Гнев земли - Екатерина Юрьевна Васина

Кое-как успокоив волшанов, мы все устроились за столом. Я почесала перья эйро Рене и улыбнулась Лео. При друзьях я почему-то стеснялась поцеловать его. Да и не целовались мы почти, в основном просто гуляли и болтали. И если сначала Лео казался мне невыносимым мерзким снобом, то сейчас я воспринимала его как немного избалованного, но милого, внимательного и веселого парня.

– Как тебе в Аркано, Лиз?

Хелен задала вопрос, который явно волновал всех друзей. Я отпила чай и улыбнулась.

– Вас не хватает. Ну и с соседкой не очень повезло. Хелен, давай ты тоже станешь магом земли или огня, перейдешь в Аркано и мы выкинем мою соседушку за дверь?

– Ха-ха. – Хелен показала мне язык. – Уверена, ты и сама справишься.

– Конечно! – подхватила Ленора. – Если уж Абигайл на место смогла поставить! Ой, кстати, а я слышала, что она опоздает к началу занятий.

– Вряд ли это кого-то расстроит, – фыркнул Эдуард.

– Абигайл Бетелл? – негромко спросил Лео. – Родители как-то разговаривали о лорде Бетелле. Кажется, у папаши вашей однокурсницы серьезные проблемы: попался на взятке, причем очень крупной.

– Ого! – присвистнул Эд. – А зачем это первому водному магу идти на такое? Я думал, такие семьи и без того купаются в деньгах.

– Чем больше денег, тем их меньше, – сообщил Леонар. – Кажется, этим руководствуются многие богатые семьи.

Я промолчала, так как моя семья тоже считалась весьма обеспеченной, тогда как у Леноры, Эда и Хелен родители не были ни знатью, ни крутыми магами. Они работали на фабриках, в офисах, старались откладывать на обучение детям и немного на отдых. Спокойная размеренная жизнь, без светских приемов и встреч при дворе короля.

* * *

Почему время так быстро летит, когда проводишь его с друзьями? Или когда вокруг праздник? А вот на скучных уроках оно растягивается и кажется бесконечным. Я не хотела расставаться с друзьями, но за окном начинали сгущаться сумерки, а завтра первый учебный день. Мне надо еще собраться и приготовиться.

Мурашки по рукам и спине от одной только мысли, что опять в новый класс. Я сглотнула и перехватила взгляд Хелен. Коснувшись моего локтя, пока остальные спорили, кто из волшанов быстрее, подруга тихо спросила:

– Волнуешься?

– Все чужое.

– Новое. – Темные глаза Хелен смотрели понимающе. – Там просто ученики, Лиз. Такие же, как в Мимамо. Кроме магии мы ничем не отличаемся.

– Твои бы слова…

Она прижала палец к губам, ее глаза смеялись.

– Я говорю много вещей, от которых у других округляются глаза, но тебе правда может стать легче, если тоже подумаешь в этом ключе.

– О чем секретничаете? – К нам подошел Лео с пакетом в руках. Они с Эдуардом отходили расплатиться по счету, а Ленора ушла в дамскую комнату припудрить носик.

– Желаю Лиз удачи и советую ничего не бояться.

– Правильно! А если только посмеет кто-то обидеть, я любому зад надеру!

– Мы! – поправила его Хелен. – Меня тоже лучше не злить. Но я уверена, что все будет хорошо.

– Держи. – Лео вручил мне пакет. Заглянув в него, я увидела засахаренные орехи и сладости. – Для поднятия настроения.

– Спасибо! А где Эдуард?

– Пошел извозчика ловить. Хотел спросить, мы тоже поедем или прогуляемся?

– Давай прогуляемся. – Спешить обратно совсем не хотелось из-за соседки.

– Буду только рад, – улыбнулся Лео, предлагая мне локоть.

– Оу, – закатила глаза Хелен. Она хоть и держалась с Гловером ровно, но мне почему-то казалось, что подруга его недолюбливает и не совсем одобряет наши отношения. Нет, прямо она ничего не говорила, но я это чувствовала.

Ленора вернулась, и мы вышли на улицу. Там нас уже ждал Эдуард с наемным экипажем.

Я тепло распрощалась с друзьями, желая им всего наилучшего. Хорошо, что они быстро уехали, иначе не сдержала бы слез. Начинается учеба, и часто видеться мы не сможем, они на другом конце города. Не будет больше наших посиделок, и от этого грустно. С Лео и то решили встречаться лишь по выходным.

Мы неспешно побрели по улице. Темнело быстро, уже зажигались фонари. Воздух стал по-осеннему свеж, и прохожие ускоряли шаг, обгоняя нас. Я теснее прижалась к Лео, чувствуя печаль и нежелание расставаться. Так бы и шла с ним.

В прошлом году было легче. Да, я тогда перешла в новую школу, и пришлось вливаться в новый коллектив, но за моей спиной была поддержка семьи. А сейчас… Элеонора Ривенсай далеко, и есть только Леонар Гловер, которому я небезразлична.

Как будто почувствовав, что я думаю о нем, он накрыл мои пальцы своими:

– Не грусти. Кстати, у меня для тебя есть подарок. Хотел отдать, когда будем одни.

Он достал из своей сумки упакованный в бумагу сверток, перевязанный розовой лентой, и протянул мне.

– Что это?

– Посмотри.

Я потянула за ленту, развязывая пышный бант, и развернула бумагу. В глаза бросился дорогой кожаный переплет с позолоченным тиснением. В первый момент я подумала, что это книга, но нет – никакого названия, лишь крупный рубин посредине. Провела по нему пальцем.

– Он активируется каплей крови, после чего настраивается на ауру владельца, и открыть его сможет только он.

– Это блокнот? – Я открыла его.

– Ежедневник. Можешь записывать сюда свое расписание или то, что планируешь сделать. Отмечаешь галочкой нужное время, и срабатывает напоминание – рубин будет светиться и вибрировать. А в конце…

Я пролистала страницы, дойдя до чистых.

– Тут можешь писать все, что хочешь сказать мне. У меня парный.

Я едва подавила всхлип и захлопнула ежедневник. Сердце сжалось от боли. Адриан в прошлом году подарил мне подобный. Не такой дорогой, просто блокнот, но мы через него общались, находясь на расстоянии.

На обложке в глаза бросилось фирменное тиснение «Дома Карвье». У них продаются самые роскошные украшения и очень дорогие вещи. Да по одному размеру рубина на обложке ежедневника можно было сказать, что вещь не из дешевых. Лео еще не дарил мне таких дорогих подарков.

– Я не могу его принять. Это слишком дорого.

– Чушь! Ты моя невеста, – неожиданно властно и твердо произнес Леонар.

Я бросила на него удивленный взгляд: в этот момент он сильно напомнил себя прежнего, как в первые дни нашего знакомства, когда я его еле терпеть могла.

– Так я смогу быть к тебе ближе, – уже мягче произнес он. – Отказ не принимается! И вот, смотри…

Он перевернул ежедневник в моих руках и достал из переплета ручку.

– Пиши мне только ей. Здесь специальные чернила. Когда листы закончатся, поставишь в этом квадрате галочку. – Он указал пальцем на