал платить такую сумму. Цена, так сильно выходящая за рамки даже для титанита, подтолкнула бы всех конкурирующих судостроителей к нежелательному любопытству. Итак, мы вычислили, что его убил Беллавер.

— Но что произошло с титанитом?

— Это, — вздохнул Шеринг, — то, чего никто не знает. Беллавер, должно быть, понял, что если его ручные лазари не могли найти, куда Макдональд его запихал, мы тоже не смогли. Он был прав. Со всеми нашими комбинированными ментальными зондами и обычными детекторами, мы не смогли его отследить. И мы также не смогли найти других карманов. Корпорация Беллавера получила эксклюзивные права на разработку полезных ископаемых на этой чёртовой луне. Теперь у них там собственный обогатительный завод.

Хирст покачал головой.

— Скрытые впечатления или нет, я не вижу, как я могу тут помочь. Если Макдональд отдал убийце какой-то ключ…

* * *

Из отверстия прохода ударил луч ярко-синего света толщиной в карандаш. Он коснулся стены большого каменного блока. Камень расплавился и потёк, после чего луч погас, оставив пятно, которое какое-то время светилось красным.

— Полагаю, наши десять минут истекли, — заключил Шеринг.

Так и было. Секунду или две больше ничего не происходило, а затем Хирст увидел выплывающий из трещины предмет. Разум подсказал ему, что самое время успеть закрыть глаза. Вспышка ослепила даже сквозь закрытые веки и оставила блик, который не уменьшался. Люди Беллавера вбросили долго горящую ракету, и почти сразу кто-то последовал за ней, в надежде поймать Хирста и Шеринга ослеплёнными и врасплох. Глаза разума Хирста, не затронутые светом, ясно показали одетую в скафандр фигуру прямо под ним, пузырь шлема гостя накрывал светоотражатель. Он с абсолютной точностью направлялся под траекторию свинцового утяжелителя, который Хирст вытащил из ботинка и до сих пор держал в руке. Шаровидный шлем пузыря был очень прочным, а гравитация очень слабой, но сотрясения мозга оказалось достаточно, чтобы человек потерял сознание. В точности, подумал Хирст, как случилось со мной там, в башне подъёмника, когда умер Макдональд. Шеринг, который как раз сию секунду отрегулировал собственную светозащиту, быстро нагнулся и поднял пистолет.

— Следующего, кто шагнёт в проём, мы застрелим, — заговорил он вслух через шлемофон. — Ты слышишь меня, Беллавер?

— Слушай, Шеринг, я был неправ, — отозвался Беллавер. — Я это признаю. Давайте успокоимся и начнём все сначала. Я…

— Десять минут назад звучало «без пощады».

— Мне трудно вести себя разумно, когда дело касается бизнеса. Ты знаешь, что он для меня значит, что он значил для моего отца и его отца. Но я готов на всё, Шеринг, если ты пойдёшь на сделку.

— Я заключу сделку. Легко. Охотно. Верни то, что у нас украл твой дед, и мы в расчёте.

— Ну, нет, мы не в расчёте, — мрачно перебил Хирст. — Нет, пока я не найду того, кто убил Макдональда.

— Раз так, — произнёс Беллавер. — Уилсон, взрывай гранаты.

Вся поверхность тела Хирста выплеснула обжигающий пот. На одну паническую секунду ему захотелось вывалиться из трещины, умоляя о пощаде. Потом он прижал ноги к стене, сильно толкнулся и нырком ушёл через пещеру в своего рода плавающее погружение. В ту же