Сказки Верескового леса. Фебр - Елена Шейк
Заглянув в бокс, Агвид заметил, как худая фигура в чёрном пыталась спрятаться за аппаратом искусственной вентиляции лёгких. – Я прошу прощения, – подал голос оборотень, медленно приближаясь к испуганному человеку. – Мне, конечно же, сюда не следовало заходить, но кажется, что вам нужна помощь. Как вы здесь оказались?
– Тебе лучше убираться отсюда, – ответил хриплый женский голос.
Агвид совета не послушался и сделал ещё несколько шагов навстречу той, что пряталась от его любопытных глаз. Чем ближе он подходил, тем дурнее ему становилось: дышать стало тяжело, защипало в носу, по рукам побежала сыпь. Он увидел худую изнемождённую девушку, которая, вцепившись в кислородную маску, тряслась от озноба, сидя на полу между койкой и аппаратом ИВЛ.
– Ты не человек! Лихорадка… Фебрис…
Агвид знал, что горные оборотни по сравнению с другими монстрами меньше подвержены влиянию Лихорадки, поэтому хоть и чувствовал неприятные симптомы в виде кашля и повышения температуры, понимал, что ничего страшного с ним не случится. Чёрное платье, длинные чёрные волосы. Гордый, надменный взгляд потух, кожа выглядела болезненно белой, а синяки под глазами хорошо сочетались с синяками от капельниц и катетеров на руках. Из классификатора самых опасных чудовищ Агвид отчётливо помнил Фебрис. Сомнений, что сейчас перед ним именно она, у Агвида не возникало.
– В могильном мире случился переворот, Фебра освободили из темницы.
– Так и должно было произойти. Несколько подлунных лет назад меня вызволили из тюрьмы и приказали выйти к людям. Я всего лишь хотела остаться с Фебром в замке, но монстры превратили наш дом в резервацию, а меня выгнали в подлунный мир! – в голосе Фебрис оборотень отчётливо услышал смесь злости, отчаянья и обиды.
– Фебр вышел в подлунный мир. В этот раз у него несколько целей, одна из которых – найти возлюбленную.
– И сколько же людей полегло на его пути?
– Я не силён в цифрах, но по последним сводкам больше половины подлунного мира, и это не конечный результат. Фебр идёт сюда, поэтому я и ещё один монстр, мы…
Агвид запнулся, боясь озвучить очевидное, но Фебрис и так всё стало ясно.
– Как только Фебр попадёт в ловушку, миру монстров настанет конец. Хранителя могильного и подлунных миров уничтожат, Колесо года остановится и повергнет миры в полнейший мрак: не будет больше света. Люди боятся монстров, но без монстров они не выживут. Жаль, что я не увижу этот масштабный провал, – полуулыбка тронула бледное лицо Фебрис, но и она быстро погасла. – Но Фебра я тоже больше не увижу.
– Но у монстров есть план, они хотят… – Агвид запнулся и покраснел. Изопсефил с Черепом при нём обсуждали пленение Фебра.
– Много подлунных веков назад в ночь, когда в мире людей лето сменялось зимой, монстры с размахом праздновали начало следующего цикла Колеса года. Однажды к нам в паб зашёл человек, он попросил Фебра забрать его на границу Чёрного Вереска, так как жил невыносимо бездарной жизнью и не снискал уважения среди себе подобных. Фебр согласился. Он поделился с человеком угольком. Человек долго бродил во мраке Вереска, но так и не понял, что найти свет в душе ему не поможет ни один монстр, он должен был сделать это сам. Но человек был слишком ленив и глуп. Он открыл двери в наш мир другим людям. С тех пор люди, а не монстры правят могильным миром. Люди разрушат наш мир, а потом свой собственный.
После разговора с Фебрис Агвида накрыла паника. Превратившись в кота, он бегал по длинным коридорам и пролётам здания в поисках Изопсефила. Нельзя было делиться с людьми оружием. Ни в коем случае!
Агвид проворно сновал от одной лаборатории к другой, проваливался сквозь этажи, вплоть до подвальных помещений, и снова устремлялся ввысь. Передвигался он гораздо быстрее котов подлунного мира, поэтому люди не замечали его, ощущая лишь ветерок, скользивший по ногам, а те, кто облачались в громоздкие костюмы защиты, вообще ничего не замечали.
– Вот ты где!
Изопсефил вздрогнул, когда буквально из ниоткуда появился растрёпанный и запыхавшийся Агвид.
– Я е-еле… н-наш-шёл… т-тебя… – не мог отдышаться оборотень.
– Присядь, выдохни и расскажи, что случилось.
– Я должен тебя кое о чём предупредить. Бери оружие, проваливаем отсюда! Мы помогаем нашим врагам, которые к тому же не понимают, что они сами себе идеальные враги. Я видел Фебрис. Кхм, было бы неплохо и её с собой прихватить. Ищем Фебра, умоляем его вернуться в могильный мир и закрываем его для людей навсегда.
– Ты не приболел? Очень странно себя ведёшь, – нахмурился Изопсефил.
– Вот почему меня никто не хочет слышать? Люди использует силу Фебрис и наработки монстров не для всеобщего блага. Я, проносясь по коридорам, слышал, как люди между собой шептались, что было бы неплохо от монстров избавиться раз и навсегда, – выдумывал на ходу Агвид, лишь бы Изопсефил принял его предложение. – Люди могли бы быть хорошими, но глупость делает их опасными для себя самих.
– Говоришь, ты видел Фебрис?
– Да, и выглядит она ужасно. Ты или продолжаешь от меня что-то скрывать, или глупец! Останови их, пока не поздно. Нельзя допускать, чтобы они избавились от Фебра, ведь это он хранитель миров.
– Разве не Джек О’Лантерн?
– Я в твоём голосе не слышу даже удивления, – угрюмо продолжал Агвид. – Ты покрываешь наших продажных властей. Какую выгоду ты ищешь, если нам всем наступит конец?! Я не понимаю, Изопсефил, ты что, под действием зелья? Тебя держат в заложниках?
– Встреча монстров и Фебра ничем хорошим не закончится.
– Да, мы пострадаем, но мы это заслужили. Всё наше прогнившее руководство и монстры, которые его поддерживали.
– Мы и сейчас должны поддерживать мэра! Джека. Ну, или будущего мэра.
– Да послушай меня, монстры просчитались. Джек и Сета ошибаются, думая, что люди хотят с ними сотрудничать. Фебр никому зла не желает, но монстров он тоже накажет, потому что они сами себе яму до нижнего мира тщательно рыли на протяжении долгих пятнадцати подлунных веков.
– Тебе нужно отдохнуть и прийти в себя, а потом мы поговорим. Пойми же наконец, мы не можем допустить возвращения Фебра в могильные земли. Таков был план и нам велено его придерживаться.
– Что-то новенькое… – опешил Агвид и уточнил, заранее понимая, что ответ ему не понравится: – А почему мы не можем допустить возвращения Фебра
