С тобой и навсегда! - Алексей Птица
Пуля чиркнула по косяку двери, мимо которой я в тот момент проходил, благо щит, который я ещё держал, отклонил её, и я поставил себе в голове галочку, что надобно не оставлять врагов за спиной. Развернувшись, я выстрелил из револьвера по стрелявшему, понял, что попал, и пошёл прочь.
* * *
Сикс дождался, когда сняли охрану особняка и, перемахнув через забор, скорым шагом направился к парадному входу, он не мог себе отказать в некотором проявлении пафоса. Первого охранника убили сразу, двух других немного позже, о чём дали соответствующий знак, после которого он и пошёл к особняку. Оставшиеся охранники дома несколько пошумели, завязав драку, но это уже больше походило на агонию, они даже оружие не успели применить.
«Охрана устранена, теперь можно приступать к непосредственной цели акции, и как тут себе не отказать в пафосе? Жаль, что об этом никто не узнает, кроме шефа, но и этого будет достаточно», — подумал Сикс. Снаружи один из его людей как раз провернул замок и толкнул ему навстречу парадную дверь. Сикс кивнул, сделал шаг внутрь дома, и в этот момент тишину погрузившегося в предрассветную тьму здания нарушили резкие, хлёсткие револьверные выстрелы.
— Кто это? — невольно спросил он у своего человека.
— Это где Храст с Пицундой, они пошли в сторону, где живёт тот студент.
— Быстро разберитесь с ним. Сколько в той стороне наших людей?
— Семеро. Двое из первой группы, двое из второй и трое из набранных бандитов.
— Ясно. Возьми двух из оцепления и бегом туда, пока он не сообразил и не побежал спасать графа. Его нужно убить, как можно быстрее, — уже в спину добавил Сикс и немного напрягся.
Внезапно вспомнились слова шефа, сказанные о неизвестном человеке, умеющем ставить щит, и нехорошие предчувствия закрались в душу. Впрочем, скорее всего, юноша оказался сам по себе активен и опасен, к тому же, вооружён.
Сикс эти мысли додумывал, уже спеша на «встречу» с графом и графиней. Встреча, по его мнению, должна была оказаться совсем не скоротечной, но в связи с суматохой, поднятой глупым, но храбрым студентом, все планы придётся сворачивать и ограничиваться обычным рядовым убийством. Особо волноваться не стоит, ведь выстрелы в особняке слышны только внутри или если проходить совсем рядом, но для того вокруг и стоят его люди, готовящие пути отступления, чтобы отпугивать разных прохожих.
Ему хватило двух минут, чтобы добраться до спальни графа, попутно контролируя своих людей, что сейчас обшаривали комнаты, выискивая спрятавшуюся прислугу или небольших размеров ценности, ведь графу они больше всё равно не понадобятся, а им нужнее.
Возле входа в спальню стояло трое его лучших людей, но дверь пока оставалась закрытой.
— Почему вы не внутри ещё?
— Не успели, мастер, дверь закрыта оказалась, стали открывать, но тут прозвучали выстрелы.
— И что? Ломайте дверь!
И словно в ответ на эти слова послышался голос графа.
— Попробуйте, судари, любому, кто покусится на меня, я прострелю его глупую башку.
— У него есть оружие?
— Не знаем, только подошли, пока возились, пытаясь вскрыть дверь тихо, но послышались выстрелы, и он проснулся.
— Ясно, — скривился Сикс, — но ничего, его это не спасёт. Ломайте!
— А если он и вправду станет стрелять?
Сикс молча показал пальцами, как надо ломать дверь, чтобы не попасть под выстрелы. Бандит кивнул и, взяв в руки что-то вроде дубинки, выдвинул из неё заострённый крюк из закалённого металла, вставил в дверь и резким движением дёрнул на себя, одновременно прижавшись к стене, справа от двери.
Сухо щёлкнула старая резная древесина ясеня, дверь дрогнула, и тут же её пробила пуля, выпущенная из спальни. Грохот выстрела окончательно развеял все иллюзии относительно угроз графа. Оружие у него действительно имелось и, судя по звуку и выходному отверстию, им оказался небольшой револьвер, возможно, дамский.
Сикс ухмыльнулся: слабое оружие, и патронов не так, чтобы много, десять минут, и с графом будет покончено. Плохо, что шума много, это уже непрофессионализм, но ничего, он сможет объяснить, сославшись на форс-мажор.
— Приведите сюда двоих из притона, и где дочь графа?
— За ней пошёл Витус.
— Дочь сюда бегом, и этих из притона тоже, быстрее. Граф, вы там не скучайте, мы уже идём к вам.
Один из бандитов, кивнув, убежал выполнять приказ, а Сикс достал второй револьвер из кобуры, поднял курки на обоих и открыл из них огонь по двери, целясь в замок, немало не заботясь о том, что попадёт нечаянно в графа или графиню, это пойдёт только в плюс.
Граф выстрелил в ответ один или два раза, но Сикс стоял так, что его пуля задеть никак не могла. Опустошённые барабаны провернулись в очередной раз, но уже вхолостую. Стволы револьверов дымились пороховым дымом, отчётливо пахло гарью, а изрешечённая пулями дверь держалась лишь на честном слове и могла быть снесена одним ударом ноги или плеча.
— Граф, вы готовы умереть?
В ответ послышался слабый стон, но Сикс не спешил, время есть, и дочь графа нужно привести сюда, пусть посмотрит перед смертью граф, как они будут издеваться над ней, ведь нет ничего слаще, чем видеть муки аристократа, который ничего не может поделать…
Сейчас уже должны привести её, ведь спальня дочери графа находилась относительно недалеко, и уже послышались её протестующие крики откуда-то издалека, потом её же пронзительный визг, а дальше, дальше началось что-то невообразимое.
Глава 17
Битва в особняке часть вторая
Не знаю, что мне помогло в этот раз: Божий промысел, Проведение или обыкновенное везение, но я успел появиться буквально в последний момент. Так получилось, что Женевьева, а как потом оказалось, и её родители, закрыли на ночь двери в свои спальни, и если бы не это, то я, наверное, не смог простить собственное промедление и растерянность.
Я забежал в коридор, где находилась спальня Женевьевы. Он заканчивался тупиком, перед которым простиралось круглое помещение, уставленное кадками с большими растениями, названия которых я не знал. В эту часть дома я попал всего лишь один раз, провожая девушку, и не заходил в спальню. Рядом находилась ещё одна комната, где Женевьева либо работала, либо отдыхала, а раньше, в детском возрасте, играла.
Сейчас дверь в эту комнату оказалась настежь распахнута, как и та дверь, что вела в
