Амазонки и гоблины - brinar1992
Не обращая внимания на широкие улыбки и одобрительный свист заклятых подруг, Кресиида направилась на второй этаж, где находились жилые комнаты воительниц. По пути наверх следовавшая за ней «красвивая» получила по меньшей мере два шлепка по ягодицам и десяток различных «ценных советов». На них она ответила лишь хитрой улыбкой и отработанными до совершенства покачиваниями бёдер. Когда Кресиида зашла в свою отдельную комнату, то первым делом сразу же, без разговоров, буквально швырнула «красивую» на свою кровать, лицом вниз. Ревность и бессильная злоба требовали выхода, и отрядная подстилка вполне подходила для разрядки.
Кинутая на кровать «красивая» не обратила никакого внимания на подобную грубость, даже не вскрикнула. Вместо этого она практически сразу ловко приняла коленно-локтевую позу, выставив перед подошедшей к кровати Кресиидой свою задницу. Благо что одежду с себя она сняла ещё под столом в трапезной. Устроившись поудобнее, она замерла в ожидании, призывно покачивая из стороны в сторону своей задницей. Вполне себе пышной и соблазнительной, пусть и не такой упругой и подтянутой, как у Лопочки. Сделав несколько больших глотков вина прямо из кувшина, всё больше распалявшаяся Кресиида поставила его на небольшой столик, и стащила через голову свою тунику, отбросив её потом в сторону. Следом за ней полетели и сандалии.
Подойдя к кровати, «сильная» устроилась позади их отрядной подстилки, которой она пользовалось до того, как сумела отстоять право на единоличное пользование Пенелопой. Не сводя глаз с её обнажённых ягодиц и видневшихся между ними нижних губ, Кресиида с заметной силой хлопнула по ним обеими руками, а после свела вместе, ощутимо сжимая. Касметра, а именно так звали «общую девочку» их отряда, в ответ лишь громко вскрикнула. Довольная результатом, Кресиида принялась их по-хозяйски мять, периодически отвешивая смачные шлепки, от которых на светлой коже Касметры оставались заметные отпечатки. Всё-таки задница у неё неплохая. Не такая хорошая, как у Лопочки, но тоже вполне сойдёт.
Всё больше распаляясь, Кресиида продолжила играться с ягодицами «общей девочки» их отряда, тиская, гладя, сжимая и периодически с силой шлёпая. Всё её внимание было поглощено двумя объёмными полушариями полностью покорной Касметры. Постепенно во всём мире для неё не осталось ничего, кроме этих двух ягодиц, таких приятных на ощупь, таких мягких, таких тёплых, таких идеальных…
Через некоторое время, в комнате царила полная тишина. Приоткрыв рот, из которого тонкой ниточкой стекала слюна, Кресиида с совершенно пустым лицом монотонными движениями ласково оглаживала ягодицы Касметры. Та всё также стояла в коленно-локтевой позе, но вот у неё на лице, в отличие от «сильной», было вполне себе осмысленное выражение. Мстительно-злорадное выражение. Выждав для верности ещё пару минут, во время которых Кресиида продолжала монотонно ласкать её ягодицы, она коротко произнесла одну единственную команду:
- Лизать!
В тот же миг «сильная», все мысли которой к тому моменту полностью сузились до двух соблазнительных полушарий перед её глазами, наклонилась вперёд. Буквально зарывшись лицом между ними, она высунула язык и принялась им старательно водить по нижним губам Касметры, снизу вверх, словно собачка. Замычав, «красивая» уткнулась лицом в подушку, наслаждаясь оральными ласками, которые она так часто вынуждена была дарить, и практически никогда не получала. Через несколько минут, вцепившись руками в скомканные простыни, Касметра глухо застонала в подушку, бурно финишировав и залив лицо Кресииды. Та не обратила на это никакого внимания, продолжая усердно работать языком, также монотонно, как до этого она игралась с ягодицами «красивой». Задыхаясь от удовольствия, Касметра кое-как прохрипела:
- Хватит… прекрати… стоять!
Лишь с третьего раза она смогла вспомнить нужную команду, после которой Кресиида замерла на месте. С залитыми любовными соками и собственной слюной лицом и совершенно пустым лицом. Отдышавшись, вся взмокшая Касметра вытерла со лба пот и кое-как слезла с кровати. Несколько секунд она со злорадной улыбкой любовалась неподвижной Кресиидой, стоявшей на коленях на кровати и смотревшей в никуда. Протянув руку, «красивая» провела ладонью по её обнажённому и мускулистому телу, от нижних губ до небольшой груди. Ухватив Кресииду за торчащий сосок, она с силой потянула его на себя и стиснула пальцами. «Сильная» на это никак не отреагировала, полностью неподвижная и абсолютно покорная. Такое состояние воительницы, способной одной рукой заломать «красивую», возбуждало даже больше, чем её язычок. С досадой цокнув языком, Касметра оставила крошечную, в сравнении с собственной, грудь Кресииды и также коротко приказала:
- За мной.
«Сильная» тут же поднялась на ноги и послушно последовала за Касметрой, шлёпая босыми ступнями по полу. Ни одна из амазонок не стала одеваться. Когда они спустились на первый этаж, в трапезную, их глазам открылось то ещё зрелище. За столом, на столе и под столом лежал весь их отряд. Большинство из амазонок были без сознания и мирно сопели, словно сон сморил их прямо посреди веселья. У некоторых в руках так и остались кубки с вином, часть из которых была опрокинута, разлив напиток богов по столу и по полу. Почти все они были обнажены, многие даже избавились от сандалий. В относительном сознании оставалась лишь пара амазонок. Одна из них с мутными от похоти и вина глазами лежала верхом на своей бессознательной старшей товарке прямо на столе, сдвинув в сторону кувшины с вином и тарелки с едой, а часть банально скинув на пол. Устроившись прямо на ней, она страстно целовала и лизала её, обхватив обеими руками за лицо. Одновременно она делала вялые движения тазом и тёрлась промежностью об её ногу.
Ещё одна, что всё ещё была в сознании, сидела за столом, закинув себе на плечи ноги Пенелопы и уткнувшись лицом ей в промежность. Откинувшаяся назад «красивая» одной рукой опиралась на стол, а второй ласкала свою грудь, запрокинув голову назад и зажмурившись от удовольствия. Лицо, подбородок, сиськи, живот и бёдра Пенелопы были в потёках вина. Особенно много их было в районе промежности, которую сейчас и вылизывала вторая из находившихся в сознании «сильных». Окинув взглядом трапезу, Касметра весело присвистнула и произнесла:
- Вижу, ты время даром не теряла?
Открыв глаза, Пенелопа кое-как промычала:
- Спасибо подаркам от нашего господина… Мммм, даааа….
Обхватив ногами вылизывавшую её «сильную», она изо всех сил вжала голову товарки в свою промежность. Через несколько секунд она в голос застонала и залила лицо товарки любовными соками. «Сильная» от такого обращения невнятно замычала, попыталась вывернуться
