Родной приемный сын миллиардера - Ксения Фави

Пришла я сюда как подруга именинницы. Не как его пара! То есть я его не позорю. Что не так?

Смотрит. Почти не отрываясь. Я тоже ничего не могу с собой поделать и то и дело кидаю в его сторону взгляды. Хм, надеюсь, он не решит, что я легкомысленная? Он ведь составляет для себя мой портрет как матери.

А вообще надоело! Я должна что-то изображать из себя?.. В то время как сам Тугулов человек-загадка.

Пока заставила себя отвернуться от него на несколько секунд, к нему подошла Стелла. Женщина явно сегодня хочет выглядеть лучше двадцатишестилетней дочери. Это серебристое платье по фигуре, локоны. Мастерский макияж как всегда. Затмить всех — ее девиз.

Получилось ли? Не знаю. У меня эта персона вызывает негатив, так что объективно судить не могу.

Мадам приблизилась к сыну вплотную. А тот как стоял, так и стоит. Стелла же что-то шепчет ему на ухо… поглядывая на меня! Наверняка осуждает мое поведение!

Не смогла меня подкупить, избавиться, так теперь будет настраивать Тамира против меня.

Впиваюсь в них взглядом. Вижу, как Тугулов поморщился.

Тем временем медленная композиция подходит к концу. Роман выпускает меня из объятий, но задерживает в руке мою руку. Мне так и хочется не забирать. Позлить Тамира. Да что это вообще такое?!

Мне бы не ходить по лезвию ножа… У меня сын, и его будущее во многом зависит от нашей "дружбы" с его папочкой. И от моего образа в его глазах.

Да и в целом ни к чему это ребячество.

Забираю руку у приятного молодого человека. Иду с танцпола и вот тут не могу отказать себе в желании пройти мимо Тугулова. Вернее, иду прямо на него. Роман вроде бы сзади, но для меня это сейчас неважно.

Стелла уже куда-то унеслась. А вот Тамир так и не двигался с места. Подхожу к нему и встаю напротив. Прищур, улыбочка. Все у него как обычно.

— Вижу, тебе не скучно, — он не сдержал комментарии.

— А я должна была тут скучать? — поднимаю бровь.

Оборачиваюсь. Роман куда-то испарился из-за моей спины.

— Нет, — Тамир качает головой, — просто я беспокоился, что так будет.

У меня вырывается смешок.

— Наверно, поэтому даже ни разу не подошел!

Боже, претензия вылетела сама собой.

— Не думал, что именно я сделаю твой вечер приятнее.

— Как видишь, не ты и сделал, — бурчу себе под нос.

Тугулов лишь дергает губами. А я вижу краем глаза, как Роман вдалеке разговаривает со Стеллой. Ее серебряное платье так и блестит. И они поглядывают в нашу сторону. Хмурюсь и решаю спросить.

— Твоя мама общается с одногруппниками дочери?

Неужто она решила пофлиртовать! Однако Тамир говорит такое…

— Роман — ее личный адвокат. У нас есть юристы в компании. Имеются проверенные адвокаты отца и мои знакомые. Но мамины дела помогает уладить Рома. Когда-то Геля их познакомила, ты права.

— Он молод… — растерянно бормочу.

— Зато предан ей. Да и за некоторые мелочи опытный юрист не возьмется.

— Какое совпадение…

Говорю и подозреваю, что это совсем не случайность.

— Она его подослала к тебе, — Тамир прямо озвучивает мои догадки.

— Но зачем?..

Мне становится горько. Не от подставы Стеллы, хоть меня и тревожит ее воинственный настрой. Мне плохо, что я развесила уши. Поверила, что могу кого-то заинтересовать.

Я не могу сказать, что страдаю от низкой самооценки. Или что мне жизненно нужно внимание мужчин. Но почему-то сейчас чувствую себя раздавленной. Может, потому что это первая вылазка в свет после проблем и декрета. И такое…

— Она думала, ты поведешь себя легкомысленно и некрасиво. Ну или просто начнешь охотиться за молодым холостяком.

— А ты откуда узнал? — морщусь.

Они же не заодно?!

— Мне сказала Ангелина. Сама она побоялась вмешаться в планы матери. Но мне сообщила, чтоб я контролировал ситуацию.

— И почему ты сразу не сказал? — меня тревожит подозрение. — Не стал мешать проверке?!

Тамир качает головой.

— Спокойно, Яра. Узнал я несколько минут назад. Как раз до вашего… танца.

В его голосе все же недовольство.

— И что ты собирался контролировать? — щурюсь.

Взгляд мужчины становится холодным. Но говорит он внезапную вещь.

— Я бы не допустил, чтоб кто-то обидел тебя.

Пока растерянно хлопаю глазами, минутка нашего уединения заканчивается. Рядом с нами вырастает высокая фигура и слышится радостный, но несколько наигранный вскрик.

— Тамир!

Тугулов морщится. Как будто от досады.

— Откуда ты здесь, Аурика?

Я где-то слышала это имя недавно. Боже… Это ведь его бывшая!

— Ну как же я могла пропустить… Гелечка прислала мне приглашение.

— Или это сделала мама?

Тугулов мрачно хмыкает. Я же оглядываю Рику.

Как уже заметила, она высокая. Выше меня и даже немного выше Тугулова. Личико кукольное — большие карие глаза с длинными ресницами, прямой тонкий носик (причем похож на натуральный, не из-под ножа хирурга), в меру пухлые губы. Мягкие волны волос цвета молочного шоколада. Очень красивая девушка лет двадцати пяти-тридцати.

Стоит ли говорить, что она худенькая и одета в платье люксового бренда? Цвет шелковой ткани почти сливается с цветом ее волос.

Странно, но я совсем не комплексую на ее фоне. Уже привыкла, что рядом с Тугуловым все красивое и пафосное.

— Рика, малышка! Какая ты молодец, что пришла! — Стелла оказалась рядом с нами словно метеор. Еще же недавно с Ромочкой болтала.

— Стелла, вы как всегда потрясающе выглядите! Добрый вечер!

— Теперь он стал совсем добрым! Ты тоже чудесно выглядишь, дорогая!

Светские львицы расцеловываются. На лице Тугулова явные признаки тошноты. Мне даже становится смешно.

— Я уже сказала Тамиру, как рада всех вас видеть! — рот Рики вновь свободен для любезностей.

— Ты умничка! А ведь недавно с самолета… Как там папа?

— Ой, даже и не спрашивайте…

Не успеваю заинтересоваться, что же там с папой Аурики, как меня трогают за локоть. Наконец, возле уха раздается приятный голос. Ко мне подошла Геля.

— Фуф, Слава… Отойдем?

— Угу.

Я стояла поодаль от остальных, так что могу слинять незаметно в приглушенном свете.

Впрочем, Стелла бы меня явно не останавливала. Что там думает Тамир, не знаю.

— Наконец-то я со всеми перездоровалась, — выдыхает Геля, — представляешь, сколько прошло часов?..

— Ты же любишь, когда на твоем празднике много народа.

Подруга улыбается.

— Это да.

Мы отошли к моему столику. Ромы на горизонте не видно, за большой круглой столешницей только какие-то две девушки. Я и Геля присаживаемся подальше от них.

— Извини за маму, — Ангелина вздыхает, — не думала, что она возьмется делать тебе проверки. Когда узнала, сразу сказала