Протокол «Вторжение» - Виктор Корд
— Радиационный фон в желтой зоне, — доложила Инга. — Но есть и хорошие новости. Сканеры показывают залежи титана и вольфрама в третьем цехе справа. Складской терминал. Если там остался стратегический запас…
— То мы сможем починить обшивку и напечатать еще пару сотен дронов, — закончил я. — Тормози. Нам нужен пит-стоп.
Поезд с шипением стравил пар и остановился.
Я стоял в шлюзовой камере, проверяя снаряжение. На этот раз я взял с собой не только «Медведя», но и штурмовую винтовку — трофейный «Калашников» со склада Гвардии, который Модуль пересобрал под усиленный патрон и интегрировал с моим прицелом.
— Клин, ты со мной. Тяжелая броня. Огнемет на спину.
— Люблю запах жареного, — усмехнулся сержант, лязгая затворами.
— Рысь, — я посмотрел на девчонку. Она натягивала респиратор, её глаза бегали. — Ты идешь проводником. Твоя задача — слушать. Если услышишь этот свой «шепот» или почувствуешь магию — сразу сигнал. Не геройствовать.
— Поняла, — буркнула она. — А если там… Хозяин?
— Если там Хозяин, мы вежливо попросим у него взаймы немного металла.
Катя осталась на борту координировать действия и прикрывать нас ментальным куполом. Синтеты заняли оборону по периметру поезда.
Мы спустились на насыпь.
Ботинки хрустели по стеклу и шлаку. Воздух здесь был густым, маслянистым, с привкусом окисленной меди.
— Жуткое место, — прокомментировал Клин, светя фонарем на стволе пулемета по темным окнам цехов. — Такое чувство, что рабочие просто встали и ушли.
— Или не ушли, — я указал на землю.
В пыли виднелись следы. Не человеческие. Глубокие борозды, словно кто-то тащил что-то тяжелое. И странные отпечатки — смесь когтистой лапы и… гусеницы?
Мы двинулись к складам.
Путь преграждали завалы из ржавой техники. Грузовики, бульдозеры, даже остов танка. Все они выглядели так, словно их жевали. Металл был искорежен, порван, местами оплавлен кислотой.
Но самое странное — растения.
Сквозь капоты машин, сквозь асфальт и бетон прорастали серые, жилистые лианы. Они оплетали технику, врастали в металл, словно впитывая его в себя.
— Техно-органика, — прошептал я, сканируя ближайший куст, на котором вместо ягод висели ржавые гайки. — Мутация флоры под воздействием промышленных отходов и магии.
— Это не мутация, — тихо сказала Рысь. Она остановилась, прислушиваясь. — Это сад. За ним ухаживают.
Мы подошли к воротам склада. Массивная стальная створка была вырвана с мясом.
Внутри царил мрак.
Я включил ПНВ. Зеленоватое свечение выхватило ряды стеллажей.
Они были пусты. Почти.
В центре зала, в куче мусора, что-то блестело.
— Титан, — подтвердил сканер. — Слитки. Тонны две.
— Бинго, — Клин шагнул вперед.
— Стоять! — я схватил его за плечо.
Мой интерфейс подсветил аномалию.
Куча мусора шевелилась.
И не только она.
Тени в углах ангара начали отделяться от стен.
Это были не люди.
Это были гибриды. Скелеты, скрученные из арматуры и труб, оплетенные живыми мышцами и лианами. Вместо голов — черепа животных или обломки механизмов с горящими красными диодами.
«Ржавые Ходоки».
Их было много. Десятки. Они висели на потолке, прятались за ящиками. Они ждали, пока мы войдем глубже.
— Засада, — констатировал я. — Клин, огонь по центру!
Клин не заставил себя ждать. Струя напалма из его ранцевого огнемета ударила в кучу мусора.
«Куча» взвыла механическим скрежетом. Из неё выпрыгнуло нечто, напоминающее краба, собранного из ковшей экскаваторов.
