Газлайтер. Том 41. Финал - Григорий Володин
Я слушаю его внимательно, затем уточняю по ментальному каналу детали, которые не предназначены для ушей нашей «гостьи» в соблазнительном платье. Например, состояние Дианы, да и потери среди амазонок и нашего личного состава. Слава Астралу, все очень даже неплохо.
Ауст продолжает доклад, и следующая фраза заставляет меня помрачнеть:
— Есть и плохие новости. Золотой Дракон серьезно отравился. Проглотил одержимого некроманта. Теперь жалуется на живот.
— Бедненький Золотой… — Настя грустно вздыхает, теребя край майки, и Лена кивает согласно.
— Говорил же этому желточешуйчатому — не ешь что попало на поле боя, — досадливо вздыхаю я. Затем перевожу взгляд на Гвиневру, которая с интересом прислушивается к нашему разговору. — Леди, у нас неприятность. У нашего прожорливого дракона несварение желудка. Могли бы вы помочь просто советом? Лично лечить я вас не заставляю, вы изрядно выложились, пока латали Организаторов на поле боя. Но ваша консультация как Грнадмастера была бы очень кстати.
Гвиневра коротко, но ослепительно улыбается, явно довольная тем, что её навыки уже востребованы.
— Конечно, я посмотрю, что можно сделать для вашего питомца, Ваше Величество, — отвечает она, слегка склонив голову.
— Камила, — я киваю жене, — будь добра, проводи леди Гвиневру к этому проглоту. Помоги ей сориентироваться в наших лабиринтах.
Когда они уходят, я наконец остаюсь в узком кругу жен и Ауста. Мы перемещаемся в мой кабинет. Настя не выдерживает первой:
— Даня, а почему леди Гвиневра вдруг сменила свою привычную строгую мантию на платье?
Я усаживаюсь в кресло, зевая. Расширение сознания сильно утомило, но оно того стоило. Теперь я знаю, что создаю карманное измерение с целым Бастионом. То есть мой враг попадает в созданную мной крепость и сталкивается лицом к лицу с Легионом, ее населяющим.
— А Лакомка вам еще не рассказала? — удивляюсь, взглянув на лукавую альву.
— О, точно! — Маша всплескивает руками, и в её глазах вспыхивает узнавание. — Это же твоё платье, Лакомка! Теперь я припоминаю этот фасон.
— Надо же… — тянет Настя.
Света хмыкнула:
— А эта медичка, Настенька, к нам перевелась. На постоянную основу.
Бывшую Соколову вот-вот прорвет как плотину, потому я бросаю:
— Обсудим гардеробы и кадровые перестановки позже. — Поворачиваюсь к Аусту: — Продолжай отчет. Что в остальных колониях?
Ауст:
— Феанор до сих пор сражается с одержимыми на дне. Багровый Властелин застрял в той же ситуации в Фантомной зоне.
— Всё еще возятся? — я вскидываю бровь. Новость кажется мне странной, учитывая уровень их сил.
— Даня уже успел две колонии развеять под ноль, — подает голос Маша, искренне удивляясь медлительности союзников. — Да и мы с Настей и Леной тоже справились с колонией в Темискире. А Феанор и Багровый все еще топчутся на одном месте.
Мои перепончатые пальцы! Согласен с бывшей княжной Морозовой: со стороны это выглядит более чем странно. Мы имеем два могущественных существа: Феанора с его громарами и сильнейшего полубога, чья мощь должна стирать горы. А они до сих пор не могут развеять свои боевые колонии. Непонятно, что именно их так тормозит.
Я задумчиво глажу подбородок.
— Ну, идти им на выручку прямо сейчас будет шагом опрометчивым, — произношу я, глядя на Ауста. — Честно говоря, это будет даже лишним и вредным. Вы же знаете этих двоих: они оба гордые и обидчивые. Если я явлюсь туда и решу их проблемы за пять минут, они решат, что я считаю их слабаками. Потом хлопот не оберешься — доказывай им, что ты не «рыжий» и не пытался их унизить своей помощью. Пусть пока барахтаются сами, подождем еще немного.
— Хорошо, мой король, — коротко кивает Ауст, нисколько не расстроенный. — Будем следить за их успехами.
С моего разрешения Ауст покидает кабинет, а Лакомка уводит жен и Красивую со Змейкой. Светка, конечно, пытается задержаться, предлагая перенести остаток «совещания» в спальню, но альва мягко, но настойчиво выпроваживает её, положив руку на талию. Наконец-то тишина. Я приступаю к своей калибровке.
Теперь моя личная мощь — это не просто вопрос выживания, как было раньше, это фундамент нашего общего процветания. Хотя, кого я обманываю? Раньше я просто лез из кожи вон, чтобы не сдохнуть в очередной мясорубке, а теперь статус обязывает. Я обязан поддерживать ранг Высшего, чтобы каждый, кто идет за мной — от надменных лордов-дроу до прожженных прагматиков из Организации — видел: они сотрудничают с по-настоящему крутым перцем, за спиной которого не пропадешь.
Я погружаюсь в глубокую медитацию, периодически прихлебывая ядреные энергококтейли, которые восстанавливают магический фон. В голове всплывают последние распоряжения, отданные перед уходом из Лунного Диска. Я велел Грандику взять крепость под жесткий контроль. Оборона должна быть идеальной. Принц Кровавой Луны теперь лично отвечает головой за сохранность Хранилища — это наш важнейший стратегический узел. Мой приказ был предельно прост: черпать ресурсы из Кузни-Горы без оглядки на лимиты. Живых доспехов там хватит на небольшую армию. У нас теперь в распоряжении и специализированные ремонтные модели для латания стен, и тяжелые охранные юниты, заряженные Солнечным Даром гелионтов. Безопасность мироздания — это не то, на чем я собираюсь экономить.
Помимо дел в Багровом дворце, я распорядился, чтобы Принцесса Шипов немедленно приступила от моего имени к инвентаризации в главном Хранилище артефактов. В напарники ей я определил Масасу и Асклепия. Это тонкий ход: пусть Организация спит спокойно и не дергается, боясь, что Принцесса утянет то же Лассо Дианы в мою личную сокровищницу. Я специально выставил лояльное для Организаторов условие: Принцесса сможет ходить в Хранилище только вместе с Организаторами. Но при этом я аккуратно подрезал крылья и самим «балахонщикам». Отныне они лишаются монополии и единоличного контроля. Я решил: пора завязывать с этой вольницей. Теперь охрану и учет ведут совместно мои доверенные вассалы и их маги. Так у них не будет повода ныть, что их отодвигают. Все же Организация — это Высшие Грандмастеры с огромным войском магов. С такими нужно сотрудничать и интегрировать их в свою систему, а не загонять в угол, превращая в озлобленных крыс.
Дверь в медитативную комнату тихо приоткрывается. Лакомка
