Реванш отвергнутой герцогини драконов - Марина Павельева

- Это платье подарил тебе я, - констатировал Климент.

- Угу.

- А ты его ни разу не надела, хоть я и просил.

- …

- Оно тебе идет.

- …

- Для кого ты его… А-а… Я, кажется, догадался, - прищурился, заглядывая в лицо жене. – Хочешь блеснуть своими прелестями перед адвокатишкой?

- … - презрительное выражение было ему ответом.

- А он у тебя есть? У тебя есть адвокат? Целый адвокат? – допытывался муж, несмотря на молчание супруги. Затем усмехнулся и заявил. – Неужели в Кентиакле нашелся смертник, который будет тебя защищать? В нашей империи, смею тебя заверить, таких нет и не появится. Никто не решится встать на моем пути. Слышишь, никто!

- Ладно, уговорил, трусы тебе оставлю, - улыбнулась Катя сквозь силу, собрав волю в кулак и стараясь не показать, как сильно испугалась угрозы.

Ведь действительно. Всё складывалось против неё. И ладно бы дело было только в деньгах. Проблему с их отсутствием можно преодолеть, устроившись на работу (хотя после скандала с заговором вряд ли в приличное место возьмут) или замутив на худой конец какой-нибудь бизнес. А вот что делать, если никто из юристов не решится бодаться с влиятельным герцогом, даже если пообещать приличный гонорар после раздела имущества? Что если, как говорит Климент, никто не возьмется?

Продавать имение за гроши и уезжать из Империи? Куда?

Плакать, рвать на себе волосы и кланяться в ножки этому обаяшке?

Хм-м…

Решение созрело неожиданно.

Без тени страха Катя посмотрела в глаза дракону и сказала.

- Будешь мне препятствовать, я обращусь к Императору. Думаешь тебе можно, а мне нельзя? Пусть он назначит мне адвоката. Я вообще-то герцогиня Валлеор, а не какая-то там баронесса, что зависает в твоей постели и разглядывает твою спину. У меня, кстати, есть встречное предложение.

- Какое? – муж посмотрел с интересом, вяло отреагировав на выпад про Кимерию.

А скорее всего, сделал вид, что пропустил мимо ушей. Как и про правителя драконьего царства. Он что, Императора не боится? А зря. Катя в своем письме такого понапишет, что тому не останется ничего, как пожалеть бедную разведенку и своей твердой рукой собственноручно разделить имущество герцога. Идея, о чем писать, есть. Черновая. Осталось хорошенько ее обдумать и красиво преподать.

- Давай обойдемся без суда. Ты честно отдашь мне половину имущества, и мы сразу же забудем друг о друге. Гарантирую, - Катя взглянула в глаза дракону, пытаясь понять, что он об этом думает.

Конечно, не всерьез это сказала. Понятно же, что бывший не поведется, раз так яростно выгонял ее из своего дома. Но провокацию устроить стоило, чтобы посмотреть на реакцию. Все-таки Климент какой-то весь противоречивый. Сейчас вот определенно вздумал ревновать, даже не зная ее мифического адвоката. С одной стороны, приятно. Когда мужчины ревнуют, значит, к женщине не равнодушны. А с другой, собственнический инстинкт у некоторых зашкаливает.

Про этого красавчика Катя не знала ровным счетом ничего.

- Тебе в моем доме даже перина не принадлежит. Свое барахло ты уже забрала, - заявил Климент, повесив на свое лицо каменную маску, на которой не дрогнула ни одна мышца. – О твоем обмане Император знает. И был в бешенстве. Он ужасно не любит заговоры. Так что во дворце тебе ничего не светит, - помолчал, разглядывая жену, будто видел ее впервые. – Не могу одного понять, чего ты добиваешься своим упрямством? Я же не упек тебя в тюрьму. А сейчас ты нарываешься.

- Вот и поговорили, - устало вздохнула Катя.

Препираться дальше почему-то расхотелось, и она зашагала по дороге, прибавив шаг и гордо глядя перед собой.

Коттеджный поселок с его чугунными витыми оградами уже закончился, и начиналось небольшое поле, за которым виднелись первые дома Кентиакля. Одноэтажные, деревянные, с зелеными палисадниками и садами, огороженными невысокими заборчиками. На окраине гулял выводок белых коз, дружно щипавших траву и не обращавших внимания на старушку с деревянной клюкой, которая пыталась этих коз прогнать. В общем, сельская идиллия налицо.

Только какого черта дракон по-прежнему идет рядом?

- Ты меня преследуешь? – несколько раздраженно произнесла Катя и покосилась на мужа, мерно чеканящего шаг. Даже не задохнулся, ее догоняя, а она ведь чуть не бежит.

Вот надо было ей отвлечься от дороги именно в этом месте!

Не заметив, какой подвох ее ожидал, Катя взвизгнула «ой», неожиданно подвернув ногу, попавшую в небольшую ямку носком туфли, и стала заваливаться на левый бок, теряя равновесие. Взмахнула руками, как улетавшая птица, и начала падать. Всё это произошло в одно мгновение, но Климент (молодец какой) заметил ее кульбит и успел схватить за плечо. Однако по закону подлости или закону инерции (сложно сказать, какой из них кинул бяку), удержать не смог.

Видимо, снова обжегся. Хотя вроде нет.

Получилось так, что зацепился пальцами за верхнюю часть лифа и сдернул его, обнажив плечо, но замедлив падение. Тотчас поймал второй рукой талию и прижал Катю к себе, не давая рухнуть на землю. Тяжело задышал, услышав стук ее сердца.

Некоторое время они так и стояли, обнявшись.

«О, Боги. Какое у него тело, - вместо того, чтобы вырываться, подумала Катя, чувствуя своей прижатой грудью твердые мышцы мужа. – Конечно, все незамужние девицы империи на него облизываются…»

- Это что? – осипшим голосом вдруг произнес Климент, отвлекая ее от мыслей.

- Где? – Катя закрутила головой, ничего нового в округе не заметив.

Даже козы были на том же самом месте. И старушка тоже.

- Вот, - муж разжал объятия, отступил на шаг назад и показал подбородком на голое плечо.

- Что? Там клещ? – испуганно округлила Катя глаза и стала гладить кожу, надеясь выявить паразита, еще не сильно присосавшегося. – Да где он? – повернула шею почти на девяносто градусов, чтобы увидеть и спину.

- Какой к демонам клещ? – разозлился Климент. – Ты снова сделала метку!

- А-а, это, - равнодушно протянула Катя, натягивая платье обратно и пряча под тканью высунувшееся самым кончиком зеленое крыло дракона.

Она не знала, как объяснить то, чего сама не понимала. Не говоря уж о том, что с этим делать. Если это действительно истинность, то развод… будет или нет? И нужен ли ей муж, который так с ней поступил?

Сейчас перед Катей стоял очень сложный выбор.