Звезданутый Технарь. Том 3 (СИ) - Герко Гизум

— Мири, детка, начинай дискотеку! — прошептал я себе под нос, чувствуя, как внутри все сжимается в предвкушении грандиозного шухера.

В ту же секунду мир вокруг нас сошел с ума, освещение в рубке из уютно-желтоватого резко переключилось на агрессивно-алый, пульсирующий с частотой, способной вызвать икоту даже у боевого дроида. Динамики «Странника», обычно выдававшие лишь мирное ворчание вентиляции, взорвались пронзительным воем сирены, который больше напоминал крик раненого кибер-слона, попавшего под гидравлический пресс. Корабль ощутимо вздрогнул, и я намеренно ударил по рычагу стравливания давления в маневровых дюзах, чтобы пол под ногами завибрировал так, будто мы только что решили протаранить небольшую луну. В воздухе из ниоткуда возникла густая белая взвесь, я заранее заправил систему дезинфекции театральным дымом, и теперь эффект был просто сногсшибательный.

Началось светопреставление.

— Внимание! Критическое нарушение целостности магнитных ловушек в жилом блоке сектора С! — голос Мири, обычно ироничный и звонкий, теперь звучал как предсмертный хрип системы, у которой вырвали половину процессоров. — Обнаружена утечка антиматерии! Время до полной аннигиляции жилого модуля сорок пять секунд! Всему персоналу, не занятому в аварийных работах, немедленно эвакуироваться! Повторяю, сектор Майора Штерн находится в зоне эпицентра!

— Что⁈ Какая еще утечка⁈ — послышался из коридора крик Эльзы.

— Матерь Божья, Майор, мы горим! — я выскочил из кресла, изображая панику, которой позавидовал бы любой актер провинциального театра в роли умирающего лебедя. — Антиматерия! Магнитный затвор сорвало к чертям! Это все из-за тех перегрузок в туннеле! Бегите, Эльза, бегите к спасательным капсулам, пока ваши кости не рассыпались на фотоны!

Эльза выскочила в коридор лихорадочно тыкала в экран, но Мири уже давно подменила все протоколы навигации и безопасности на каскад поддельных отчетов, от которых у любого нормального инженера случился бы сердечный приступ. На ее дисплее расцветали кроваво-красные графики, показывающие, что радиационный фон зашкаливает, а температура переборок в ее каюте растет со скоростью лесного пожара на планете с кислородной атмосферой. Она привыкла верить цифрам больше, чем собственным глазам, и сейчас эти цифры кричали ей, что смерть уже протягивает к ней свои холодные, вакуумные руки.

— Но мои записи… мои протоколы! — она попыталась рвануться к центральной консоли, но я преградил ей путь.

— К черту протоколы, Майор! Если вы сейчас не уйдете, Адмиралу Гансу придется доставлять ваши отчеты в виде кучки пепла в конверте! — я схватил ее за плечи, настойчиво разворачивая в сторону коридора, где дым был особенно густым. — Я попытаюсь задержать реактор! Я… я замкну контуры вручную! Это мой корабль, и я его не брошу! Идите! Вы должны выжить, чтобы доложить правду!

Кира, стоявшая до этого в тени как неподвижная статуя, внезапно шагнула вперед, и ее фиолетовые глаза вспыхнули недобрым светом в багровых отсветах тревоги. Она не сказала ни слова, но ее вид, суровый, мощный и пугающе спокойный на фоне общего хаоса, стал последней каплей для железной выдержки Эльзы. Майор, увидев в этом «биологическом объекте» воплощение неизбежной угрозы, инстинктивно отшатнулась, ее бюрократическая броня дала трещину перед лицом первобытного страха.

Она наконец-то поняла, что здесь ей не помогут никакие параграфы устава.

— Живо в капсулу! Она в конце коридора, слева! — проорал я, перекрывая вой сирен и искусственный скрежет металла. — Мири, разблокируй шлюз пять-А! Быстрее, счет идет на секунды!

Эльза сорвалась с места, ее идеальная осанка на мгновение исчезла, уступив место обычному человеческому инстинкту самосохранения, она бежала по коридору, прижимая датапад к груди как щит. Я следовал за ней по пятам, размахивая руками и периодически выкрикивая технические термины, которые звучали очень страшно, но не имели никакого смысла, вроде «дестабилизации квантового вектора» и «коллапса фазового сдвига». Внутри меня все ликовало, план работал лучше, чем швейцарские часы, найденные в антикварной лавке на Альфе Центавра.

