Снегурочка - Константин Владимирович Денисов
А эта большая штука, к которой я летел, как будто и не думала приближаться! Нет, это точно какие-то игры с пространством, к гадалке не ходи!
Летел я минут пять, когда заметил, что это нечто в тумане всё же увеличивается в размерах. Да и бегающие по нему голубые прожилки становились лучше различимы, как и пульсация.
Эта пульсация, в самом деле, походила на сердечные сокращения. Хотя любая пульсация, наверное, на них похожа — потому она и называется пульсация. Пульс!
Прошло ещё несколько минут, и я уже начал различать поверхность этого самого пульсирующего сердца. Никаких желудочков и кровотока здесь не было. Передо мной оказался огромный шар… наверное, так выглядит солнце, с переливающимися на поверхности потоками плазмы… по-моему, я видел что-то подобное в каком-то научном фильме давным-давно. Только здесь всё было окрашено в сине-голубые тона. Тёмно-синий шар с бегающими по нему молниями голубого цвета.
И шар этот пульсировал приблизительно с частотой моего сердцебиения, я специально обратил на это внимание. Не думаю, что это как-то связано, скорее всего, просто совпадение, но наблюдение было любопытное.
Когда я оказался совсем рядом, «тягу» можно было выключить, потому что этот шар сам начал меня притягивать. Через некоторое время я коснулся его поверхности ногами. Пульсация ощущаться практически перестала, потому что я начал пульсировать вместе с шаром. А из-за отсутствия обычного притяжения это практически не чувствовалось.
Да, появилось лёгкое притяжение самого сердца, но оно было незначительным. Если бы я оттолкнулся ногами, то наверняка улетел бы далеко.
Бегущая под поверхностью голубая молния слегка коснулась места, где я стою, и ударила током.
Я отдёрнул ногу и вскрикнул от неожиданности. Хотя может, это был и не ток, но ощущения очень похожие. Причём обувь никак не защитила меня. Как будто электрический разряд коснулся голой пятки.
Я был здесь! Я был в том месте, куда стремился! И раз я добрался, вставал резонный вопрос, что делать дальше?
Все планы смешали размеры этой штуки. Это была, конечно, не планета… но блин, шар был огромный! Я даже не мог понять его диаметр. Горизонт был не очень далеко, но скрывался в дымке. Его вообще можно уничтожить?
Стараясь не делать резких движений, я аккуратно пощупал сердце своими щупальцами.
То, что я называл «щупальца», имело довольно абстрактную форму. Точнее, вообще формы не имело. Не имело толщины, не имело количества… это были скорее некие ощущения, некие импульсы, которые я посылал и которыми мог касаться и даже проникать внутрь живых существ. Но у них не было материального воплощения!
А здесь оно вдруг появилось!
Я увидел призрачные тени своих раскинутых во все стороны щупалец. Там, где они коснулись поверхности сердца, вспыхивали голубые искры, и потом от этого места под поверхностью разбегались, как круги на воде, искрящиеся молнии.
— Ух-ё! — усмехнулся я, — даже не знаю, что и думать, хорошо всё идёт или плохо! Вроде и неплохо, но и хорошего тоже ничего пока нет!
Я топнул, и от толчка меня слегка подбросило вверх, а в месте удара тоже пошли искрящиеся круги под поверхностью.
Своими щупальцами я пока что действовал очень аккуратно и осторожно, опасаясь вызвать какую-нибудь неожиданную реакцию этого места, которое было очень непростым и неспокойным, несмотря на кажущееся затишье. Я нутром чувствовал, что ситуация может в любой момент сильно измениться.
Однако ничего страшного не происходило, и я решил усилить напор. Я попытался проникнуть своими щупальцами внутрь шара.
Надо сказать, ему это не понравилось! Я почувствовал его нервозность и острую реакцию, хотя на меня никаких воздействий пока что не последовало. Просто молнии под поверхностью забегали быстрее и резче.
Проникнуть внутрь толком не получилось, но нельзя сказать, что результат был совсем нулевой. Я как будто смог немного протолкнуться, но ощущения были странные. Щупальца вязли, их как будто что-то не пускало. Но поскольку результат всё же был, нужно было стараться его развить.
Я поднапрягся и вонзил их в толщу шара сильнее. С напором, нагло, можно даже сказать по-хамски.
Реакцией шара было нечто, что можно было назвать — возмущением! Трудно описать, в чём это выражалось, наверное, во всём. И помимо вдруг уплотнившегося и ускорившегося тумана вокруг меня, помимо бегающих под поверхностью молний, жалящих меня при касании, поверхность вдруг потеряла существенную долю плотности, и я почувствовал, как мои ноги начинают постепенно погружаться внутрь. Я попробовал поднять одну, но не смог, она словно увязла в густой смоле.
Я попробовал применить «тягу» плазменных взрывов из своих ладоней, но этого усилия не хватило, чтобы меня оторвать.
Как там говорят? «Не можешь победить, возглавь»? В моём случае это можно было сформулировать как: «не можешь выбраться, тони быстрее»!
Да, я решил пойти от обратного и погрузиться в недра шара. Почему-то внутри сидела глубокая уверенность, что погружение меня не убьёт, что этот процесс имеет какой-то другой смысл. Но для душевного спокойствия нужно было подзаправиться.
Я наконец-то решил использовать свой любимый метод: раскинув в окружающем меня тумане, напитанном маной, свои щупальца, я вдруг резко и неожиданно для него начала откачивать магическую энергию в себя.
Эффект был фантастическим! Туман сразу начал редеть, видимо, его плотность зависела от насыщенности маной. А тот, что не попал под мои щупальца, метнулся в разные стороны как живой, образовав вокруг меня большую и прозрачную зону отчуждения.
Я мог бы до него дотянуться, но я успел за это короткое время «сожрать» столько, сколько у меня ещё никогда не было! Вроде бы предела я по-прежнему не чувствовал, но было немного боязно переборщить.
Набравшись маны из окружающего пространства, я снова запустил свои щупальца в шар, и, несмотря на всю вязкость, начал качать ману туда-сюда, тот отдавая, то забирая, постепенно расширяя амплитуду и пытаясь пролезть всё глубже и глубже.
На моё погружение это повлияло, я начал опускать внутрь быстрее и вскоре торчал из шара уже по пояс, а процесс быстро шёл дальше.
Было тревожно, смогу ли я дышать, когда уйду с головой, но на этот случай я заготовил большой плазменный взрыв, чтобы разрушить поверхность шара вокруг себя. Это были крайние меры, и они, как я и ожидал, сразу не понадобились, потому что, погрузившись внутрь, я так же спокойно продолжал дышать, как снаружи.
Всё это производил впечатление иллюзии. И плотность шара, и невесомость,
