Bloodborne: Песочный человек - Лемор

Я не пытался как-либо скрывать свои визуальные или, что правильнее в случае Мастера, духовные отличия от человека. Коротко кивнул.

— Ты определил, что кровь вредна, но не смог справиться с причиной вреда.

— Видимо, так… — негромко произнёс Виллем. — Ты пришёл… убить Ром?

— Сейчас я не могу её освободить, — покачал я головой, разглядывая озеро. — Она не только ограничивает, но и сдерживает. Это играет нам на руку. Последствия станут слишком непредсказуемыми, если освободить её сейчас.

— Почему ты называешь это освобождением?

О? Неужели в голосе Мастера прозвучало небольшое возмущение? Он считал Ром успехом?

Я перевёл взгляд на старика.

— Твоё учение строится вокруг глаз, Виллем. И ты по-своему прав: хорошие глаза дадут тебе право увидеть и дотянуться до того, что было тебе недоступно.

— Тогда… почему?

Я постучал пальцем по виску.

— Разум. Не глаза. Увидеть недостаточно. Иногда лучше оставаться слепым, старик. Не ограничение, а предохранитель.

Виллем молчал, размышляя над моими словами.

— Я… увидел…

Мастер приложил руку к маске, что-то начав беспорядочно шептать под нос. Я не мог определить, о чём конкретно он думал или что чувствовал: это был неструктурированный хаос, преимущественно состоящий из ужаса того, что он увидел и прочувствовал.

— В некотором смысле, ты добился своего, — решил я поддержать пожилого Мастера. — Ты добился бессмертия. Разве это не то, чего ты желал?

Старик сжал ручку кресла.

— Я не могу понять, почему тебя прозвали «добрым» Песочным человеком…

Я хмыкнул.

— У меня и впрямь довольно паршивая личность. Но мне не нужен свет, чтобы творить его. Ты давно видел сладкий сон, старик?

Сквозь маску я определённо мог сказать, что на меня уставился холодный, цепкий взгляд.

Определённо, Виллем осознавал, что не мог многое сделать. Его и ребёнок мог придушить — настолько слаб был Мастер.

— Чего… чего ты хочешь, Песочный человек?

— Кто сказал, что мне что-то нужно, чтобы подарить тебе хороший сон? — вскинул я брови, после чего открыто улыбнулся. — Ничего такого, Мастер. Ты и впрямь не сможешь принести мне много пользы. Но я уважаю твой ум и знания, несмотря ни на что. И хочу, чтобы ты передал их одной девушке, достигшей в исследовании Древней крови определённого прогресса.

Думаю, от появления подобного учителя Йозефка будет просто в восторге. Владыки Снов, надеюсь, её не хватит удар. Заниматься исследованиями мёртвой ей будет всяко потяжелее.

По правде сказать, у меня не было далеко идущих планов на этот счёт. Скажем так…

Это была просто маленькая инвестиция, которая мне ничего не стоила. Почему бы и нет?.. В конце концов, в конечном итоге все выйдут в плюс.

Виллем ответил не сразу. Серьёзно задумался, опустив взгляд на озеро. Мастер воспринимал это как сделку с каким-нибудь страшным демоном с далеко идущими последствиями.

Что же… Учитывая существование Бесформенного Идона, предполагаю, что последствия и впрямь будут далеко идущими. В самом кошмарном смысле этого слова.

К несчастью, таковы реалии этого мрачного мира.

— Я согласен… — негромко произнёс Виллем. — Я… стану твоим дорогим клиентом…

Я весело засмеялся. А старик знает намного больше, чем я думал!

Озеро, до этого спокойное, покрылось рябью. Яркая, чистая луна словно на миг задрожала, окрасившись в красный, но затем вновь вернула былой цвет.

Сиротка Кос и впрямь была моей меньшей проблемой…

Эпилог

Амфибии. Жители проклятой деревни, про существование которой, к счастью, быстро забыл мир. Они давно перестали быть людьми, их сознания исказились настолько, что они уже с трудом могли вспомнить прошлое, в котором им не нужно было прятаться от внешнего мира, постоянно ожидая появление охотников, что придут закончить начатое.

Пусть амфибии и не помнили, но чувствовали. Подсознательно понимали, в насколько кошмарном положении находились. Молились мёртвому Великому, видя в этом единственный выход. Это было не осознанное решение — они просто доверились собственным чувствам, что, казалось, внушили им отправившиеся за новым Великим слизни.

Их не мог ждать хороший конец. Ни в каком виде. Быстрая смерть — благословение, о котором они не могли и мечтать.

И всё же…

У них появилась надежда сделать свою судьбу хотя бы чуточку менее безысходной. Возможно, бесконечно далёкой от той, что действительно можно было бы считать хорошим концом, но всё ещё достаточной, чтобы их души могли обрести долгожданный покой.

Толпа стояла на коленях напротив алтаря в виде чаши, наполненной странной, непонятной жидкостью. Существа, сокрытые в густом тумане, издавали странные, пугающие звуки, вознося молитвы к своему новому Богу; приносили с проклятого пляжа песок, олицетворяющий его переменчивый лик; ожидали вести от него.

Они верили, что он вновь придёт. Видели его смутный облик в своих искажённых снах. Чувствовали, что их молитвы доходили до адресата и их слышали, что приводило амфибий в настоящий религиозный экстаз.

Оставалось лишь ждать.

И они дождались.

— А-а-а-а…

— АаА-а!

— Аааа!

Забытую миром деревню наполнил вой. Столь неестественный и пугающий, что заставил бы стыть кровь в жилах самых опытных и сильных охотников, услышь они его.

Рядом с алтарем в виде чаши, покрытой густым туманом, засыпанной вокруг песком, возникла фигура. Или, возможно, всегда была. Песочная ворона, аккуратно присевшая прямо на чашу, с любопытством разглядывала амфибий, чашу и странную жидкость в ней.

Клюв песочной вороны исказился в совершенно неестественном подобии человеческой улыбки.

— Новый «секретный» рецепт эля… Что же, кто я такой, чтобы осуждать клиентов за их вкусы и предпочтения.

В конце концов, настоящий секрет был в одном. В том, что было главной движущей силой в этом мире, источником величайшего проклятия и благословения.

Кровь.

Вой амфибий стал ещё громче.

Начинался праздник, напоминающий оживший кошмар.

* * *

Миколаша и Карла нельзя было считать ни учителем и учеником, ни друзьями. Было очевидно, что если бы не фактор Песочного человека, то Карла давно бы не стало. Правда и наоборот: получи бывший ученик Школы Миколаша хотя бы призрачную возможность, не будь Хозяин из Песка против, и он точно бы воспользовался ей, чтобы с концами избавиться от не желающего покидать их проклятый мир мёртвого Мастера.

И всё же, несмотря ни на что, они прекрасно работали друг с другом. Потому что оба были фанатиками, что лучше всех понимали всю выгоду от прямой службы хозяину паба. Потому что вкусили знаний и возможностей, которых у них в обычном случае никогда бы не было. Потому что знали, что непослушание доброму существу могло значить для