Родной приемный сын миллиардера - Ксения Фави
— Почему ты так отреагировала на то, что я вошел?
Вопрос заставляет ее посмотреть на меня. Да уж, в провокации я всегда был силен.
— Мм, в смысле?
— Ну, ты очень испугалась.
Прямолинейности мне тоже иногда не занимать.
— А ты бы не испугался, если бы открыл глаза, а над тобой кто-то сидит? — хмыкает.
Попытка отшутиться не засчитана.
— Если бы это была, например, Лана, ты так же бы отреагировала?
Хмурится.
— Тугулов, что за допрос?
Пожимаю плечами.
— Мне просто интересно, каким ты меня считаешь. Тем, кого следует бояться?
Вот теперь снова прячет взгляд.
— Я тебя плохо знаю. И как только думаю, что поняла, кем тебя считать, тут же… В общем, тут же понимаю, что совсем тебя не знала.
Справедливо. Хотя мне тоже есть, что сказать. Но сейчас даже я понимаю — не время.
У нее есть какая-то своя правда, чувствую. Может, я дождусь ее вместе с рассказом о сыне? Припереть ее к стенке мне все-таки ой как не хочется. Тогда ее страх вообще не пройдет.
— Знай одно, — говорю, и на этой фразе она поднимает глаза, — тебе не нужно меня бояться.
Смотрит недоверчиво. Но надеюсь, эти слова все-таки западут ей в мозг. А пока понимаю, что невыносимо хочу до нее дотронуться.
Двигаюсь ближе, протягиваю руку и беру ее ладошку. Сжимаю, поглаживаю большим пальцем. Не сопротивляется. Молчит.
Еще больше сокращаю расстояние между нами. Перекидываю ее ноги в мягких спортивных штанах через свои колени, подтягиваю ее к себе. Рукой упираюсь в спинку кровати. Яра не на моих коленях, но в коконе из моих рук. Глубоко вздыхает.
— Помнишь, что я просил? — хриплю. — Не надо бояться.
Она ухмыляется, несмотря на панику в глазах.
— Еще ты говорил, я не должна быть у тебя в доступе.
Теперь и я смеюсь.
— Я не лезу тебе языком в рот. Или куда-то еще…
Улыбка тает на ее лице. А губы приоткрываются, чтобы захватить порцию кислорода. Черт, я же сказал, не лезу.
Она почти лежит на моей руке. Наши лица так близко. Свободной ладонью оглаживаю ее подбородок. Поднимаюсь к скуле. Касаюсь ушка. Вот его бы я тоже поласкал языком.
Ни одна женщина не вызывала в моем организме столько жара.
— Тамир…
Она прикрывает веки. Ее искреннее удовольствие всегда срывало тормоза.
Какой-то резкий звук заставляет Яру вздрогнуть в моих руках. Не сразу понимаю, это стук в дверь. Я плотно закрыл ее.
— Подождите! — командую.
— Что-то со Степкой…
— Ш-ш.
На секунду прижимаюсь губами к ее щеке. Недалеко от нижнего века. Чувствую, как ее ресницы трепещут.
После осторожно выпускаю ее из рук.
— Входите.
Яра смущена до предела. А я остаюсь сидеть, чтобы не смутить нашу няню. Потому что мое тело отреагировало на близость с Ярославой должным, но не совсем приличным образом.
Лана, правда, остается в дверях.
— Мне позвонила Рамила, — она имеет в виду одну из моих сестер, — они в отпуске вдвоем с мужем. Младшая дочка их вроде бы нормально отпустила, но очень сильно капризничает с няней. Рама попросила меня приехать к ним на пару дней. Степа уже успокоился…
— Конечно, можешь ехать, Лан! — реагирует Яра. — За Степкой я сама пригляжу. Я поспала. Спасибо тебе.
Няня улыбается.
— Пока ты спала, с ребенком в основном сидел Тамир.
Яра смущается.
— Ну, теперь я буду с ним. Тамир может сделать свои дела…
— Нет у меня никаких дел, — перебиваю, — поезжай к Рамиле, Лана. Мы тут справимся.
— Я тогда побегу!
Опытная няня уходит. Я могу подняться на ноги. От Ярославы слишком не прячусь. Пусть видит, что желания она у меня вызывает вполне мирные.
Хотя Яра едва взглянула на меня из-под ресниц.
— Пойду возьму ребенка, — выпаливает она.
И уносится из спальни.
Я выхожу на балкон из их комнаты, чтобы освежиться. Стараюсь думать о чем-то банальном и не думать о губах Яры.
В общем-то, под таким девизом проходят следующие несколько дней. Отвлекаюсь, как могу.
Основное, конечно, сын. Под предлогом его капризов я провожу с ним больше времени, чем логично для постороннего человека. Мы даже успеваем еще крепче подружиться. Насколько это возможно с полугодовалым малым.
Яра то и дело бросает на нас с ним долгие взгляды. Я стараюсь так же долго не пялиться на нее.
Дней через семь решаю выехать из дома. До этого ограничивался лишь парком, где гуляют Степка и Яра. Но сегодня из-за границы вернулся друг.
— Точно будет все нормально? — спрашиваю у Яры после завтрака.
Мелкий лежит в своей переносной люльке.
— Боже, Тамир! — девушка закатывает глаза. — Я несколько месяцев жила с ним вообще одна. И первые зубы пришлись на тот период.
Не комментирую.
— Хорошо. Но если что, сразу звони.
— Езжай спокойно.
— Я все сказал.
Глава 11
Дэн вернулся дня три назад. С родней уже повидался и сказал, что не может смотреть на еду и напитки. Так что пошли от противного и решили пересечься в спортклубе. Мне тоже не помешает спустить пар.
Дэн Смирновский младше меня лет на пять. Он адвокат, к слову, когда-то учился с Романом и Ангелиной. А еще с первого курса был на побегушках в адвокатском кабинете дяди. Как только начал соображать, помогал в делах. Сейчас это молодой, но хваткий и опытный спец. Не завидую я его противникам.
— Повтори, — здоровяк-брюнет стирает пот белым полотенцем и опускается рядом со мной на скамью, — значит, ты теперь женат.
— Они просто живут у меня, — хмурюсь.
Друг ухмыляется.
— У тебя что, мало недвижки? Ты все распродал? Я что-то не знаю?
— Ой, успокойся.
Иду делать подход, а когда возвращаюсь, нас уже трое. Подошел мой старый приятель. Он помогал мне, когда я только вливался в отцовский бизнес.
Таханову наоборот побольше лет, чем мне. Чуть за сорок. У него сеть торговых центров и железный торс. Его и звать в клуб не пришлось, сам каждый день ездит. Давно один, воспитывает дочь.
С Дэном они, естественно, знакомы.
— Тебе не потребуется семейный адвокат, Тамир? — поднимает бровь старший друг. — Стелла сказала, ты в полной заднице.
Качаю головой.
— Язык без костей.
— Она боится, тебя обдерут как липку, — Таханов насмешливо делится.
— Я тебя уже просил не видеться с ней.
Друг идет к тренажеру. В это время решает вставить слово Дэн. Окидывает меня взглядом. Я как раз плюхаю на базу