Мы долетели до спасательного отсека за считанные мгновения.

— Прыгайте! — я указал на открытый зев капсулы «Стазис-9», которая гостеприимно подсвечивала свои внутренности уютным, но фальшивым зеленым светом. — Я заблокирую люк снаружи и побегу в машинное! Если я не успею… скажите Адмиралу, что я умер, защищая честь Империи! Ну, или хотя бы ее запчасти!

— Вы… вы герой, Форк, хоть и невыносимый дилетант! — крикнула она уже изнутри капсулы, устраиваясь в ложементе и лихорадочно пристегивая ремни.

— Все мы герои, когда припекает под хвостом! — я с силой нажал на кнопку принудительного закрытия люка.

Тяжелая бронированная дверь капсулы с мягким, но неотвратимым шипением поползла в пазы, отрезая Майор Эльзу Штерн от нашего прекрасного и хаотичного мира. Я видел через маленькое смотровое окошко, как ее лицо, искаженное тревогой и странным уважением, медленно исчезает за слоем армированного пластика. В последний момент она что-то крикнула, но звук уже не пробивался сквозь герметичную перегородку, оставляя ее наедине с ее датападом и нашими виртуальными глюками.

Замок защелкнулся с сочным металлическим звуком.

— Мири, подтверди блокировку! — я прислонился спиной к холодному металлу люка, чувствуя, как по лбу течет настоящий пот, вызванный не столько жаром, сколько нервным напряжением. — Скажи мне, что эта «ледяная леди» надежно упакована и не выберется оттуда с помощью шпильки для волос и цитат из устава.

— Полная блокировка подтверждена, Капитан, — голос Мири мгновенно вернулся в норму, став снова ехидным и полным жизни. — Майор Штерн теперь официально является грузом класса «посылка до востребования». Она отключена от всех систем управления кораблем, ее терминал зациклен на бесконечной симуляции полета в гиперпространстве, а доступ к внешним датчикам я заменила на запись старых серий «Космических Хомяков».

— О, это жестоко, — я усмехнулся, вытирая лицо рукавом комбинезона. — «Космические Хомяки», это уже военное преступление. Но в нашей ситуации, вполне оправданное.

Кира подошла к нам медленным, неторопливым шагом, ее фигура в алом свете ламп выглядела величественно и странно, она посмотрела на запертый люк капсулы, а затем перевела взгляд на меня. В ее глазах не было ни радости, ни злости, только холодная оценка ситуации, которая теперь изменилась в нашу пользу. Она знала, что поступок такого рода отрезает нам путь назад, к официальному признанию и уютным кабинетам Академии, но свобода всегда стоила дорого.

Мы снова оказались предоставлены сами себе.

— Она вернется, — тихо сказала Кира, и ее голос эхом отозвался в пустом отсеке. — Такие люди, как она, не прощают унижения. Ты только что нажил себе врага, который знает все твои серийные номера.

— Пусть возвращается, — я махнул рукой в сторону рубки. — К тому времени у нас будет Ключ, Архивный Камень и, надеюсь, пушка побольше, чем эта гидравлическая монтировка. А пока, у нас есть фора. Мири, вырубай эту дискотеку, у меня уже глаза болят от красного цвета. И включи нормальный свет, а то я чувствую себя как в дешевом борделе на окраине Плутона.

Свет в коридоре мгновенно стал ровным и спокойным, сирена смолкла, оставив после себя лишь звон в ушах и благословенную тишину, прерываемую мерным гулом реактора. Я глубоко вздохнул, чувствуя, как уходит напряжение последних часов, и на его место приходит пьянящее чувство свободы. Мы вырвались из-под надзора Империи, обманули саму «Железную Леди» и теперь могли лететь туда, куда звал нас Ключ, а не туда, куда велел Адмирал в своем сверкающем кабинете.

План по избавлению от надзирательницы прошел просто идеально.

— Подготовка к отстрелу модуля завершена, — отрапортовала Мири, и на ближайшем настенном экране появилась схема нашего корабля с мигающей желтой точкой в районе шлюза пять-А. — Все связи разорваны, магнитные захваты на минимуме. Один клик, Роджер, и твоя подружка отправится в свободное плавание навстречу своим имперским друзьям.