Кухарка для дракона - Ада Нэрис

— Элла, — сказал он тихо, но так, что она замолчала, — послушай меня.

Она замерла, глядя в его золотые глаза.

— Ты хочешь пойти и убить его, — сказал он. — Я понимаю. Я сам хочу. Одним движением, одной мыслью. Но это не наш путь.

— А какой наш? — спросила она с горечью. — Сидеть и ждать, пока он нас дожмёт?

— Нет, — ответил он. — Мы переиграем его. Его же оружием.

— Как?

— Он пустил слух, что еда опасна. Значит, мы докажем, что она безопасна. Публично. При всех.

Элла смотрела на него, пытаясь понять.

— Ты хочешь устроить показательный обед? Чтобы все смотрели, как ты ешь?

— Не только я, — сказал он. — Мы пригласим всех. И я буду есть каждое блюдо, которое ты приготовишь. При всех. Пусть смотрят. Если дракон ест и не умирает — значит, еда безопасна. Людям этого будет достаточно.

Она задумалась. В этом был смысл. Веридан пустил слух, что магия в еде опасна. Но если сам хозяин, тот самый «колдун», будет есть эту еду перед всеми и оставаться здоровым — слух лопнет сам собой.

— А если они подошлют кого-то, кто скажет, что это обман? — спросила она.

— Мы пригласим уважаемых людей. Старост, торговцев, тех, кому верят. Пусть они смотрят, пусть пробуют сами, если захотят.

Она смотрела на него и чувствовала, как ярость потихоньку отступает, уступая место чему-то другому. Уважению. Гордости. Он не просто дракон, он умный, хитрый, он умеет думать, а не только бить.

— Ты прав, — сказала она наконец. — Это сработает.

— Знаю, — ответил он. — Потому что мы правы. А правда всегда побеждает, если ей не мешать.

Она обняла его, прижалась изо всех сил.

— Спасибо, — прошептала. — За то, что ты есть.

— Это ты мне спасибо скажи, — ответил он, гладя её по спине. — Ты научила меня, что не всё решается магией и силой. Иногда достаточно просто быть честным.

Они стояли посреди кухни, обнявшись, и думали о том, что впереди ещё много работы. Но они справятся. Потому что вместе. И потому что за ними правда. А это сильнее любых слухов.

Утро после разговора с Калебом началось рано. Элла проснулась затемно, когда за окнами ещё было черно, а снег едва начинал сереть в предрассветных сумерках. Она лежала, глядя в потолок, и прокручивала в голове план, который они набросали с Аррионом прошлой ночью. Показательный ужин. Открытое приглашение. Публичное доказательство.

Рядом завозился Аррион, притянул её к себе, сонно поцеловал в макушку.

— Не спишь? — спросил он хрипло.

— Думаю, — ответила она. — Надо всё расписать. Кого звать, что готовить, как подавать. Чтобы никто не придрался.

— Успеем, — сказал он. — День большой.

Но встали оба. Сон ушёл, осталось только дело.

На кухне Элла зажгла свечи, разожгла печь, поставила чайник. Аррион сел за стол с куском пергамента и углём — записывать, что она будет говорить. Она мерила шагами кухню и диктовала.

— Значит так. Во-первых, гости. Надо пригласить не просто всех подряд, а уважаемых людей. Старосту из деревни, того толстого торговца, который иногда заезжает, Калеба, конечно. Ещё хорошо бы кого-то из города, кто не связан с Вериданом.

— Калеб знает таких? — спросил Аррион, записывая.

— Знает. Он вчера говорил, есть пара купцов, которые Веридана не любят. Они приедут, если пообещать хорошее угощение.

— Пообещаем.

— Во-вторых, меню. — Элла остановилась, задумалась. — Надо показать всё, что мы умеем. Суп, жаркое, пироги, закуски. И обязательно твой чай. Серебристый. Это будет фишка.

— Чай все видели.

— Мало ли. Пусть ещё раз увидят. И ещё... — Она замялась. — Надо, чтобы ты ел при всех. Не просто пробовал, а именно ел. С аппетитом. Чтобы видели — тебе нравится, ты не боишься.

Аррион усмехнулся.

— С аппетитом я могу. Особенно если ты постараешься.

— Постараюсь, — пообещала она. — Такого ужина они не забудут.

Они просидели за столом до самого утра, составляя списки, прикидывая продукты, расписывая по минутам, что и когда делать. Элла чувствовала странное возбуждение — смесь азарта и тревоги. С одной стороны, хотелось доказать всем, что их дело честное, что еда безопасна, что Веридан — лжец. С другой — страшно было провалиться. Вдруг что-то пойдёт не так? Вдруг кто-то специально подстроит провокацию?

— Не думай о плохом, — сказал Аррион, будто прочитав её мысли. — Мы сделаем всё, что можем. Остальное не в нашей власти.

— Ты прав, — вздохнула она. — Ладно, за работу.

День пролетел как один миг. Элла носилась по кухне, проверяла запасы, перебирала крупы, резала овощи, ставила пробные варки. Аррион таскал дрова, воду, помогал с тяжёлым, а потом ушёл в деревню — договариваться с Калебом о приглашениях. Вернулся через пару часов довольный.

— Калеб всё берёт на себя, — сказал он. — Завтра к вечеру приведёт человек десять. Самых уважаемых. Староста согласился, торговцы тоже. И ещё один священник из местной часовни едет.

— Священник? — удивилась Элла. — Зачем?

— Чтобы точно никто не сказал, что тут магия нечистая. Если святой отец поест и благословит — все вопросы снимутся.

Элла покачала головой. Аррион думал о таких вещах, до которых она бы не додумалась. Он знал людей, знал, как работает их страх и доверие.

— Ты гений, — сказала она.

— Я просто старый, — усмехнулся он. — И много видел.

Вечером они снова сидели на кухне, пили чай и обсуждали детали. Элла чувствовала усталость, но хорошую, правильную. Они делали дело. Важное, нужное.

— Знаешь, — сказала она, глядя в кружку, — я ведь сначала испугалась, когда Калеб пришёл. Думала, всё пропало. А теперь... теперь даже интересно.

— Интересно? — переспросил Аррион.

— Ну да. Мы не просто отбиваемся, мы наступаем. Показываем всем, что они не правы. Это ведь здорово.

Он улыбнулся той редкой улыбкой, которую она так любила.

— Ты необычная женщина, Элла. Другая бы рыдала в подушку, а ты план строишь.

— А что толку рыдать? — пожала она плечами. — Слезами Веридана не убьёшь. А вот вкусным ужином — запросто.

Он рассмеялся — тихо, но искренне. И Элла поняла, что всё будет хорошо. Потому что они вместе. И потому что они умеют