Тень Лисы, След Волка. Нареченая дракона - Елена Геннадьевна Бабинцева

– А что надо было делать?! Висит в верёвках, полуголая! А этот… рвёт

одежду! Надо было сразу башку ему оторвать! И… хватит так стоять! Тебе

не стыдно?!

– А ты не пялься!

– А куда мне смотреть?!

Я даже не нашлась, что ответить. Модару скинул накидку с плеч и бросил в

мою сторону. Лёгкая ткань сразу накрыла меня, стало тепло и приятно.

Ткань приятно пахла Модару. Я тут же покраснела. О чём я думаю?!

– Я обещала, что его не тронут ни хранители, ни Хикари!

– Я не хранитель, – обрубил Модару. – Так что можешь сказать спасибо.

Я вздохнула.

– Спасибо…

– Мне никогда его рожа не нравилась… – брезгливо поморщился волк,

вытирая катану краем кимоно. – Давно хотел ему что-нибудь отрубить.

Тело Нуси постепенно испарилось. На белом снегу остался только пепел и

грязное кимоно паука. Модару подцепил край ткани мечом, и на снег выпала

моя брошь. Волк взял её и подошёл ко мне.

– Спасибо, – снова повторила я. – Ты спас меня.

Волк лишь хмыкнул и убрал меч в ножны.

– Ты зайдёшь?

– Нет. Я тут просто проездом.

– Жаль. Миюки и Широ были бы тебе рады. Ты мог бы погостить. А потом

отправиться дальше.

– Нет.

– Почему…?

– Потому что боюсь, что могу передумать.

– Передумать…?

Отчего-то сердце стало биться чаще. В груди нарастало напряжение. Я

ждала его пять лет. Ждала, хоть и не говорила никому. Хотела его

увидеть. Каждый день я смотрела с надеждой на тропу к храму и думала,

что сейчас волк появится на ней. Эти мысли мучили меня. А так хотелось

спокойствия. Рюдзин сказал, что бессмертие – трудная ноша, но только

тогда, когда его не с кем разделить. А что если мне есть с кем…?

Модару печально взглянул в мою сторону и сразу же отвернулся.

– Идём. Я провожу тебя к храму.

Он легко поднял меня со дна оврага, и мы пошли. Снова его спина была

впереди. Снова я шла за ним и пыталась подобрать слова. Снова…

Я остановилась. Моя рука непроизвольно схватила кимоно на его спине, и

волк тоже замер.

– Если… если ты пришёл только чтобы спасти меня, тогда ты зря приходил.

Нуси мог меня убить. И что с того? Тебе ведь нет дела. Ты свободен. А

мне… мне не хотелось снова просыпаться.

Модару лишь слегка повернул голову назад. Однако я низко опустила голову

и старалась говорить ровно, чтобы не расплакаться.

– Каждый день… я ждала… каждый день… Я понимала тебя. Понимала, что ты

другой. Понимала, но всё равно ждала. Это было слишком больно. Мне не

нужно бессмертие, если я могу так промучиться вечность, Модару.

Было тихо. Лишь ветер гулял в ветвях деревьев и издевательски шипел,

будто дразнил. Модару вздохнул и повернулся ко мне. Я сжимала его

накидку до белизны в пальцах и старалась поднять голову, чтобы

посмотреть в его лицо, но мне было страшно это сделать.

– Глупая девчонка… – тихо сказал волк, и я всё же подняла взгляд.

Волк смотрел куда-то в сторону, сжимая зубы. – Ты не понимаешь, о чём

просишь. Твоё бессмертие ничего не меняет. Тебе надо было согласиться и

стать женой Хикари, если ты хотела долгой бессмертной жизни без забот.

Ты была бы в безопасности. Тебя бы никто не смел тронуть пальцем. Я не

могу обещать тебе такой защиты. Даже если ты будешь бессмертна…

Пока он всё это говорил, сердце пропускало удары. В груди стало пусто.

Настолько пусто, что не хотелось дышать. В ушах стоял гул. Я желчно

усмехнулась. А что я ждала? Что если я признаюсь, он кинется мне в

объятия, и под свадебный марш в ритме румбы мы умчимся в закат?

Оптимистично. Я говорила, что знаю Модару и понимаю его. Но нет. Модару

изменился ещё больше. Он не хочет оставаться в храме и не хочет

оставаться со мной. Не потому что не любит, а потому…

– Я понимаю, – каких сил мне стоила улыбка, которую я изобразила, лишь

боги ведают.

– Тогда перестань плакать…

– Прости… – я снова улыбнулась, – не могу.

– Идём. Негоже хранителю храма ходить в таком виде, – мрачно проговорил

Модару.

– Да… немного холодно.

– И ты босиком… – вздохнул волк осуждающе. – Чем думала?

– Я хотела скорее тебя увидеть… – краснея, призналась я, укутываясь в

накидку волка. – Не до обуви было.

Модару смерил меня печальным взглядом и двинулся в сторону храма. Я

пошла следом, придумывая на ходу, что ещё можно сказать, чтобы он хотя

бы на ночь остался. Всё-таки его так давно не было. Я смахивала

набегающие слёзы и понимала, что в голове до противного пусто. Даже если

я что-то и придумаю, он не останется. Показалась крыша храма. Волк

остановился.

– Отсюда ты дойдёшь сама.

– Ты точно не хочешь зайти…?

Модару ничего не ответил.

Я понимающе кивнула. Конечно, он не останется. Я всего лишь тень той,

которую он любил. И теперь он боится, что всё повторится. Боится так

сильно, что не хочет даже помышлять о том, чтобы снова к кому-то

привязаться. Его трудно за это винить.

– Тогда… – я прерывисто вздохнула, – тогда удачи тебе, Модару. Этот

храм всегда будет тебя ждать.

– А ты…?

Слова застряли в горле. Я подняла на него глаза. Столько печали…

– Всегда.

Волк едва видно усмехнулся и, протянув ко мне руку, слегка сжал мою

ладонь. Я сжала его руку в ответ. Такое маленькое обещание друг

другу… волк исчез быстро. Только взметнулись снежинки, которые

кружились в воздухе, и тёплая ладонь Модару выскользнула из моих

пальцев. Стало пусто.

Я вздохнула и побрела к храму.

Модару

Лапы несли меня прочь с горы. Злой ветер подгонял, будто желал

избавиться от того, кто так бессовестно врал своей бывшей госпоже. Мне

было горько. И эта горечь разъедала изнутри. Я не должен был давать

таких обещаний! Я не хотел возвращаться, и в то же время меня тянуло

обратно с невероятной силой. Лес кончился. Я стоял на огромном каменном

уступе и смотрел на мир, который развернулся передо