Джейн Эйр – охотница на оборотней - Андрей Олегович Белянин
– Да кто тебя спрашивает, дитя?! – удивился дядя Рид. – Сей господин мечтает играть с тобой, как с куклой!
– Но они не чужды мне! И обществу! Неужели ты желаешь, чтобы свет судачил обо мне, называя скупым мужем? Нет, ты не допустишь этого! Ты поедешь со мной в Миллькот и сама выберешь все необходимое для своего туалета. А свадьба наша пройдет в сельской церкви, откуда мы поедем в город.
Дядя Рид язвительно рассмеялся. Его сарказм был мне неприятен и непонятен.
– Через несколько дней мы отправимся за границу: моя Дженни увидит Италию и Францию, сады и виноградники, древние и новые города, все-все, чем славится Европа. Там ты увидишь, что ты не такая, как другие женщины, и сравнишь свои достоинства с их недостатками. Мы будем останавливаться в Париже, Риме, Неаполе, Венеции и Вене. Все места, где я бывал один, теперь посетит вместе со мной Дженни, мой ангел!
– Не верь ему! Он вешает тебе лапшу на уши! – указав призрачным пальцем в сторону моего женина, во все горло закричал мистер Рид. Я подпрыгнула от неожиданности. Мистер Рочестер удивленно вскинул брови.
– Что-то не так, Дженни? Почему ты постоянно озираешься на кресло? Хочешь присесть?
Не хватало еще, чтобы он усадил меня на колени к моему призрачному дядюшке. Я поспешила повернуть разговор в нужное мне русло.
– Я счастлива буду сопровождать вас в поездках, Эдвард, – улыбнулась я. – Шелка и золото мы обсудим позже. А пока удовлетворите мое любопытство, ответьте на один вопрос.
– Что? Что? Какой вопрос? – быстро проговорил он, в одночасье из радостного и расслабленного превратившись в тревожного и подозрительного.
– Почему вы встревожились, сэр?
Дядя Рид затянулся сигарой и выпустил дым в виде вопросительного знака.
– Потому что не люблю расспросы, моя амазонка! Но ради вас, ради нашей любви… Говорите скорее. – На эмоциях он опять перешел на «вы». – Уж не вздумали ли вы просить доверенность на Торнфилд и лишить меня всего? Отобрать у меня все? Или вы ходите выведать у меня какую-нибудь тайну? Или я должен отдать вам половину своего имения, чтобы вы прекратили эти бессмысленные расспросы?
– Меркантильная Дженни! – по-мальчишески выкрикнул призрачный мистер Рид из своего кресла и расхохотался.
– Сэр, мне не нужно ваше имение, – удивилась я, – я лишь хотела узнать невинную мелочь.
– Любопытство нередко ведет к погибели!
– Да-да, любопытство убило кошку, убьет и Дженни Эйр! Или нет? Этот хитрый шерстяной волчара что-то скрывает, дражайшая племянница, говорю тебе как на духу! – Призрак оказался теперь рядом со мной и нашептывал мне на ухо.
Я чувствовала холодок от его дыхания. И почему мистер Рочестер его не видит? И зачем вообще дядя Рид появился здесь?
– Печальная участь Евы ожидает нескромную женщину, выведывающую секреты своего мужа! Ну давай же, приступай к выведываниям и капризам, пусть начнутся семейные сцены! Капризная девчонка, несущая вздор!
Мистер Рочестер отступил к окну и скрестил руки на груди.
Призрак отплыл к камину. Пламя мерцало сквозь него, искажаясь и размываясь, как через мутное стекло.
– Как быстро я пала от ангела до капризной девчонки. Как быстро я стала нескромной женщиной и получила обвинения в корысти. Вы, кажется, вновь напрочь забыли про учтивость, сэр. А между тем я всего лишь хотела спросить: зачем вы лгали мне, что намерены жениться на мисс Ингрэм?
– И только?! – с облегчением спросил мистер Рочестер. Он вновь обнял меня и начал перебирать мои волосы, его взгляд посветлел. – Мне нужно было разжечь в тебе интерес ко мне, глупенькая Дженни. Вызвать в тебе ревность. Я прикидывался влюбленным в мисс Ингрэм, чтобы через месяц повести под венец тебя.
– Хитрый пес! Коварный манипулятор! – уверенно заявил мой призрачный дядя. – Это добром не кончится! И ты еще не знаешь главного…
– Какая низость! – Я выпуталась из его объятий и встала подле камина так, чтобы между нами оказалось кресло и мистеру Рочестеру не удалось вновь начать обнимать меня. Дядя вновь сидел в кресле. Я видела сверху его призрачную лысину.
– Но это было сделано ради нашего счастья!
– Вы так низко пали в моих глазах, великий и ужасный хозяин Торнфилд-холла! До какой жалкой роли вы додумались, закрыв свои уши, чтобы не слышать голос стыда и совести! Неужели вы считаете, что имеете право так издеваться над моими чувствами и над чувствами мисс Ингрэм?! Кто дал вам это право?
– Мисс Ингрэм знает только одно чувство – гордыню. И ей необходим был поучительный урок.
– А скоро урок ждет и тебя, племянница. Очень-очень поучительный урок! – саркастично крякнул дядя Рид.
– Урок? С каких пор вы гувернер, чтобы давать уроки? Откуда вам известно про то, что чувствует эта молодая женщина? Разве вы провидец? О нет, сэр, вы вовсе не провидец, вы гордец и глупец!
– Но мисс Ингрэм сама охладела ко мне, когда я пустил слухи, что обнищал как церковная мышь.
– Вранье! – четко ответил дядя, не размениваясь на идиомы. Мне стало это порядком надоедать.
– И это делает вам честь? Вы опустились до лжи! Одна ложь повлекла за собой другую. Вы лгали мисс Ингрэм о любви, лгали мне о любви к ней, а потом лгали ей о своем стесненном положении. Так как же я могу верить в ваши слова о любви, мистер Рочестер? Как верить словам лжеца?
– Эта маленькая ложь была необходимостью на пути к нашему счастью, Дженни! Даю тебе слово, что больше не будет никакой лжи. И нет в целом мире существа, изнемогающего от любви более меня. Любишь ли ты меня, моя фея?
– Да, сэр.
Призрак встал на ноги, с досады плюнул на ковер и исчез.
– Тогда проси все, что пожелаешь!
– Сообщите обо всем мистрис Фэйрфакс. Она очень сердита на меня и считает, что я забыла свое положение.
– Твое положение – в моем сердце!
Поездка в Миллькот выдалась утомительной. Мистер Рочестер категорически не желал брать с собой Адель, но я упросила его: девочка так хотела поехать с нами, ей определенно пойдут на пользу короткое путешествие и временная смена обстановки.
Я была бы абсолютно счастлива, если бы мой будущий супруг не относился к девочке как к надоевшей кукле. Он рычал на нее сквозь зубы и заставлял сидеть в самом дальнем углу кареты, а после и вовсе заявил, что как можно скорее избавится от нее, отослав в школу. Об этом нам следовало поговорить отдельно. Я вовсе не разделяла его планов по избавлению от Адели.
Как хорошо было бы, если бы она росла подле нас! Разве виновата девочка