— Контакт!
Загрохотали выстрелы.
Я работал одиночными, метя в уязвимые узлы — сочленения гидравлики и пучки нервных волокон.
Пули «Калашникова» пробивали ржавую броню, выбивая фонтаны черного масла и зеленой слизи.
Твари были быстрыми. Один из «ходоков» — гуманоид с циркулярной пилой вместо руки — прыгнул на меня с балки.
Я ушел перекатом. Пила высекла искры из бетона там, где была моя голова.
— Получи! — я выстрелил ему в «колено» из подствольного дробовика. Ногу оторвало.
Тварь упала, но продолжала ползти ко мне, скребя пилой по полу.
— Сзади! — визгнула Рысь.
Она выхватила свой пистолет-пулемет и дала очередь.
Маленькая, юркая тварь, похожая на механическую крысу, пыталась зайти Клину в тыл, чтобы перегрызть шланг огнемета. Пули Рыси отбросили её.
— Спасибо, мелкая! — рыкнул Клин, разворачиваясь и заливая сектор огнем.
Напалм был эффективен. Лианы и плоть горели отлично, а металл раскалялся, выводя из строя электронику тварей. Ангар наполнился вонью горелой резины и мяса.
Мы отступали к выходу, огрызаясь огнем.
Но путь нам преградил Он.
В проеме ворот возникла фигура.
Она была выше Клина в экзоскелете. Три метра стали и мышц.
Это был не просто мутант. Это был киборг, собранный с любовью.
Его тело состояло из корпуса старого советского погрузчика, в который было вживлено тело медведя-мутанта.
На груди, там, где у машины был двигатель, пульсировал зеленый кристалл. Магическое сердце.
«Садовник». Элитный страж.
Он поднял руку-манипулятор, в которой был зажат кусок рельса, и заревел. Рев был смесью рыка зверя и гудка паровоза.
— Босс, у меня топливо на исходе! — крикнул Клин. — Эту тушу мне не сжечь!
— Инга! — я вышел на связь. — Мне нужна поддержка! Срочно!
— Дроны на подлете! Но в ангаре сильные помехи, я не могу навестись точно!
— Бей по координатам! Квадрат входа!
Я переключил винтовку на подствольный гранатомет.
У меня был один заряд. Тот самый, экспериментальный. «Грави-мина», которую мы собрали на коленке из остатков азиатского дрона.
— Клин, Рысь! В стороны!
Я выстрелил.
Граната ударила Садовнику в грудь, прямо в зеленый кристалл.
Взрыва не было.
Было Сжатие.
Пространство вокруг груди монстра скрутилось в узел. Металл заскрежетал, лопаясь. Плоть медведя втянуло внутрь корпуса.
Садовник замер, глядя на дыру в собственной груди, где исчезал материя.
Он сделал шаг, пошатнулся и рухнул, рассыпаясь на куски.
— Уходим! — скомандовал я.
Мы выбежали из ангара под прикрытием подоспевших дронов «Оса», которые поливали остатки мелких тварей лазерами.
Пока мы бежали к поезду, я заметил кое-что.
На стене соседнего цеха, высоко над землей, висел баннер. Старый, выцветший советский плакат: «Слава Труду!».
Но поверх него, свежей, люминесцентной краской, был нарисован символ.
Черный Дракон, кусающий свой хвост. И иероглифы.
Азиатский Доминион.
— Они были здесь, — прохрипел я, запрыгивая на подножку локомотива. — Они не просто прошли мимо. Они оставили метку.
— Это знак «Опасно. Карантин», — перевела Катя, встретившая нас в шлюзе. — Они зачищали этот сектор, но не смогли справиться с Хозяином Леса. И решили просто запечатать район.
— А мы вскрыли печать, — я снял шлем. — Клин, грузи титан. Мы забрали то, за чем пришли. Но теперь вся
