Двое и «Пуля» - Галина Валентиновна Чередий
— Идем, Лав, я покажу тебе кое-что, чего ты никогда не видела.
Он явно торопился, а я — наоборот. Вокруг и так было то, чего я сроду не видела. Трава, то ярко-зеленая стелющаяся, то серебристая, как тончайшие льдистые иглы, то багровая, едва ли не черная, буро-желтая, полосатая вдоль и поперек, низенькая, высоченная, плотными кустиками и ровным ковром… просто неимоверное количество и разнообразие, от которого у меня рябило в глазах. И как будто этого мало — при каждом шаге из нее что-то выпархивало, хлопая яркими крыльями, выпрыгивало с треском, поблескивая похожим на металлический блеском, разбегалось с писком и шуршанием.
У меня на первых шагах чуть сердце через горло не выпрыгнуло, и за малым я не вскарабкалась с визгом на Киана. Мой опыт вопил, что ничего хорошего шастать под ногами не может, того и смотри цапнут или мерзко поползут по коже, щекоча колкими лапками-усиками и наличие скафандра, совершенно это исключающие, не сразу успокоило.
— Спокойно, Лав, пока я тут никого агрессивного не засек. — успокоил меня Салливан, но я то в голове держала, что защитный периметр он вокруг Пули установил.
Продолжала вертеть головой, путаться ногами и таращиться по сторонам, силясь рассмотреть и запомнить, пока Киан тащил меня вперед, так что ЭТО появилось передо мной внезапно и вогнало в ступор.
— Это… это все вода? — шокированным шепотом спросила, глядя на раскинувшуюся перед нами зеленовато-голубую подвижную ленту, гипнотизирующе поблескивающую небольшими волнами.
— Это принято называть рекой, цветик. — хохотнул Салливан, явно довольный произведенным эффектом.
— А-а-ага… в смысле я знаю. — зачарованно ответила я.
Я же не совсем дикарка, читала описание рек и в гало фильмах видела… хотя ничего из этого не подготовило меня к реальности. Вода… очень-очень много воды… Жидкой, а не огромные ледяные глыбы, какие транспортировали с внешнего периметра астероидного кольца Рагунди, топили и кое-как очищали. Вода, которая текла просто так, не из труб, сама по себе. Почему она такого цвета? Должна же быть бесцветной, прозрачной.
Осторожно подойдя поближе, я вытянула шею, всматриваясь. Ну да, вон у самого края… берега, да, так это называют, она совершенно привычная, прозрачная, но дальше почему-то синела и зеленела. Мучимая любопытством я сделала еще один шаг, выступая из травы на свободную от нее полосу грунта и вдруг кто-то заверещал. Весь, как показалось, берег пришел в движение, грозно зашуршало, будто в шахте начался обвал и десятки существ, которых я почему-то в упор не замечала до сих пор, скатились в реку, превратив воду в рыже-бурую муть. Этого мои и без того натянутые нервы не выдержали и я очутилась на Салливане раньше, чем успела это осознать. Вскарабкалась, вцепилась, прижалась так, что попробуй оторви. А он … этот засранец расхохотался. Реально, принялся ржать во все горло, прижимая к себе еще крепче и выглядя до неприличия довольным.
— Что?! — возмущенно спросила я. — Ты знал, что они там?
— Нет, Лав, я не отходил от корабля слишком далеко, чтобы не оставлять тебя. Видел реку издали.
— Тогда чего же ржешь?
— Ты никуда не побежала.
— И что?
— Ты очень испугалась, Лав, но не побежала прочь, не к кораблю. Ко мне кинулась. — говоря это он зачем-то стал плавно вертеться, кружа меня.
— Это важно?
— Чрезвычайно. Жизнь налаживается, цветик.
Ничего я не поняла, но раз он рад — пусть себе. И это, оказывается, так здорово и приятно — когда тебя кружат. Очень-очень.
Муть, поднятая береговыми невидимками очень быстро осела и вода стала прежней. А мне так захотелось ее хотя бы потрогать, понюхать, но Салливан уперся намертво.
— Ни в коем разе, Лав. Мучают меня смутные сомнения, что все тут не такое простое, каким кажется.
— Это как?
— Ты разве не ощущаешь… — он замялся и нахмурился, пытаясь подобрать определение, но не смог. — ... что-то?
— Если ты о какой-то… вибрации что ли, как рядом с мощным полем, то да.
— Во! — обрадовался Киан. — Оно самое, цветик. Боюсь, во всем тут есть какие-нибудь … ну, скажем, сюрпризы.
— Какие?
— Хрен его знает, но рисковать не будем. Просто смотрим, никаких прямых контактов. — он перехватил мой сожалеющий взгляд в сторону реки и обнял за плечи. — Не парься, Лав. Нам уже хорошо отстегнули за этот рейс, так что, мы с тобой сразу после него рванем на какую-нибудь курортную планетку, с морем и зеленью.
— Где, вполне вероятно, я даже днем из корабля не смогу выйти.
— Фигня вопрос! — беспечно отмахнулся Салливан. — Мы предварительно тщательно выясним и все будет супер. Оттянемся от души.
— Думаешь, если тут воздухом напрямую подышать или водичку потрогать, то, как в ужастиках начнешь мутировать не пойми в кого?
— Как один из возможных вариантов. Надеюсь, что просто быть здесь достаточно безопасно. Так что, мы ждем ровно оговоренное время и сразу сваливаем, хрен с ней, второй частью бабла.
***
— Вот прикинь, несется на нас такое чудо-юдо, размером с Пулю, волосатое, по хребтине колючки, а хохотало там — наш штурмовой броневик со свистом пролетит. Мы все чуть не обделались, еще секунда и палить бы начали и тогда бы все — кабздец нам. Нам потом местные сказали, что тварь эта от пальбы вообще свирепеет, а убить ее не так-то и просто, растоптал бы всех, прежде чем кони двинул. Короче, чудом мы удержались, а паскуда эта страшная в последний момент тормознула, поревела и обратно свалила в свою болотину. Они, страховидлы эти, оказывается вообще травоядные. Просто пугают, территорию охраняют свою и детенышей. А хищники там совсем другие, мелкие, типа земных медведей, только стайные, паскуды.
Ждать возвращения заказчиков нам пришлось трое суток. И к моему удивлению, они промчались незаметно. Отходить от корабля далеко не рисковали, на случай необходимости экстренного старта, так что, большую часть времени мы с Кианом проводили сидя по турецки или лениво валяясь в легких скафандрах на аппарели, наблюдая за кишащей вокруг жизнью, которая активно
