Якорь для Вирма - Наталия Плехт

В дверь снова поскреблись. Фатима ворчливо сообщила, что разогрела хаш.

— Стынет, что, опять давай греть? Кушать иди! Гость звать?

— Сам позову, — выбирая в меню Сонькин номер, ответил Вирм. — Сейчас приду, теть Фать. Поговорить надо.

Сонька отозвалась сразу, как ждала. Не выдержала, первым делом спросила:

— Ну, как, удачно? Не ошибся? Привез якоря?

Сонькин интерес был объясним — ей с заказов хороший процент отваливался.

— Привез. Сегодня попробую размяться.

— Доктор мне всю душу вымотал, — голос посредницы приобрел знакомую вкрадчивость. — Что ему сказать? Обнадежить?

— Ничего пока не говори. Я еще не готов работать, — Вирм отогнал вьющуюся перед лицом мошку. — Будет сильно душу мотать, повтори совет клинику продать. Не понимаю, зачем за нее цепляться. Все равно репутация подмочена.

— Ой, да что той репутации будет от пары придушенных алкашей, — хихикнула Сонька. — Дело житейское.

Вирм усмехнулся — Сонькины замечания о заказчиках всегда сочились циничным ехидством.

— А еще ему Тимофей в красках расписал, как после твоих визитов энергетика здоровеет, и доктору прямо печет тебя заполучить.

— Сказал же — я пока не работаю.

— Не злись, — и, словно и не было разговора о делах. — Я по тебе соскучилась.

— Я тоже соскучился, — честно ответил Вирм. — Через пару дней, ладно? Если накладок не будет, то через пару дней.

— Договорились, — Сонька почмокала в трубку, подсластив гудки отбоя.

Вирм повертел телефон. Звонить Семену, не звонить? А, не горит. Неделями без него на фирме обходятся, и сейчас обойдутся.

Он прошелся по дому, разыскал Яра, затащил в Фатино царство — на большую просторную кухню — предложил выпить по стопке и заставил съесть тарелку наваристого хаша. Редьку и чеснок Яр отодвинул в сторону — и правильно, сердце не каменное — водку выпил, с удовольствием закусил тушеными баклажанами, а после хаша спросил:

— Когда змея звать будем?

— Вечером.

— А до вечера что?

— Отдохнем. Потом в горы поднимемся. Я хочу, чтобы ты посмотрел на мой город. Сверху хорошо видно.

Яр нахмурился — похоже, слова «мой город» не понравились — и отказался от кофе, предложенного относительно любезной Фатимой.

— Что тебе сейчас не по вкусу? — Вирм не кофе имел в виду, и якорь его понял.

— Я поверил, — рука, потянувшаяся к кувшину с компотом, чуть дрожала. — Я поверил, что он его снимет. А вдруг ты — шарлатан? Морок наводишь. После такого проблеска надежды откат расплющит. Я пытаюсь себя окорачивать... и не получается. Желание жить ничем не заглушишь.

Даже стыдно стало — немного. Броня-то уже давно наросла, научился чужие беды не замечать. И, глядя на Яра, не сочувствовал — а ведь мужик молодой, умирать готовился — думал только о том, как ситуацию в свою пользу обратить. С одной стороны это правильно: сам не почешешься, никто о тебе не побеспокоится. А с другой... зачерствело сердце под змеиной шкурой.

— Я не шарлатан. И не мошенник.

— Змей уже снимал таких хворцов?

— Нет, — Вирм решил не врать. — Он не лекарь. Мы убиваем, исцелять — не наше дело. Но раз сказал — сможет. Я ему верю. Он не умеет обманывать, понимаешь? Он или соглашается что-то сделать, или сразу говорит: «Нет». И еще никому не предлагал свою помощь.

Яр поник — слова его не ободрили. А Вирм вдруг подумал: «И правда, это не утешение. Змей врать не умеет, но я-то... и ведь собираюсь. Собираюсь подстраховать себя подлостью».

Разговор больше не клеился. Разошлись по спальням, придавили подушки до обеда. Фатима захлопотала, попыталась покормить, но Вирм решительно отказался:

— Тяжело будет вверх шагать. Мы в кафе у канатки перекусим, если сильно припрет. Ты нам компота в бутылку налей. Неохота воду брать.

Наденька нарисовалась в дверях кухни, спросила взглядом: «С вами?»

— Отдыхай. Мы сами прогуляемся, перетрем о своем, пацанячьем. Как вам, девочкам, правильнее лапшу на уши вешать.

— Да вы и без советов отлично справляетесь, Владимир Петрович.

И эта никогда не упустит укусить, только мягче Соньки.

— Чужой опыт не помешает! — торжественно воздел палец Вирм. — Скажи Пете, пусть машину выгонит, до тропы нас добросит, чтоб лишний асфальт не топтать.

Распоряжение выполнили, но не без оговорок. Наденька поймала его возле машины, зашептала, хмурясь:

— Владимир Петрович, может, я вас сопровожу? Вы уже почти полгода без якоря, нормально не летали... а ну как змей засвоевольничает? А на тропе склоны крутые... я хоть на лавку усажу.

— Яр усадит, — отмахнулся Вирм.

— Да за ним самим присматривать надо! Его же хворец жрет! А вы его в гору тащите. Вдруг он от нагрузки скопытится?

— Надя, если что-то случится, ты нас обоих на спине не унесешь. И не сгущай краски. Как будто двух инвалидов на Эверест отпускаешь.

Замолчала, отступила. А ноздри трепещут — злится.

«За Яра, значит, все-таки, беспокоится. Это хорошо. Притрутся».

За окном машины замелькали дома и деревья.

— Ты тут быстро сориентируешься, — пообещал Вирм Яру. — Центр крохотный, за полдня можно вдоль и поперек обойти. Парк побольше. Там есть разные пешеходные маршруты: и легкие, когда ползешь от лавочки к беседке, и тропы повышенной сложности — на вершины, по размытым дорожкам через обвалы. Мы с тобой сейчас по середнячку пройдем, назад по канатной дороге спустимся. Катался когда-нибудь в кабинке?

— Не-а.

— Я тебе прям завидую.

— Меня сейчас расплющит от счастья, — сообщил Яр. — Надо же, мне кто-то завидует!

«Не договоримся мы, — понял Вирм. — Надо будет на него Соньку напустить. Сонька, как масло на бурную воду, с любым общий язык найдет, и кровных врагов примирит».

— А это — вот, серый дом, видишь? — это наш офис, — надо сделать над собой усилие и говорить, говорить о чем-то отвлеченном... Пусть ищет второй смысл и огрызается, но отвечает. Сонька не сегодня появится.

— Я смотрю, ты себя походами на работу не утруждаешь. К нам, в Зеленодар, сорвался без проблем, сегодня мимо проехал, и притормозить не велел.

— Я учредитель, — пожал плечами Вирм. — Раньше больше делами занимался, сейчас отошел. Семен, кореш мой, с которым фирму открывали, без меня справляется.

— Не боишься, что уволит?

Вирм поймал в зеркале осторожную улыбку Пети, усмехнулся, ответил:

— Не боюсь.

Не рассказывать же Яру то, что ни Надя, ни Петя не видели и не знают. Фирма с чего началась? С пьянки... ну что поделать, если у Вирма все или через баб, или через водку? Это сейчас водки поменьше уже. И вообще они с Семеном перешли на коньяк — так солиднее. А тогда — Вирм едва