Хочу остаться собой - Николай Александрович Воронков
— Ну, где-то чего-то как-то слышал, но ничего конкретного.
— Это общества, которые занимаются сбором первоисточников, сведений о проявлениях магии, возможных изобретениях инопланетян и древних цивилизаций. И вы их очень заинтересовали — Он ждал ответа, но я продолжал молчать, даже не пытаясь делать удивлённые глаза — Но и это не всё. Вами заинтересовались ещё и другие организации — пошел длинный перечень — и их агенты окружают вас со всех сторон — последовал новый длинный список.
Я сидел, слушал и потихоньку шизел. Какие-то странные названия, какие-то полузнакомые фамилии, какие-то адреса, явки. Через десять минут я вообще потерял нить и смысл разговора. Иванов, видимо, это понял, потому что резко замолчал, потом начал потихоньку смеяться.
— Семён Семёныч, ну нельзя же так! — и опять засмеялся, причем, так заразительно, что у меня самого начали подергиваться губы, но я сдержался. Дождавшись, пока он отсмеётся, я возразил:
— Я не Семён Семёныч!
— Я знаю. Но ведёте вы себя точно как он! — и опять закатился, вытирая слёзы платочком.
Какой-то полковник мне достался непутёвый. Несёт какую-то ахинею, смеётся над собственными дурацкими шутками. Иванов, видя моё нарастающее раздражение, постарался взять себя в руки.
— Прошу прощения за моё поведение, но этим первым тестом мы сэкономили кучу времени. Теперь я точно знаю, что ни с одной из упомянутых мной реальных организаций вы дела не имели. Простейшая разновидность психологического детектора лжи. Я смешал в кучу реальные названия и широко известные книжные и киношные. В нужных местах у вас промелькивало невольное узнавание, в ненужных вы были спокойны. А на Семён Семёныча не обижайтесь. Вы что, забыли «Бриллиантовую руку»? А вы сейчас точно в таком же положении, даже хуже. У вас тоже, можно сказать, бриллианты в руках, а все вокруг мечтают вас поиметь. В хорошем смысле этого слова. И вы, со всей своей крутостью, перед лицом серьёзных организаций выглядите примерно также! — не дождавшись моей реакции, продолжил — Когда появились первые сведения о ваших ДВТ, никто в них не поверил. Такие вещи в принципе не могут иметь огласки, а уж тем более использоваться в студенческих дипломах. Но наши аналитики посчитали, что это выглядит как большая провокация по привлечению внимания — слишком уж она грубая и слишком масштабная. Кто-то очень хотел засветиться, и нам поручили разобраться. К вашим студентам добавили наших людей, а вот когда они доложили, что ДВТ — это реально, поднялся очень большой шум и полетели головы. Чтобы устройство такого плана, на уровне государственной тайны, свободно хранилось в студенческой мастерской⁈ Мы, конечно, приняли меры. Дополнительная охрана, все студенты дали подписку. Вас, как главного фигуранта, беспокоить не стали, только установили наблюдение. Так что мы знаем и про золото, и про бриллианты. А сколько мы агентов выявили благодаря вашей машине! Они же как мухи роились вокруг института и вас. Надо будет похлопотать, чтобы вас наградили.
Я по-прежнему молчал, а полковник начал потихоньку злиться.
— Так что у нас к вам, господин Линк, просто огромнейшая куча вопросов. Для начала — где вы взяли эти ДВТ?
— Нашел на свалке.
— На свалке, хм. И можете показать где?
— Конечно — Я уже подыскал подходящее место на старой свалке, и искать там можно и год.
— И они прямо так и лежали, с документацией, инструкциями?
— Так вы же знаете какой у нас бывает бардак. Может где и ядерная боеголовка валяется.
— Может и валяется. А золото, бриллианты вы где брали? Тоже на свалке?
— Да, одной кучей в старых ящиках и валялось.
— Повезло же вам. Может и мне переквалифицироваться в бомжи? Глядишь, и я разбогатею.
— Ну, не всем же везёт.
— Я вам почти верю, господин Линк, только вот ваш золотой унитаз портит всю картину.
— А он здесь при чём?
— А при том, что его просто не может быть. Анализы показали, что его сделали совсем недавно из химически чистого золота. Наша промышленность просто не умеет делать такое золото в таких объёмах. А предположить, что кто-то богатый или некие инопланетяне изготовили такую вещь для ваших личных нужд — это уж точно нонсенс. Так что вам придётся придумывать более правдоподобные версии. Машину вместе с документацией мы уже забрали, и она сейчас находится под очень надёжной охраной. Осталось вам проехать со мной для более подробного разговора.
— Да нет, спасибо, ночь на дворе. Да и мне надо подумать что говорить. Присылайте повестку, там и поговорим.
Полковник на мои слова улыбнулся и как фокусник достал какие-то бумажки.
— Выбирайте какой больше нравится — он протянул их мне.
— И что это?
— Ордера на ваш арест. Первый — по делу о незаконных операциях с драгметаллами. Второй — за разглашение гостайны и измену родине. Третий — за нападение на сотрудников охраны при исполнении ими своих служебных обязанностей. Четвёртый — за хранение наркотиков в особо крупном размере. У вас в мастерской, знаете ли, нашли пару килограммов героина. Мастерская опечатана, её проверяют. Плюс подозрения на соучастие в отмывании доходов, финансировании международного терроризма. Так что, где предпочитаете сидеть — в Лефортово, Матросской тишине или у нас, в более комфортных условиях?
— Очень грубо работаете, полковник!
— А чего тянуть кота за хвост? Вы очень хотели, чтобы мы вас нашли, и вот мы здесь. Так что одевайтесь, не будем терять времени. Брать ничего не надо. Здесь всё ещё на десять раз проверят, а мелочёвку выдадут у нас. И ещё. Меня предупредили о ваших боевых способностях, поэтому мы приняли меры. Не надо обострять.
Его предупредили, он принял меры⁈ Да если бы он знал хотя бы сотую долю моих боевых способностей! Не сдержавшись, я на долю секунды улыбнулся, но полковник это заметил, и его взгляд сразу стал напряженным и колючим. Но я продолжал спокойно сидеть. Что хотел, то и получил. Нет, в Штирлицы я не
