В Китеже. Возвращение Кузара. Часть 2 - Марта Зиланова

– Что?.. – начала было Марина.

– Тсс! – Жорик прижался к двери и высунул голову в кабинет. Твердые мужские шаги сначала приблизились, а потом постепенно стихли в коридоре.

– Давай-ка ускоримся, – протянул Жорик. Бледнющая Марина только кивнула и метнулась к ведру, рядом с которым высились кучки уже разобранного мусора. Она кинула взгляд на кучку, на ведро, просто высыпала его на пол и разгребла кучу руками, уже в одноразовых перчатках. Видимо, со стола знахарки стащила. Тоже врет и ворует, кхех.

Жорик у окошка раскрыл свою карту. Вес, рост, список принятия зелий от хвороб заразных на первом листе, еще не заполненные планы осмотров на будущее. И вот она, страница «прочие обращения» – именно ее заполняла знахарка, когда у Жорика разболелась голова.

Но сейчас страница оказалась совершенно пустой. Будто на ней ничего и не писали. Жорик сжал зубы, обернул ксифос в перстень, прижал его к пустому листу. В мыслях произнес: «када-ахит» и сильно-сильно пожелал увидеть страницу, какой она была прежде.

Ксифос послушно засветился, посыпались золотые искры, а на месте страницы Жорик обнаружил щепку. Обычную деревянную щепку. Ну ты чего, Глефов! Не настолько же рано! Не была же эта страница действительно пустой?

Он пролистал карточку пару раз – не нашел ничего похожего на осмотр. На втором круге поиска остановился на середине, провел пальцем по сшивающим скрепкам – выпуклые, как будто слишком. Жорик тут же вытащил еще одну карточку, раскрыл на середине – скрепки вжимались внутрь, плотно прижимали листы. Еще одну – то же самое. Нахмурившись, вернулся к картотеке – где же “К”? Ага, Кирпичникова Марина, лист осмотра пустой. Скрепки в сердцевине выпирали еще подозрительнее, кривовато. Будто кто-то их разгибал и сгибал обратно.

– В ведрах пусто, – нарушила тишину Марина. Она едва слышно шептала, но Жорик все равно вздрогнул. – Где еще можно посмотреть? Я видела папку с анализами, может, там? Журнал, в котором прием регистрируют?

– Да… Надо проверить, но боюсь, что мы ничего не найдем. Смотри, в наших картах удалили даже запись о визите. Посмотришь журнал и папку? Я уберу тут все.

– Спасибо, – улыбнулась Марина, покосившись на гору мусора посреди комнаты и, не снимая перчаток, вернулась в приемную.

Жорик взмахнул рукой и задумчиво следил, как мусор, пыль и малейшие свидетели их взлома аккуратно собирались в ведро.

– Там тоже ничего. Нас будто и не было, – вскоре вернулась Марина.

Жорик медленно повернулся к ней и растерянно протянул:

– Я ничего больше не могу придумать… Что мы еще можем сделать?

Марина промолчала, окинула взглядом кабинет, остановилась на столе, лицо ее оживилось, Жорик невольно проследил за ней.

– Клещи! Тут лежат клещи-диагносты! Мы сами можем взять анализы у проклятых и узнать, что за заклятие использовал Длинноносов. Сможем же мы найти какую-нибудь инструкцию и выполнить анализ сами, да? Снова ночью сюда проберемся. И все!

– Что-то я не уверен. Там же оборудование, и вообще. Но! Мой отец! Он может сделать анализы. Да! Берем клещей, возьмем пробы у гимназистов – чем больше, тем лучше. Пока спят, можно сейчас! И тогда узнаем.

– И ты сможешь их расколдовать! Возьмем всех?

– Не, давай часть. А то слишком палевно. И пробирки сразу, материалы надо отдельно хранить.

– Надеюсь, не сразу в глаза бросится, – пробормотала Марина, рассовывая в карманы пробирки. – А что нам будет за воровство? Отчислят, да?

– Лучше нам этого никогда не узнать, – хмыкнул Жорик. – Что теперь? Ставить клещей в спальнях, пока все спят? Или в библиотеку, искать этого Кузьму Юрьевича?

Марина зевнула, поморщилась и явно нехотя выдавила:

– Надо в библиотеку. Тем более у меня идея одна возникла, где его поискать надо. Может, среди авторов? Что-то мне кажется, я уже встречала его имя прежде.

– Надевай тогда крылья. Тут вроде все чисто.

И они снова полетели по темному холодному коридору в полной тишине. Марина чуть меньше хваталась за стену, Жорик держался впереди и вслушивался в звуки спящей гимназии. Не донесется ли снова тот ритмичный военный шаг?

Библиотека была совсем близко, когда звук шагов все-таки настиг их. Жорик резко остановился, заозирался по сторонам: где спрятаться? Шаги будто бы приближались в их сторону.

Марина дернулась первой – ткнула пальцем в угол потолка. Высокого, укрытого ночью, есть возможность спрятаться. Она с силой оттолкнулась от стены, активнее заработала руками и ногами и впервые за их вылазку взмыла вверх. Вот может же, когда надо. Жорик не отставал, через миг уже пытался вцепиться в какую-то лепнину высоко над полом. Задержал дыхание и впился взглядом в коридор перед собой.

Звук шагов становился все громче. Вскоре появились и отблески какого-то огонька-фонарика. Жорик сглотнул ком в горле и сильнее вжался в холодную стену. Лишь бы они не принялись светить по потолку! Лишь бы его чары выдержали, и ни он, ни Марина не свалились им под ноги. Кто бы это ни был.

Если бы не шаг, Жорик принял бы их за кураторов. И что за квадратные пиджаки на ночном патруле? Кураторы ходили в них до конца уроков, а к вечеру даже самые строгие уже выглядели не так официально, ходили по гимназии в толстых свитерах и мягких тапочках. Но никак не в пиджаках и лакированных туфлях. Они бы еще солнечные очки для маскировки натянули…

Пиджаки чеканным шагом разрывали тишину гимназии, шли по коридору, как заведенные механические солдатики, а Жорик висел под самым потолком, словно потерянный воздушный шар после давно закончившегося праздника. Какой-то сюр.

Пиджаки не поднимали к потолку волшебные светильники, ребят так и не заметили. Но еще долго после того, как они скрылись в следующем коридоре, Жорик с Мариной продолжали висеть высоко в воздухе, не смея ни пошевелиться, ни произнести хоть слово. До боли в пальцах Жорик сжимал мелкие выступающие украшательства стены.

– Ты чего полог невидимости-то не навел? – через еще одну вечность прошептала Марина. – Мог же спрятаться.

Жорик медленно повернул к ней голову, заметил, что ее лицо за этот вечер снова изменило цвет и в тусклом оконном свете выглядело теперь каким-то мертвецки-серым. И только одни глаза, не мигая, продолжали всматриваться в коридор, как у какой-нибудь хищной птицы. Типа ястреба-перепелятника – да, он такой же серый с глазами рыжими.

– А я забыл, – нервно хмыкнул Жорик. – Представляешь, просто забыл, что могу что-то наворожить. – И что теперь? Все еще… в библиотеку?

– Ну… Может все-таки…– хрипловато протянула Марина.

– Завтра же, да?

– Угу, – поджав губы кивнула она. – А сейчас попробуем поставить клещей в спальнях.

– И завтра еще