Пройди свой путь - Иар Эльтеррус

— Рабства вообще не должно существовать, — возразила неизвестная женщина. — И его не будет. Любой, кто попытается вернуть его, сгниет в тот же день. Даже если рабство будет завуалированным. А по поводу ваших слов скажу одно. Главный принцип мироздания таков: «Не делай другому того, чего не хочешь получить сам!» Вы этот принцип постоянно нарушали, теперь получите воздаяние. Справедливое воздаяние. Рабам точно так же больно, как и вам самим, но вам было на это плевать. Теперь больно будет вам.

— Да не больно этим животным! — не выдержала Эрма. — А если и больно, то все по заслугам! Нас не за что наказывать!

— Ах, не за что? — от туманной фигуры потянуло еще более сильным отвращением. — Что ж, я сделаю даже больше, чем планировала. Специально хотела посмотреть вблизи на нескольких обычных энеймцев, вдруг вы все же люди. Но вы оказались тварями. Так вот, те из вас, кто выживет, отныне будут многократно испытывать всю полноту ощущений когда-либо наказанных рабов во время наказаний — все это сохранилось в ноосфере. Каждому да воздастся по вине его! Десятикратно!

Эрна внезапно оказалась во дворе поместья своего отца, куда как раз привезли купленных у проезжавшего мимо купца трех совсем молоденьких рабынь, которых, насколько она помнила, Гирен тин Бар отдал на потеху воинам гарнизона, но они к следующему утру почему-то умерли. Девушка не видела в этом ничего необычного или плохого — знала, что у мужчин есть свои потребности. Кому, как не рабыням, удовлетворять их? А что воины перестарались? Так это бывает, дело житейское, ничего страшного в смерти рабынь нет. Деньги разве что выброшенные на ветер жалко, за что отец воинам на следующий день и выговорил. Но беда в том, что сейчас она находилась не в своем теле, краем глаза наблюдая за происходящим из донжона, а в теле одной из рабынь. И именно ее ухватил десятник Эрмаль за самое нежное место на теле, да с такой силой, что Эрна чуть не потеряла сознание от боли, оглушительно заверещав. Этим тут же воспользовались, выбив ей передние зубы. Затем женщину затащили в помещение казарм, швырнули на пол и… начался кошмар. Причем Эрна все чувствовала, словно это действительно происходило с ней. Она бы кричала, что это несправедливо, она здесь не причем, она никого не насиловала, да рот оказался занят…

Примерно то же самое испытал и Сол, до него сразу дошло, на какое страшное наказание обрекла их неизвестная сила, уничтожившая их милосердного бога. Мужчина терпел, сцепив зубы, все еще не веря, что рабам действительно было настолько больно. Этого не могло быть! Постепенно, очень постепенно до него начала доходить очень простая истина. Другому тоже больно! А Сол почему-то думал, что нет…

Придя в себя в своих телах, муж с женой обнялись, их трясло. Эрна отчаянно рыдала, а Сол хмуро смотрел в никуда, думая, что если все так пойдет и дальше, то лучше уж сгнить заживо. Это, по крайней мере, относительно быстро. Ведь испытывая вот такое, он быстро сойдет с ума. Теперь мужчина понимал высшую силу, наказавшую их мир. Вот, значит, что они творили, думая, что так правильно? И как это искупить?

— Ты задумался об искуплении, — произнесла туманная фигура. — А раз так, останешься жив. Запомни и донеси до других — рабство и издевательство над другими людьми отныне навсегда запрещено. За это наказание будет страшным. Вы не захотели сами становиться людьми, охотно превратились в скотов, значит вас придется заставить стать таковыми.

Сол и хотел бы возразить, да не мог, понимая, что его сородичи действительно стали чудовищами, причем не понимающими, что творят. И это было по-настоящему страшно. Что ж, наказание правомерно, теперь он это понимал. И то же самое понимали многие в Энейме. Из тех, кто не сгнил душой, в ком еще осталось что-то человеческое. Таковых, к сожалению, было немного, всего около четверти населения. Остальные испытали адские муки перед смертью, а после нее их души отправились на перерождение. Страшное перерождение, врагу такого не пожелаешь.

Суд был завершен. Лина собралась было возвращаться в человеческое состояние, но что-то на границе ментала и астрала планеты обратило на себя ее внимание. Что-то такое, чего тут не должно было быть. Она попыталась просканировать странный объект, одновременно находящийся там и где-то вне времени и пространства. И пришла в ужас.

Это оказалось вместилище неких душ и их качеств, его окружало поле отрицания всего светлого и чистого, причем такой силы, что до зарождения в несчастном мире нового зверобога прошло бы всего два-три года. Так вот оно в чем дело? Вот что сделало Энейм таким кошмаром?

Так это или нет Лина не знала, но была твердо намерена выяснить, что это такое и как здесь оказалось. А затем нейтрализовать.

Глава 22

Холодный взгляд а-фактора, все еще находящейся в ипостаси Судьи, отслеживал малейшие изменения на грани астрала и ментала подвергшейся Суду планеты. Обнаруженное там настораживало, это было нечто невероятное даже по ее меркам, даже в данной ипостаси. Это был след, ведущий чуть ли не за пределы мироздания, в пену миров, куда миллиардами лет никто не забирался. И обнаружить этот почти отсутствующий след мог только кто-то не ниже уровнем, чем она сама. Даже сверхсущность, погибшая в мирах Хаоса, ничего не заметила бы. Что же это такое?

Не ради этого ли куратор привел девушку в Энейм? Все возможно, на зов тот не ответил, только послал волну легкого одобрения, словно говорил, что разобраться Лина должна сама. Что ж, ничего необычного, она уже привыкла к подобному подходу, он уже не настолько раздражал, как раньше. Впрочем, все это не имело значения — нужно выяснить, что спрятано там, куда ведет след. Почему оттуда идет ощущение заточенных в чем-то довольно гнусном душ.

А-фактор обратилась к своей сути, ощущая, как нарастает ее сила, увеличиваясь сперва на порядок, а затем еще на несколько. Все вокруг предстало в ином свете, деталей с каждым мгновением становилось все больше и больше, они становились четче. Где-то там, в пене миров, оказались заточены не полноценные души, а их основы без оболочек — чистые атманы. Сотворить с ними такое был способен только кто-то невероятно сильный и столь же