Рассвет - Константин Верстуков
Он вышел к громадному ущелью, ограждённому длинным забором. Низенькая арка пискнула, моргнула золотым огоньком, признав знакомого сотрудника и впустив того на родную территорию.
Шумную. Пыльную.
Ноги сами на мгновение сменили курс, понесли прямо, к буровой установке и дальше, к очистителям, где пустовало знакомое место. Руки вспомнили форму инструмента, а лицо — тяжесть прилегавшей к нему маски. Только голова держалась за поверхность, за слова семиолоида и наполняла уши шумом, чертила перед глазами те фигуры, которым суждено родиться из здешнего металла.
За рядами труб и механизмов копошились знакомые подземники. Они копали, сканировали, очищали, складировали, и дружно не поднимали голов, игнорируя вернувшегося с поверхности коллегу. Среди них Рершера охватил внезапный холод, зябь пробрала тело и толкнула прочь, в сторону, к полным рудами низинам. Блеск очищенных металлов и грохот массивных установок гнали из родной тьмы очередного человечка, швыряя того места к месту, от углублений с бесценными залежами к нескончаемым трубам, гонявшим сквозь себя ядовитый газ. И так шаг за шагом, глубже и глубже, пока Рершер не ступил в поток очередного дыма, за которым уже не видел ничего.
— Отсутствовал ты долго, — механический голос перевёл слова управляющего. — Разве не подобает тебе на восстановлении быть нынче?
— Йодимьяр Флацион’Ги? — Рершер учтиво вытянул руки вдоль живота и склонил голову. — Всё верно, но, просто нужно кое-что забрать.
— Говори точнее. И прежде — гзацион свой покажи.
Мрачные глаза семиолоида упёрлись в перчатку Рершера. Тот тихо развернул руку, открыв перед управляющим инкрустированную в ткани полусферу.
— Истинно так, — длинный рот йодимьяра скривился. — Тебе ещё не менее пяти суток не следует появляться здесь. И тут же, — он вновь провёл тонкой ладонью над рукой Рершера. — Тут же сказано о риске. Объяснись немедля.
Данные были перед ним. Однако и указаний доктора Орайним оказалось недостаточно, чтобы убедить этого тёмно-серого йодимьяра.
Впервые Рершер обратил на это внимание: их цвет, их лица, их взгляды. Впервые стало ясно видно, как сильно различаются между собой те, кто прежде походили друг на друга как две каменных глыбы. Даже кожей: в сравнении с этим тучным скопищем тьмы, Ферниц’Гал сиял аристократичной белизной. Конечно, во тьме не разглядеть, но у каждого из них были свои лица. Каждого, везде. Под шлемами и масками, под землёй и наверху, и даже столь разные и непохожие один на другого, даже так, все они комкались в одну безглазую, закрытую имперским штампом кучу, летевшую на встречу долгу по городам и по полям сражений, пока случай, или ошибка, или роковой удар не принесёт одного из них в неведомую шахту на всеми забытой колонии.
— Мне нужен защитный костюм, — выдавил он. — Две штуки.
— Рершер, часть оборудования это. Пока не выполняешь ты свой долг, тебе не положено брать его.
— Я должен. Ну, это приказ. Господин Орайним приказал.
Мимо прошли и направили на Рершера поток света неразличимые шахтёры. Йодимьяр махнул одной из рук, приказав вернуть привычный мрак и прогоняя прислужников в него же.
— Моё состояние сейчас не опасно. Однако и моя жена, и доктор Ферниц’Гал Орайним могут рисковать собой, просто находясь рядом. Как я понял, дело в газе, осевшем где-то в моих лёгких. Ну, что-то подобное. Я не знаю подробностей. Это приказ, который мне предписал доктор. Я должен его исполнить: не представлять угрозы жизням других.
Чужой, инопланетный звон вновь отдался в голосе Рершера. Краткое изумление покосило лицо семиолоида, после чего тот вытянулся и отступил во тьму, в гомон машин, ревевших на краю холодного обрыва.
— Быть по сему, — прошипел йодимьяр сквозь зубы. — Ты обязан вернуть их после, Рершер. Разрешение даю, но покинь мой карьер.
Управляющий повёл рукой, развернулся и исчез в пещерной полутьме. Рершер же зашагал к инструментальному центру. Небольшое строение таилось в одной из каменных стен, укрытое забором и окружённое крохотными светодиодами. Пришлось обойти почти весь карьер, чтобы добраться до входной будки: Рершер пробирался по знакомым и не знакомым ходам, минуя датчики газовых выбросов, буровые установки и вездесущие рабочие отряды, зазывавшие при первой же встрече пойти с ними и помочь, а не слоняться по шахте без дела.
Наконец, он оказался у входа. В жёлто-рыжем полусвете не было больше ни души. Рершер подошёл к открывшейся перед ним двери и тут же ощутил знакомый тёплый запах: железо, медь, каменная пыль, немного ржавчины и к этому вдобавок колкий солёный аромат, неустанно следовавший за владельцем крохотного центра.
— О! Какие люди, — низенькая фигура среди витиеватых полок двинулась к вошедшему. — Жив! Ты разве не помер?
— Всего лишь на восстановлении.
Грохнулась за спиной входная дверь, умолкла, всё застыло. Под белым светом два человека переглянулись, покосились друг на друга.
— Если чего хочешь, то сперва к Флациону сгоняй, — собеседник Рершера отполз к одной из оплетавших стену труб, ухватив механической рукой рудный детектор. — Сам знаешь, пока он не вякнет, я и пальцем шевелить не могу. Даже механическим.
— Зацим, у меня есть дозволение.
— Как? — мелкая фигура моментально выкатилась из глубинки склада. — Да врёшь! Не может быть.
— Может. Прошение предоставил доктор Орайним. Нужны два защитных костюма высшего ранга.
— Высшего? — серое лицо Зацима скривилось. — Ну ты загнул конечно, совсем меня решил с ума свести!
— Я могу показать дозволение, оно как раз поступило от йодимьяра.
— Да, Пустота с этим йодимьяром, — Зацим посмотрел на свой гзацион, быстро, небрежно, и тут же сунул руку в один из карманов. — Чтоб я… а ведь правда. Можешь потом поплакать от благодарности своему доктору, это вне его долга.
— Почему? Они же обязаны спасать жизни любой ценой.
— Конечно, — Зацим отвёл глаза к проекционному экрану, на котором тут же стал что-то перебирать. — Но ты ничего не понимаешь, дурень! Костюм то твоей жене нужен, да? Ну так. Думай! Нет такого закона, по которому ей кто-то что-то тут должен. Тем более такой костюм, вот ведь выдал!
— И всё же йодимьяр Флацион уступил, значит, что-то законное в этом есть.
— Да выбора не было у него, врубаешься? Каждый должен выполнять свой долг по закону, понимаешь, каждый… — полукиборг умолк на мгновение, окинув взором сотни мелких и крупных полок, забитых инструментами, костюмами, минералами и камнями. — И при том никто не может препятствовать исполнению чужого долга. А доктор твой не дурак, прям совсем. Он написал, что без костюмов не сможет исполнять свой долг. Выйди на свет такое, и Флациона мигом повязали бы гвардейцы. Вот она — законность.
— Даже не знал. А вот ты,
