Корона ночи и крови - Мира Салье

Делла полагала, что после сегодняшней ночи он перестанет прятаться и менять маски. Но вот опять перед ней стоял холодный и сдержанный Кэл, игравший роль своего брата. Она не хотела, чтобы он примерял личину Эмиля наедине с ней, и уже собиралась сказать об этом… но передумала.

Все потом.

Делла привела себя в порядок и, не удержавшись, снова посмотрела на свое отражение в зеркале. Мрачный и жестокий образ королевы демонов. Она провела рукой по корсету из черного кружева и выдохнула, сомкнув ярко-красные губы.

Все это время Кэл молчал. И только когда Делла подошла к двери, он взял ее за руку и коснулся линии родимого пятна, породив сноп искр в теле.

– Сегодня ты наконец узнаешь, что это такое.

– Правда? – удивилась она, глядя на его пальцы, унизанные рубиновыми перстнями.

– Да.

Ей почему-то стало не по себе, словно она могла узнать то, что бесповоротно изменит их жизни. А безучастный голос Кэла только усиливал ее тревогу.

Кэллам молча вышел из покоев. Деллу расстроило, что он не обнял и не поцеловал ее, будто прежний Кэл исчез с началом нового дня. Казалось, из-за потери Гэврила он запер все свои чувства глубоко внутри, в самый дальний уголок, иначе бы не выдержал душевной боли.

Делла старалась не переживать, ведь, по словам Рии, риналец вообще мог не оправиться от травмы и походить на безжизненный труп.

Это все временно.

Гэврил жив.

А вместе с ним будет жить и Ами.

Они приближались к тронному залу, и тревога растекалась по всему ее телу. Делла уже готовилась почувствовать волны ненависти, исходящие от придворных. Большинство из них плевать хотели на врата преисподней, но они определенно ожидали, что скоро вздохнут свободно и перестанут быть рабами света. Конечно, те, кто имел статус высших ринальцев, не умирали под лучами солнца, но для остальных жителей Риналии оно было губительным. Смертельным.

И вот союз, к которому так стремился король, попросту ничего не дал.

Перед ними распахнулись двери, и толпа разодетых придворных упала на колени.

Кэллам протянул ей руку.

– Помни, ты королева во всех смыслах, – сказал он с прежней холодной манерой, явно почувствовав ее эмоции и дав время собраться.

Делла приняла руку, и Кэл без предупреждения властно зашагал вперед. Впервые она появилась здесь в грязном поношенном платье, пыльная, растрепанная и с раной в боку, и поэтому сейчас горделиво вскинула подбородок, наплевав на то, что большинство ринальцев не хотят видеть ее своей королевой.

В прошлый раз в зале, напоминающем мрачный собор с головокружительными сводчатыми потолками и окутанном приглушенным багровым светом, стоял один трон, а сейчас там высились два внушительных обсидиановых возвышения.

Они остановились напротив помоста и повернулись к придворным. Кэл вывел ее немного вперед, но не разомкнул их рук.

– Встаньте и поприветствуйте Ее Величество Деллу Дас’Вэлоу, королеву Риналии, – провозгласил Кэл, и она покосилась на него. Его взгляд обещал бесконечную жестокость и муки, если кто-то посмеет даже дернуться в ее сторону.

Матерь милосердная, она и не подумала, что теперь носит фамилию самого опасного хищника Риналии. Но это не было коронацией. Да, Делла стала женой короля, но не полноправной королевой. Ее голос ничего не решал, хоть Кэл и утверждал, что она может помогать ему в правлении.

Почему ее заботили подобные мысли? Наверное, потому, что она хотела стать равной ему.

Они заняли места на троне, и Делла заметила среди придворных Рию и Алина. Они встали с колен, продолжая играть роль приближенных Эмиля, а не друзей Кэла, – или это, возможно, была обычная дань уважения.

Их с Рией взгляды встретились, и она ободряюще подмигнула.

Андрия, как и всегда, выглядела потрясающе в своем откровенном платье. Нити из драгоценных камней едва прикрывали все самые интимные части тела. Не меньшим вниманием пользовался ее брат, облаченный в черный костюм с бордовыми вставками и с оголенной рельефной грудью. Но Алин не замечал десятки голодных женских взглядов, направленных в его сторону.

Рия и Алин стали ее первыми в жизни друзьями, и теперь Делла смогла без сомнений так их назвать. Она не представляла, как бы пережила этот месяц в Риналии без их поддержки.

– Долго мне здесь находиться? – Она старалась, чтобы ее лицо оставалось бесстрастным.

– Не нравится быть королевой? – спросил Кэллам вполне серьезно.

И да и нет…

Придворные смотрели на нее, как на добычу или досадное недоразумение.

– Пока не знаю. Все в этом зале ненавидят меня, считают самозванкой, которая не смогла снять проклятие.

– Может, сейчас они и не хотят видеть тебя в качестве королевы. – Он холодно оглядел подданных. – Но, когда мы закроем врата и навсегда снимем проклятие, ты станешь для ринальцев богиней. Они будут поклоняться тебе, благоговеть перед тобой. Но одно твое слово – и двор пожалеет, что думает о королеве Риналии. Я заставлю каждого из них кричать, пока их плоть отделяется от костей.

Нервная дрожь прошла по ее позвоночнику. Делла не сомневалась, что кровавый демон выполнит угрозу.

– Прошу, не нужно насилия.

Но было уже поздно.

Свет в хрустальных люстрах вспыхнул, и алые лучи бешено заплясали по мраморным стенам и полу. Воздух заполнил кровавый туман, и придворные начали в страхе озираться по сторонам. Магия Кэла их не трогала – только обвивалась вокруг них, предупреждала. Но затем заставила ринальцев упасть на колени и согнуться пополам. Казалось, туман щипал им кожу, но они не кричали, замерев на полу.

Возможно, дело было не в ней. Возможно, Кэллам Дас’Вэлоу – король демонов – хотел напомнить подданным, что даже без крыльев его сила была столь подавляющей, что могла рушить города и королевства.

– Если я почувствую хоть одну негативную эмоцию в ее сторону, вы будете молить о быстрой смерти. – Его тон был обманчиво спокойным, но волосы на руках вставали дыбом.

Делла содрогнулась, но только внутри. Внешне она ничем не выдала своего потрясения.

В зале воцарилась тишина. Исчезли вообще все звуки. Не слышалось даже дыхание.

– Кэл, в этом нет необходимости. Нельзя заставить испытывать нужные тебе эмоции, а тем более насильно полюбить кого-то, – прошептала она.

– Они ринальцы и могут прятать чувства. Пусть они не любят тебя, но теперь будут бояться, – сказал он, и туман рассеялся.

Придворные в самом деле смотрели на нее по-другому.

И Делла не знала, как к этому относиться. Кровавый демон безусловно внушал страх, но хотела ли она такого для себя? Да, большие потери могли менять личность, а у Кэла сейчас кровоточила душа. Он никогда не был ангелом, и