Магический магазин Элери - Ника Волшебница

— Пра-пра-прадед всё предусмотрел, — восхищённо произнёс Тонк, — похоже, он был очень умён! Но как же тогда получилось, что он исчез…

Пожав плечами, Элери продолжила чтение:

“1 февраля 1749 года.

С компасом возвращение стало легче.

Но я по-прежнему не нахожу ответа, как мне исправить свою ошибку. И, похоже, решение остаётся одно — именно то, чего я больше всего боялся…”

Сердце Элери ёкнуло и забилось где-то в горле, но прочесть, чего боялся её предок, девушка не успела: дверь магазина распахнулась, и зашла гостья, катя перед собой коляску, из которой с любопытством выглядывала девочка с огромными голубыми глазами.

Гномы с феями, не успевшие спрятаться, так и замерли, где были: стоя и сидя вокруг прилавка.

— Ой, какой у вас интересный декор, — женщина с любопытством глянула на волшебных существ и потрогала Фернана за колпачок.

— Спасибо! — Элери устало улыбнулась, — я их делаю из папье-маше.

— Ого! И как Вы успеваете? И магазином заниматься, и творчеством.

— Ну, знаете, на дела, которые приносят удовольствие, всегда находится время, — Элери чуть слукавила: ведь гномов и фей она не делала. Но она успокоила себя тем, что, например, на чтение дневника у неё время есть, несмотря на то, что забот и сложностей сейчас по горло.

— Ох, хотела бы я заниматься рисованием… Вот только с малышкой совсем времени не остаётся! Боюсь даже браться за карандаш.

— А Вы запишите своё желание! — Элери не растерялась, протягивая гостье листок бумаги, — и оно исполнится!

— Как же? Пять лишних часов в сутках появится? — невесело усмехнулась та.

— Это вряд ли. Но возможности точно найдутся! Вы попробуйте.

— Ой, не верю я в такое, ну да ладно, — женщина вяло написала несколько строчек, параллельно негромко приговаривая: “Тише-тише, моя хорошая!” — потому что малышка начала хныкать, едва коляска остановилась.

Глядя на усталую маму, Хранительница подумала, что уже привыкла к извечным сомнениям покупателей, и даже не чувствует в себе сил убеждать кого-либо в исполнимости желаний. Даже как будто наоборот: сама начинает верить в их сомнения.

Когда, прикупив игрушек для ребёнка, женщина вышла, Элери задумчиво произнесла:

— Может, времена изменились, и никому больше не нужно волшебство?

Едва она это сказала, как один из стеллажей с громким хрустом переломился посередине, и товары разлетелись по всему магазину.

— ЭЛЕРИ! — голоса помощников превратились в возмущённый гул.

— Ох! — Хранительница поняла, что совершила роковую ошибку, — прости, прости меня, милый магазин! — она подняла глаза к потолку, — я знаю, что волшебство нужно. И оно будет жить всегда! Мы вылечим тебя, обещаю! Просто я очень устала.

Обессиленно опустившись на стул, она положила голову на ладони.

— Простите, ребят! Не знаю, что на меня нашло! — гномы и феи за несколько минут восстановили и убрали всё, — как хорошо, что вы у меня есть! Я бы давно сдалась.

Пик подскочил к девушке:

— Для того мы и здесь! Не вздумай падать духом, мы справимся! Если надо — каждый из нас отправится в зеркальный мир ради спасения магазина. Даже если мы оттуда не вернёмся!

Остальные согласно загалдели.

— Зеркальный мир! — спохватилась Элери, — продолжим читать?

Помощники снова собрались вокруг и расселись по своим местам, и Элери вернулась к дневнику.

— Осталось совсем немного, — она глянула на несколько оставшихся страниц и приступила к чтению.

“1 мая 1749 года.

Я убеждал и уговаривал жителей зеркальных миров, старался подбодрить их — хотя что лукавить: бодрости и во мне самом нет. Пытался бороться с их сомнениями… Ничего не помогает.

Выход один: я должен сам стать частью этого мира, чтобы мои сомнения вновь объединились со мной. Тогда баланс восстановится: я понял, что эмоции должны жить в том же мире, где живёт человек, породивший их…”

Элери сглотнула:

— Выходит, чтобы спасти магазин от вируса сомнений, я должна переселиться в зеркальный мир? — она обвела помощников широко распахнутыми глазами.

— Погоди-погоди, — остановила её рассудительная Сольви, — ты ведь не отправляла через портал свои сомнения в зеркальный мир. Значит, тебе не нужно будет уходить туда навсегда.

— Звучит логично, — согласился Дорин.

— Но тогда чем магазину поможет моё перемещение через портал? — Элери почесала затылок.

— В дневнике написано “что скрыто здесь, то явно там”. Очевидно, нужно найти все сомнения, которые принесли покупатели, и как-то с ними совладать, — Нивея выглядела бодрее других, поскольку в последние дни не занималась созданием журавликов.

— Думаю, ты права. Нужно будет как-то победить сомнения… Вернее, то, что они из себя представляют в зеркальном мире… Но как это сделать… — Элери представила себе ужасных чудовищ, воплощающих сомнения: с красными глазами, огромными клыками, в кожистых панцирях. И вздрогнула от мысли, что с ними нужно будет воевать.

— Ну-ну, давай подумаем об этом позже, — миролюбиво проговорил Глум, — сначала дочитаем дневник.

Элери вздохнула и вернулась к последним строкам:

“7 августа 1749 года.

Я принял единственное верное решение.

Заканчиваю дела в этом мире — и готовлюсь к переходу.

Как жаль, что не могу рассказать об этом семье: они не понимают серьёзности ситуации, и будут уговаривать меня остаться здесь.

Но я наконец-то нашёл в одной из книг индийского колдуна истину: если баланс между мирами нарушится, то оба мира начнут разрушаться. Медленно, но беспрерывно. Я заметил трещину в углу зеркала, которой раньше не было. Видимо, разрушение начинается.

Ждать больше нельзя. Этой ночью я должен совершить переход…

На этом история заканчивается”.

— Тут ещё конверт, — Элери всхлипнула и легко оторвала рассохшийся старый клей.

“Любимые мои!

Я очень надеюсь, что вы найдёте это письмо и прочтёте его.

Я совершил великую ошибку, и для того, чтобы её исправить, должен исчезнуть.

Я хочу сказать вам, что прожил восхитительную жизнь в этом мире, и бесконечно счастлив, что был частью нашей волшебной во всех смыслах семьи!

Люблю вас так, как только может любить человек!

Все ответы вы найдёте в этом дневнике.

Не тоскуйте обо мне.

Продолжайте наше дело.

И я был бы счастлив знать, что и через сотни лет магический магазин будет процветать!”

Элери закончила чтение. Повисла тишина.

— Ну что ж, — Эвена протёрла пальчиком уголок глаза, — раз пра-пра-прадедушка сказал не тосковать, тосковать не будем.

— Верно! — Элери улыбнулась одними губами, — в конце-концов, прошло уже триста лет…

— Когда отправимся? — Пик даже чуть дрожал от нетерпения, — я готов идти в зеркальный мир и воевать с любыми проблемами и чудовищами!

— Да ты ж мой нетерпеливый Пики! — улыбка Хранительницы стала чуть шире, — я думаю, займёмся этим ночью: днём оставлять магазин нельзя.

— Отлично! — Пик потёр ладошки, — я иду первым!

— Ну уж нет! —