В Китеже. Возвращение Кузара. Часть 2 - Марта Зиланова

Снова Глефов. Зараза. Маринка заметила, как Алекс довольно улыбнулся, перед тем как спрятал лицо за фехтовальной маской. Маринка тяжело вздохнула и вслед за остальными взяла из откуда-то появившейся корзины свободную маску и натянула себе на лицо. Какие ей сборные! Пошла за Глефовым – он уверенно направился к свободной дорожке, встал у посветлевшего за время тренировки окна. Прямо напротив нее молчаливый и хмурый, губы поджал и, коротко кивнув, надел маску. Она не сдержалась и высунула под маской язык – все равно не заметно сквозь сетку. Глефов принял боевую стойку, выставил вперед шпагу. Маринка повторила – в ангард.

И замерла. Глефов тоже не двигался.

– Начали-начали! – раздалось сбоку, Игнатов шагал между дорожками. – Георгий давайте же, шаг, укол в третью с выпадом. Барышня – шаг назад, еще шаг и защита. Повторяйте!

От атаки Глефова она отмахнулась как-то само собой: только концентрировалась на координации шагов и движения руки, смотрела куда-то на ноги, и вот уже шпага легко задрожала от встречи с другим клинком. Получилось. Теперь Маринкина очередь атаковать. И снова застыла, боялась ударить: вот этой палкой, по человеку. Взять и ударить? Но бить же нельзя, никого и никогда, да? Но тут-то нужно. Чуть отвела лезвие шпаги в сторону и ударила снова – в кончик шпаги противника.

– В воздух не бьем, не на балете! – и снова над самым ухом голос Игнатова. – Ну, шевелитесь!

Не человек. Не битва. Упражнение. Шаг вперед, выпад, укол. Защиту поставил. Поменялись. Снова. Еще раз. И еще. Как с мишенью, лица Глефова не видно, это вовсе не этот неприятный… мерзкий… высокомерный… Отвлеклась, не выставила шпагу в позицию защиты и согнулась от резкой боли в животе, под самыми ребрами. Четкий укол прилетел точно в солнечное сплетение.

– Ой… прости… я не хотел, – раздался испуганный голос. Пропитанный жалостью голос дурацкого Глефова.

Марина нахмурилась и только покачала головой. Пальцы крепче сжали рукоять, стиснула зубы, впилась взглядом в противника, глубже села в стойку. Шаг вперед, выпад, и одновременно выбросила руку со шпагой вперед.

Сама не заметила, как удары стали жестче и стремительнее, будто она захотела дотянуться кончиком клинка до противника. Глефов, наоборот, мялся и колол с задержкой, вполсилы. Вот же, а! В ответ Маринка еще быстрее шагала и колола, больше силы и злости вкладывала в каждый удар.

И как так получилось? Случайно вышло, или все-таки Марина хотела этого – так сама и не поняла. Была не ее очередь атаковать Жорика. Стоило защищаться, а она наоборот сделала шаг вперед с наведенной шпагой. А Глефов в этот момент завел шпагу на укол, сделал шаг вперед и будто сам напоролся на выставленный клинок.

Марина прикусила губу и так и застыла с вытянутым оружием. Он пошатнулся, схватился свободной рукой за бок, но быстро выпрямился и снял маску.

– Ты же специально, – пристально глядя на Маринку печальными зелеными глазами, тихо сказал он. Никто не услышал.

– Делать мне нечего больше, – буркнула она в ответ.

– Построились! – тут тренер Игнатов отдал команду. – Тренировка окончена. Жду вас в среду, в то же время. Барышни, надеюсь, вы присоединитесь к нашей компании.

Как только тренер повернулся к выходу, Маринка побежала в раздевалку.

Нет! Все! Уж лучше одной или с Камиллой, чем с этим инквизитором Глефовым. Интересно, скоро он предложит отправить Маринку на костер?

Она села на скамейку у шкафчика и уронила раскрасневшееся лицо в ладони.

– Впервые вижу, чтобы Жорик на кого-то так реагировал, – послышался насмешливый голос Камиллы. Маринка приподняла руки, протерла лицо. Камилла вошла уверенной, вовсе не хромающей, походкой. – Что ты ему сделала?

– Он уверен, что я темная, – буркнула Марина и принялась развязывать шнурки кроссовок. – Кажется, он их ненавидит.

– Не может быть, – покачала головой Камилла. И голосом чуть тише добавила. – У него же отец тоже темный. Представляешь, женился на светлой. Мой папенька рассказывал: такой скандал был… И ничего такой вроде бы – я видела Глефова-старшего, он Жорика в гимназию привозит. На машине, хоть и… такой, как у других ведичей, не магов. Лекарь, вроде бы, в госпитале. Темный лекарь! Как будто их магия для лечения годится.

– Врачам же не всегда нужна магия, – Маринка стряхнула пылинку с грязоотталкивающего подола платья, не желая слушать ничего ни про Глефова, ни про его семью. – У неведичей как-то без нее справляются.

– Да, у вас там мастера, – кивнула Камилла, взгляд ее застекленел на мгновение. – Я маленькой болела много, меня в большой мир отец возил на обследование один раз… А Жорик, он хороший. Наверняка успокоится скоро. В трапезную опять с Алексом?

– Нет, – хмуро помотала головой Маринка. – Пусть они там сами как-нибудь, без меня. А ты?..

– Ой, я Лену с Виолеттой встретить обещала. Да и ну его завтрак, на диету пора. До встречи.

Маринка проводила взглядом Камиллу. Ну что ж, значит Маринка осталась совсем одна и в Светлой гимназии? Друзья будут с Глефовым, Камилле Маринка при привычных девчонках не нужна. Собрала волосы в пучок – осталось только раствориться среди других учеников гимназии, как призрак.

– Привет, Марина! – выйдя в коридор, она сразу наткнулась на Сережу. – После завтрака практика волшебства. Мы же в одном классе, помнишь?

Маринка благодарно улыбнулась, кивнула и пошла следом. Все-таки не одна.

– Как тебе фехтование? – спросила Маринка.

– Я себе каждый раз повторяю, что эта тренировка фехтования для меня последняя, – усмехнулся Сережа, протирая линзы очков краем гимнастерки.

– А почему идешь? Алекс тащит?

– За компанию, скорее, – задумчиво протянул Сережа и несколько тише добавил, с трудом подбирая слова. – Для меня… очень важно все делать вместе со своей… со своими людьми. Вот. И я рад, что ты теперь с нами. Только вот Жорик… Не понимаю, что на него нашло.

– Я думала, он ненавидит всех темных, но Камилла рассказала, что у него отец из темных. Может, они не ладят?

– Да, дядя Бен темный маг. Он хороший очень. И Жорик тоже. Только вот все время про тьму вокруг тебя говорит, – задумчиво протянул Сережа и искусственно-бодрым голосом сказал. – Мы с Алексом надеемся, что он скоро успокоится! – и хмуро добавил. – Вообще по-дурацки как-то получается. Как будто мы тебя в Светлую заманили, а тут такое.

– Никто меня никуда не заманивал, – смущенно хмыкнула Маринка. Она, как всегда, при Сереже старалась больше сложных тем оборачивать в шутку. Тем более про Бездну ему не