Камень, ножницы, жестянка - ч.2 - Александр Александрович Долинин
- Да... Надо же... А я думала, ты опять прикалываешься...
- Как ты сама недавно сказала: «Давно этого хотелось, а теперь вот и случай подвернулся!..»
- Ну, ты и... - У нее не нашлось подходящих слов, и она ткнула меня в плечо кулаком. - Волшебник-недоучка, теперь еще и сексуальный маньяк по совместительству!..
- А тут одно другому совсем не мешает! - засмеялся я, и Джинджер тут же накинулась на меня, внезапно позабыв о том, что собиралась «просто лежать и отдыхать»...
...Потом мы валялись на ковриках чуть ли не до самых сумерек. Пришлось вставать и быстро собираться, чтобы не спотыкаться на склоне в быстро надвигающейся темноте. Ужин решили перенести в бункер, чтобы не привлекать светом разных насекомых. Вообще-то, их тут почти не заметно, только вот проверять их возможную кровожадность на своей шкуре почему-то совершенно не хочется.
Я внес в комнату столик, потом перетащил кресла и закрыл входную дверь в бункер. Все, теперь тут глухо, как на подводной лодке! Мухи точно не залетят...
Пока разогревали ужин, в комнате заметно потеплело от работающей горелки. Из открытой в коридор двери по полу заметно тянуло легким холодком — значит, какая-то вентиляция тут все-таки есть, пусть она сейчас и не в активном состоянии. Нормально, не угорим... Да и пламя хорошее, яркое, значит, кислорода хватает.
Внезапно меня посетила странная идея. Сразу после того, как закончили есть и собрали мусор в мешок, который я отнес к выходу, мне понадобилось порыться в рюкзаке и достать оттуда свой сотовый телефон.
- Собрался кому-то позвонить отсюда? - спросила Джинджер с заметным ехидством. - Давай, а то там уже Эвелин беспокоится, наверное...
- Смейся-смейся... Хочу проверить одну странную мысль... - Ага, хорошо, что карту памяти не вытащил!.. Где там у меня ярлычок проигрывателя, на каком экране... Есть!..
Джин с интересом следила за моими действиями, вольготно расположившись в кресле. Ничего, сейчас я тебя побеспокою...
- Мой милый кролик! - Она все еще носила эту полумаску с длинными ушами, и сняла ее только на время ужина. - Я хочу прогуляться в тот большой зал, чтобы послушать, как там звучит музыка. Не желаете ли составить мне компанию? Все равно ложиться спать еще слишком рано...
- И что ты собираешься там слушать? Я не большая поклонница классики... Ну и всякой попсовой ерунды тоже... Вот рок — совсем другое дело, но у тебя он вряд ли есть...
- Здесь у меня в основном инструментальные сборники, почти без слов. Как, рискнешь?
- Эх!.. Поживешь с тобой, научишься слушать всякую гадость!.. Ладно, давай, врубай свой «электропоп»...
Я взял коврик, телефон, Джинджер ухватилась за мое плечо, освещая дорогу впереди взятым со стола фонариком, и мы пошли в то самое большое помещение — непонятный ангар. Там не стали отходить от двери далеко, а расстелили коврик и уселись. Пора изобразить диджея, что ли?..
В окружающей темноте светился только небольшой экран телефона, зазвучала музыка. Через некоторое время подсветка отключилась, и нас окружили звуки... Это не зал оперного театра, но акустика здесь оказалась весьма неплохой. Боюсь даже представить, как тут могло громыхать при работе неизвестных механизмов или машин.
Так мы пролежали на коврике около часа, потом Джинджер встряхнулась и сказала:
- Наверное, хватит нам развлекаться. Что-то меня от твоей музыки спать потянуло, так что идем. Если что, можно и завтра послушать...
- Завтра в полдень мы отсюда выходим к самолету. Так что концерт переносится на неопределенное время, мой милый кролик.
- Ладно... Что, встаем?.. Подай мне руку, пожалуйста... - Я помог ей подняться. - И поцелуй, что ли...
Больше этим вечером ничего интересного не произошло. По очереди помылись в душе, и легли спать пораньше. (Кстати, в обнимку.) Джинджер решила, что больше не хочет меня наказывать, и можно перейти к нормальной жизни. Но не этой ночью, а потом. На сегодня нам обоим уже хватит развлечений...
Утром мы еще раз сходили немного позагорать на вершине холма. Ну, и позагорали тоже, конечно... Спустились, перекусили очередными наборами из пайков и принялись собирать вещи. Да, отдыхать хорошо, но дела сами себя не сделают, как всем хорошо известно.
Джинджер уже вернула себе нормальный облик, сняв маску. Но никаких вопросов я ей по этому поводу не задавал — сама расскажет по дороге, не удержится.
- Все, ты готова?
- Я давно готова, а вот ты все свои фонарики собрал, которые на стенах висели? Ничего не забыл?
- Они давно в рюкзаке. Ты оружейные сумки приготовила?
- Смотри сам, на столе. Автоматы в руках понесешь, или сразу в сумку уложим?
- Давай их сразу в сумку, чтобы местных жителей не злить. Ну и нести будет чуть-чуть удобнее. Надеюсь...
Когда мы вышли наружу, я оставил Джин у выхода на поляну, а сам вернулся и наглухо задраил входную дверь, после чего замаскировал мелкими камнями лючок с рукоятью открывания. Нормально, уже с метра не поймешь, есть там что-нибудь или нет. Главное теперь — самому не забыть, где эта рукоятка находится. А то смеху будет, если придется весь угол проверять...
К самолету шли в тишине — никаких объяснений на ходу я не дождался. Да и болтать, когда на спине и груди висят рюкзак и тяжелая сумка, совсем не хотелось. Львы если и сопровождали нас, то из кустов не показывались, никакого рычания тоже не было слышно.
Только когда я закинул наши вещи в багажный отсек и вылил в бак бензин из жестянок, Джинджер подошла, взяла меня за руку и сказала:
- Этот мой... странный костюм... Он только для нас и я надеваю его только здесь. Дома о нем даже не вспоминай, хорошо? Разве что я сама попрошу...
- Как скажешь, милая... Он тебе помог?
- Видишь, ты и сам все понял!.. Да, очень... И... не проси меня ТАМ делать то, что я ЗДЕСЬ делала... Это другая жизнь, маски, не моя...
- «Нереализованные желания приводят к болезням», - процитировал я откуда-то взявшуюся умную фразу. - Так что теперь ты у меня должна быть совсем здорова!.. - Кстати, фильм с Джимом Керри я смотрел...
- Ага, как самка соболя... - засмеялась Джин. Надо же, вспомнила!
- Лишь бы не лягушка... Все, прошу занимать
