В Китеже. Возвращение Кузара. Часть 2 - Марта Зиланова

Сережа потряс головой, Алекс изобразил зевок, Жорик выдавил из себя усмешку:

– Я их весь первый семестр пытался с собой выманить, но даже сирин с алконостами и то пропустили!

– Я хотел, – поправил его Сережа. – Но заболел.

– А мне просто скучно, – ответил Алекс. – Так, я вчера с тренировкой физику не успел сделать, у кого есть домашка?

Жорик вздохнул. Похоже, заклятие, или что бы там не наложил этот Длинноносов, не подчинило друзей полностью. Только одну сферу знаний, так что, возможно, действительно стоит послушать совета Эмманила, никогда не говорить о Комиссарове и жить нормальной жизнью? Ведь вся эта политика так от него далеко и нисколечко не касается! Где он, Жорик Глефов, и где все это – Вече, законы и Председатели?

Но что-то внутри царапало: нет, все это неправильно. Нельзя зомбировать людей. И разве может этот Длинноносов построить прекрасный Китеж, подчинив себе своих граждан, переписав историю, лишив их воли и памяти?

И так ли безопасны эти чары? А что, если ведичи начнут меняться? И почему только он, Жорик, и Марина – единственные ведичи, кто все еще помнит?

Ну конечно! Сопротивляемость ментальной магии и вчерашняя головная боль. Он тут же распахнул глаза и через силу удержался, чтобы не вскочить из-за парты. Они ведь могут узнать, что это за проклятие или чары на остальных! Они могут проверить, не опасно ли оно при длительном использовании. Могут узнать, что за чары массового поражения использовал Длинноносов.

Он перевернул тетрадку и быстро накарябал на чистой странице:

«Ты забрала результаты анализа на вид проклятия в лазарете?» – и ткнул Марину локтем в руку.

Она нехотя повернулась, рассеянно пробежалась по строчкам, напряглась, перечитала снова и подняла на Жорика свои светло-карие, какие-то огненные, глазища, в них читались ошарашенность и испуг. Она медленно мотнула головой. Жорик кивнул.

«Схожу после урока», – добавил он. Марина кивнула, на миг задумалась, нахмурилась. И поднесла карандаш к листу.

“Вместе”, – написала она скачущими буквами и подчеркнула слово двойной чертой. Жорик кивнул.

-7-

17 березеня,

Светлая гимназия

Китеж, 2004 год

– Наконец-то обед! – воскликнул Алекс, как только Эмманил отпустил их с зоологии на пять минуть раньше звонка. – Пошли скорее есть!

Маринка заметила, как Жорик подзавис, будто не знал, как реагировать, когда не мог говорить правду. Хмыкнула: ну, конечно, все самой. Как будто всегда надо врать. Можно и правду недоговаривать. Прищурила глаза и с нотками вызова сказала:

– Жорик тут вспомнил, что мы результаты анализов на проклятие не забрали, – Алекс застыл на миг, откинул челку.

– Да, – неуверенно протянул он. – Я же хотел разобраться, что с вами не так… Но, может, сначала поедим?

– Можешь не помогать, – не выдержав, фыркнула она. Ну какой тут вызов, когда Алекс такой неправильный. Маринка потупила взгляд, начала закидывать в сумку вещи, старалась на друга не смотреть – потому что если на других этот голос из радио практически и не отложил отпечатка – ну не говори ты с ними о Длинноносове и все, – то Алекс изменился кардинально.

Бывало, в месяце лютом Маринка уже видеть не могла пыльные номера «Вестника», а сейчас что угодно отдала бы, чтобы вернуть эти вечера. Только отдавать нечего, кроме пары золотников со стипендии да обеда из трапезной. Но где у Алекса прежний блеск в глазах? Как опять включить в нем «режим электровеника»? А еще Рождество снова и снова всплывало в голове.

Она хорошо помнила, что Алекс, после того как оттащил ее от Бездны, сказал: «У тебя взгляд весь затуманенный был, я понял, что что-то не так. Надеюсь, если со мной когда-нибудь такое приключится, ты тоже сможешь распознать и огреть меня по башке вовремя».

И вот теперь затуманенный взгляд у него, с ним что-то не так. И настала очередь Маринки помочь. Она покосилась на Жорика и призналась сама себе: хорошо, что спасать Алекса, и Сережу конечно, ей предстоит ни одной. Жорик сильный маг, он хорошо знает Китеж. И ребята ему тоже дороги.

– Ну, вот вам делать нечего, – в очередной раз протянул Алекс, с показным усердием медленно взбираясь вверх по лестнице. Он ничего не ответил на Маринино предложение уйти в трапезную, но громко ныл всю дорогу. – Ну подумаешь, проклятие! Что вы, проклятия в гимназии никогда не видели?

Говорил только он. Жорик все больше смотрел под ноги и хмурился. Маринка поджимала губы и отводила взгляд. Только Сережа спокойно шел рядом, смотря в пустоту, будто о чем-то глубоко задумался. И очки то и дело поправлял на переносице.

– Как будто нельзя было подождать обеда. Или вообще сходить после уроков. Ну, в самом деле, что вам даст то, что вы узнаете тип проклятия?

Подъем до третьего этажа оказался, как никогда, тягостным. Вот кто тянул ее за язык? Стоило действительно что-то опять соврать по зоокружок.

Алекс с безразличным видом плюхнулся на скамейку у входа в лазарет, Сережа застыл где-то посередине между дверью в кабинет знахарки и лавками. Посмотрел на Алекса, на Жорика с Мариной, да так и застыл, как будто программа засбоила. Маринка тряхнула головой, а Жорик решительно потянул на себя дверь:

– Добрый день! – крикнул он в проем. – Так что с нашими анализами?

Маринка заглянула в кабинет следом. Знакомая уже знахарка Татьяна сидела за столом, пила чай. Маринка вгляделась в ее лицо, в движения – есть приметы зомбированности? Как будто совершенно обычная.

– А, господа-проклятые, – добродушно улыбнулась она и отставила чашку. – Как себя чувствуете?

– Все хорошо. Так что с результатами? – спросила Маринка.

– Какая-то ерунда школьная, – махнула рукой та. – Но вы все-таки поаккуратней будьте: биоматериала нигде не оставляйте, амулеты или пояса неплохо было бы носить, посуда только с ободком. Так?

– Вы и сами амулеты так и не носите, – возразила Марина, вспоминая слова Алекса, и все больше осознавая, что на него проклятие, или что это там было, влияет все сильнее с каждым днем. И не только на него, знахарка вот тоже иначе реагирует.

– Можно заключение посмотреть? Пожалуйста, – вставил Жорик, чуть пихнув локтем Марину в бок.

– Да я их выбросила давно, – махнула рукой знахарка. – Ерунда же была. А вы что обедать не идете?

Марина нахмурилась, посмотрела на мусорное ведро: ничего не торчит вроде. Покосилась на Жорика. Он на нее.

– Ну, а я о чем вам говорил? – воскликнул из-за спины Алекс и тут же вскочил с лавки. – Идемте есть уже!

И умчался вперед. Сережа последовал