Галактика Белая - Наталья Владимировна Бульба
Срок службы небольшой — при самых благоприятных условиях дотягивали лишь до полугода, но когда других вариантов немного, отказываться даже от такой возможности знать, что затевает противник, не стоило.
— Плохо… — качнула я головой.
Что — плохо, объяснять не пришлось, все, кто присутствовал сейчас в зале, сами это понимали. Нам отрезАли пути эвакуации… Еще не так, чтобы совсем, но… вариантов безопасного провода конвоев становилось с каждым днем все меньше.
— Мы работаем по навигационкам скайлов, — небрежно заметил Ягомо. Надо сказать, уже не в первый раз.
— Мы работаем по навигационным картам, предоставленным нам скайлами, — повторила я то, что уже говорила. — Мы соблюдаем все договоренности, достигнутые Коалиционным Штабом с главами других секторов.
— А потом станет поздно… — флегматично протянул Дарил. И даже откинулся на спинку стула…
— Предлагаешь довести эту глубокую мысль до адмирала Соболева? — не без сарказма уточнила я. — Так и скажу… господин адмирал, по нашему заключению…
Все всё прекрасно понимали, но… Паскудства действительности, в которой мы существовали, это не отменяло.
— Принято, лидер-капитан! — подскочил Дарил, сообразив, что зашел слишком далеко. — Действуем в рамках договоренностей.
— И все-таки он прав, — чуть слышңо произнес стоявший рядом со мной Ягомо.
— А я разве спорю? — горько усмехнулась я.
Ситуация с каждым днем становилась все серьезнее, а там, наверху, пытались сохранить статус-кво, крепко держась за свои секреты.
— Это — все? — меняя тему, спросила я Дика.
Уходили они парой: «Истори» и «Иллюзор» Виктора Самерса. Дик — балагур и весельчак, Виктор — невысокий крепыш из тех, у кого все ладится, за что бы ни взялся. И экипаж у него собрался подстать: все деловитые, хозяйственные и запасливые.
А ещё — памятливые. Первое, что сделали, сбросив вещи в отведенный для них спальный блок — разысқали главный зал совещаний и установили при входе мемориальную досқу с именами тех, қто уже не вернется и надписью: «Не забудем!»
Коротко, но большего и не требовалось. Клятвы длинными не бывают.
— Нет, — мотнул головой Дик. Потом как-то жалобно посмотрел на Виктора, сидевшего с другой стороны стола.
Тот в ответ приподнял бровь и… развел руками…
— Испытываем мое терпение? — «ласково» протянула я.
— Если бы… — медленно выдохнув, как-то… слишком серьезно для такого шалопая, каким он был, произнес Дик. — Капитан, когда вышли из последнего прыжка, сканеры зацепили передачу на нашем внутреннем канале. Шел широкой полосой…
— Что?! — подалась я вперед.
Первая мысль о предательстве… Вторая…
— Прежде чем прекратился, успели взять четыре цикла, — продолжил Дик, старательно не глядя на меня. — Одно слово и координаты.
— И это слово? — догадываясь, что именно оно и смущало моего капитана больше всего, поинтересовалась я.
Дик опять посмотрел на Виктора, но теперь уже с легким пренебрежением, и, прибизившись ко мне, прошептал в самое ухо:
— Шторм.
— Что? — на это раз уже без ярости спросила я.
— Шторм, — повторил он все так же чуть слышно. — И координаты точки на границе сектора стархов.
— Даже так… — чуть расслабилась я, понимая, что уже ничего не понимаю. — Запись — мне, все остальное…
— Принято! — довольно осклабился Дик. — Капитан, а как насчет… на боковую? — «преданно» посмотрел он на меня, возвращая к мысли, что при всей моей жесткости разбаловать я их все-таки сумела.
— Полный отчет мне и можете быть свободны, — вроде как смилостивилась я. — Остальные, тоже…
— А я? — не удержался от паясничанья Дарил, тут же получив по шее от Шураи.
— А ты…
— Капитан, у нас гости… — не дал мне закончить дежурный.
— Принято, — «кисло» улыбнулась я. — Так парни, у нас гости…
— Гости… — «промурлыкал» Дарил, мягко, по-кошачьи поднимаясь со стула.
— Гости! — повторил с утробным рыком Шураи…
Пацаны!
Не наша виңа, что отношения со служившими на базе скайлами продолжали оставаться натянутыми.
Не наша… Но и не их.
Просто мы были разными. Даже с учетом проведенной совместно операции и того факта, что уже находились здесь.
То, что во многих экипажах служили скайлы, ситуации в лучшую сторону не меняло, скорее — усугубляло. Для тех, настоящих подданных кангората, эти были и оставались отступниками.
Возможно, не все, но большинство — точно.
— Капитан, ты позволишь… — Дарил подошел ко мне… Взгляд — масляный, улыбка — многообещающая.
На драку он нарывался уже не единожды. Не за себя — за Джастина, которого мы потеряли.
— Капитан… — бодро протянул собиравшийся на боковую Дик.
— Отставить, капитан! — жестко отрезала я, ещё не забыв разговор об уважении к чужой культуре, который у нас состоялся с экаром Кордиш, командиром базы. Прошло две недели, а я все ещё помнила то ощущение, как будто с разгона, да в сорванный прыжок, когда не знаешь, куда выкинет.
И ведь причина была очевидна и просчитываема. Арина. Свободная девушка на базе скайлов.
Воспринимать ее просто, как члена экипажа, они физически не могли.
— Когда я сказала, что у нас гости, имела…
Закончить я не успела. Створа двери ушла в сторону, не дав нам хотя бы попытаться сделать вид, что мы рады появлению нового действующего лица.
Впрочем, этот и так прекрасно все знал.
Аркон Андриш. Дарих корпуса «Миджари». И старший брат Джастина, который был моим опекуном.
* * *
— Сложно? — Андриш кивнул на дверь зала, намекая на весьма неохотно покиңувших нас парней.
— Вообще или конкретно сейчас? — не без труда заставила я себя улыбнуться.
Андриш был одним из немногих скайлов, общение с которыми не оставляло неприятного осадка. Сожаление — было, чувство вины за то, что не уберегла его брата — тоже, а вот ощущения, что твое присутствие не вызывает ничего, кроме желания очиститься, избавляясь от того, что чуждо — нет.
— Если ты так ставишь вопрос? — хмыкнул он, вновь напомнив про свою неправильность.
— А можно иначе? — поддержала я легкомысленный треп. Пальцем подозвала ближе, когда подошел, кивнула на зафиксироваңный на объемке сектор. — Нравится?
Взгляд был коротким, но вряд ли он не увидел то, что я хотела показать, и — не понял, что так и осталось не сказанным. Вот только с ответом не торопился. Оглянулся зачем-то на дверь…
— Это ваши заморочки или приказ наших? — сделала я соответствующий вывод.
И раньше мелькала мысль, что группе просто не давали развернуться, не позволяя продолжить творимый нами беспредел, он своим молчанием лишь дал в ней утвердиться.
— А тебе что больше по нраву? — резко сбил он меня. Смотрел твердо, заставляя вспомнить,
