Обманщик Империи 2 - Ник Фабер
И что было дальше? Предположим, всё произошло именно так. Как бы я сам поступил на его месте, если бы точно знал, что меня преследуют? В первую очередь я бы спрятал товар, чтобы даже в том случае, если меня схватят, он не достался преследователям.
Мысль была здравая. Более чем. Вопрос в другом: что он мог сделать и куда спрятал чёртову маску…
Хотя нет. Сейчас есть ещё один вопрос. Где он сам и что с ним. Если его доставили этому самому посреднику живым, то он всё ещё может быть жив. Шансы на это есть, пусть и очень маленькие, несмотря на прошедшее время.
Повертев в руках мобильник, я принялся копировать находящиеся внутри номера и сообщения.
— Жанна, я пришлю тебе всё, что есть на этой трубке. Нужно узнать, что там за «посредник», с которым он связывался. Сделаешь?
— Присылай. Сделаю всё, что в моих силах, — серьёзно ответила она, и я был ей крайне благодарен за отсутствие привычных шуток.
Глава 8
— Готово, — сообщил я, когда замок в моих руках с щелчком открылся.
— Молодец. Бери следующий, — даже не повернувшись ко мне, произнёс Луи, стоя у плиты.
Отказываться я не стал и бросил замок в ящик под столом, после чего взял следующий из пластикового контейнера, что стоял на столе.
Мне уже почти пятнадцать. Жизнь как-то сама собой пришла в норму. Ну, в то, что можно было назвать хоть какой-то нормой, если учесть, с кем именно я живу и как я под этой крышей оказался.
Взял замок и, зажав его в левой ладони, пальцами обеих рук вставил в скважину замка отмычки. Эта тренировка проходила у меня по вечерам, по три раза в неделю. Примерно год назад Луи поставил передо мной пластиковую бадью, доверху набитую разнообразными закрытыми замками, и сказал — будешь учиться открывать.
На моё резонное возражение о том, что я не знаю, как это делать, он ответил с присущей ему лаконичностью — из карманов таскать я тоже когда-то не умел. Зато теперь мог вытащить у человека кошелёк так, что тот в жизни этого не заметит и не почувствует. Вот и с замками то же самое — главное достаточно практиковаться.
В итоге мне выдали набор отмычек и прочих инструментов, о названиях и предназначении коих я и малейшего понятия на тот момент не имел, и начался новый этап обучения. Долгий. Нудный. Сопровождающийся проколотыми острыми кончиками отмычек пальцами и моей тихой руганью. С первым замком я тогда справился только через день. Сейчас же…
Взял в руку. Поставил так, чтобы было удобно. Вставил отмычки и начал постепенно проворачивать личинку замка. Спустя несколько секунд замок с откинутой дужкой полетел во второй контейнер, куда я складывал открытые.
Год назад у меня ушло почти три недели на то, чтобы с руганью и проклятиями открыть каждый из семидесяти шести замков, которые дал мне Луи.
Теперь я справлялся быстрее, чем он заканчивал готовить ужин. Вот и сейчас: Лерант ещё не закончил готовить соус к пасте, а в контейнере осталось меньше четверти закрытых замков.
— Ловко у тебя это получается.
— Ты сам говорил — главное практика, — пожал я плечами. — Плюс под это занятие хорошо думается.
— И о чём же ты думаешь, парень? — спросил стоящий у плиты вор.
— Да ни о чём…
— Не ври. Сидишь тише воды, ниже травы. А я тебя знаю слишком хорошо. У тебя такое состояние, когда ты в мыслях своих витаешь, — фыркнул он. — Так что давай, колись, о чём думаешь?
— Да ни о чём…
— Не ври мне!
Замок щёлкнул у меня в руках и открылся. Я лениво кинул его под стол и взял следующий.
Луи был прав. Как обычно.
— Думал о том, как украду что-нибудь очень дорогое и буду до конца жизни валяться на пляже где-нибудь, где очень тепло, — выдал я свою мысль.
Это тоже была не совсем правда. Думал я сейчас не об этом. Но и такие мысли у меня порой проскакивали. В особенности после некоторых рассказов Луи о его собственных делах.
— Выкинь эту чушь из головы, — произнёс он с французским акцентом, который я уже почти не замечал в его речи, настолько к нему привык.
— А чего сразу чушь?
— А потому, что так не бывает, — ответил он, помешивая томатный соус в стоящем на плите сотейнике.
— Ты мне сам рассказывал, что тот скипетр стоил больше шестидесяти…
— Это он на аукционе столько стоит, — перебил меня Луи, после чего попробовал соус. — Передай мне соль.
Отложив новый замок в сторону, взял со стола мельницу с солью и передал ему.
— Спасибо. Так вот, парень. Забудь. Деньги, которые платят за такие вещи тупоголовые богачи, мы никогда не увидим.
— Можно же самому продать…
— Можно, — не стал спорить со мной Лерант. — Я даже знаю пару успешных ребят, кому это удавалось. А ещё знаю несколько десятков, кому просто голову откручивали, чтобы не платить. Мотивация отдать такие деньги тебе, парень, прямо коррелирует с наличием достаточной силы и влияния за твоей спиной. Не стоит верить, будто мир полон хороших, добрых и честных людей. В противном случае нашей профессии бы тогда не существовало.
— То есть твоё призвание — воровать до конца жизни?
— А почему бы и нет? — спросил он в ответ и повернулся ко мне. — Это моё ремесло. Оно требует профессионализма и навыков, которые имеются у крошечного количества людей. Подобное сочетание делает нас специалистами, услуги которых стоят дорого. Да, не так много, как ты там себе нафантазировал, но достаточно, чтобы вести хорошую и безбедную жизнь. Считай, что это вроде работы вахтовым методом. Сделал дело. Получил деньги. Залёг на дно и отдыхаешь до следующего дела, парень. Такова наша жизнь…
— Твоя жизнь, — резонно возразил я ему, на что Луи только рассмеялся.
— Парень, я под этим небом уже шестой десяток хожу. Поверь мне, кое-что понимаю. Уж точно побольше тех невезучих ребят, которые мечтают вытянуть золотой билет и выйти на пенсию пораньше. Стабильность куда предпочтительнее риска.
Сказав это, Луи откинул спагетти на дуршлаг и быстро переложил их в сотейник к уже приготовленному соусу.
— Хочешь совет? — сказал он таким тоном,
