Тень Лисы, След Волка. Нареченая дракона - Елена Геннадьевна Бабинцева

упругими телами ползи внизу поезда, удивительные машины, которые

придумали люди. Отсюда казалось, что они были живыми. Горело сотни

огней в наступающих сумерках. И даже отсюда я слышал суету и шум

людского мира. В небе летали самолёты, разгоняя зазевавшихся духов и

разгоняя облака, внизу сновали машины, звучала музыка, ходили люди… мир

изменился давным-давно, но я только сейчас стал понимать, насколько в

нём не место таким, как я. Ёкаи и духи стали пережитком прошлого.

Конечно, в Японии осталось достаточно скрытых мест и миров, где правит

старое время, где есть знакомые традиции и законы, но весь остальной мир

будто идёт мимо… будто я сам застыл в том мире. Как насекомое в янтаре.

А мир движется вперёд. Я прекрасно понимал, что лишаю себя будущего, но

я не видел своего будущего! Не видел его! Или боялся увидеть… я всё ещё

боялся.

– Какая нелепица… – глухо проговорил я. Пар вырвался из моего рта и

растворился в воздухе.

– Господин Модару…

Я обернулся на голос, не скрывая удивления. Мало кто может подкрасться

ко мне так тихо. Немного поодаль стоял щупленький старичок в простой

одежде, на голове амигаса с широкими полями (рисовая шляпа). За поясом

лопатки и грабельки для клумб. Однако взгляд старика был далеко не

старческий. На меня смотрели ясные жёлтые глаза с вертикальными

зрачками. Я только гулко вздохнул и припал на передние лапы, преклоняясь

перед высшим божеством этой страны.

– Уважаемый Рюдзин… видеть вас… это большая честь для меня!

Старик улыбнулся, и морщинки, как лучики, разбежались по его лицу.

– Я вижу, как вас гнетёт большая ноша. И вижу, что эта ноша не по зубам

даже такому прославленному ёкаю.

Я выпрямился и печально опустил взгляд. Высшее божество было способно

заглянуть даже в самые тёмные закоулки души. Рюдзин мог видеть будущее.

Но он не всем его предрекал. Очень немногие удостоились от него

предсказания.

– Я запутался, мой господин… я будто плутаю в тёмной комнате без стен.

Старик понимающе улыбнулся и присел рядом со мной. Я опустился рядом с

ним. Рюдзин задумчиво огладил морщинистое лицо и, вздыхая, проговорил.

– Я давно забыл, какого это, когда у тебя есть кто-то близкий. Тот, кто

всегда поймёт тебя, не будет упрекать, станет тебе не только верным

другом, но и половиной твоей души…

– У вас очень большая семья, мой господин…

Но Рюдзин лишь усмехнулся. В этой усмешке отразилась печаль.

– О да, моя семья огромна. Мои дети населяют почти весь белый свет. А

моих внуков можно даже не считать… Впрочем, я не об этом, господин

волк.

– Ваша жена…?

– Да, моя жена. Никого и никогда я не любил так сильно, как любил её. Я

жертвовал ради неё жизнью, погибал и воскресал и был готов снова

повторить это. Подлые козни моих врагов отняли её у меня… это было так

давно, что я уже с трудом могу вспомнить, кто был в этом виновен.

Однако я помню её глаза, её смех и её голос… прошли сотни лет, а я всё

ещё помню. Отохимэ чем-то похожа на неё, если бы не вздорный характер…

Рюдзин усмехнулся, снова оглаживая морщинистое лицо. Я молчал. Бог-

дракон говорил со мной, будто он знал меня много лет. И

. И я боялся спугнуть этот момент.

–А кого вспоминаешь ты, господин Волк?

Я открыл рот, и даже хотел сказать имя, но образ тут же нарисовал мне лицо моей новой бывшей госпожи. И это поразило меня. Неужели…

–А-а-а…– протянул загадочно Рюдзин и мечтательно прикрыл глаза. – Твоя молодая госпожа. Удивительно, что не Хитори пришла в твои думы, а именно она.

–Я удивлён не меньше…моя госпожа получила от вас дар бессмертия. Вы сделали это специально? Чтобы удержать её здесь?

Рюдзин задумчиво усмехнулся.

–Я это сделал ради неё самой. И ради вас, господин волк.

–М-меня?– я, заикаясь, удивлённо расширил глаза. – Но…мой господин, чем я заслужил такую честь? И почему ради меня?

– Потому что я видел будущее Хитори- сан. И это будущее было печальным. Она знала это и принимала. Потому что, прекрасно понимала, что дар бессмертия ей разделить не с кем. Она любила вас, господин волк. Любила девятихвостую лису Миюки. Любила свою дочь и храм, в котором жила. Но эта любовь была не вечна. Она это понимала. И решила, что вечная жизнь не для неё. Даже Хикари не мог уговорить её. А ведь его любовь к ней была искренна…

–То есть…вы считаете, что я убегаю от самого себя?

–А как думаешь, ты, господин волк?– повернулся ко мне старик, улыбнулся уголками рта. – Считаешь ли ты, что убегаешь от своего будущего? Или может, ты оттягиваешь решение, которое нужно принять? Или ты боишься его принять, потому что твоя жизнь изменится? Что же так пугает, такого сильного ёкая?

–Неизвестность… – честно ответил я. – Я боюсь того, что может произойти, уважаемый Рюдзин. Я боюсь, что я слишком слаб, чтобы защитить её. Я боюсь, что не буду ей хорошим другом, и тем более половиной её души…люди непостоянны. Их душа изменчива, как ветер на рисовых полях.

–То есть, ты боишься самого себя?

Я не нашел что ответить. Рюдзин был прав. Я боялся самого себя и того, что начал испытывать к Елене. Такие чувства я не испытывал даже к Хитори…

–Так что же вы решили, уважаемый Модару?

Я поднялся на лапы и взглянул на Рюдзина.

– Убегать от себя бессмысленно. Я снова вернусь в это место. А если я приму решение, то это изменит мою жизнь. И не только мою…но принесет ли это решение благо?

Рюдзин задумчиво пожал плечами.

– Говорят, что если путь, который ты избрал трудный, значит он правильный. В этом есть доля истины. Легкие пути не ведут нас к новому. Они не учат нас. Не дают нашей душе расти над собой. Ваша душа господин волк, уже давно все решила, а вы ей противитесь. Страх не дает вам видеть ваше будущее. Вы гоните его от себя. И продолжаете жить так, будто ничего не произошло. Но этот путь ложный. Он никуда не ведет вас. Только уводит все дальше в темноту.

– Да, я понял это давно, но не признавался себе.

–Я рад, что вы