Страх и Голод 1 - Константин Федотов

Проверять на прочность свою малышку я, разумеется, не собирался, попасть в меня при такой тряске вряд ли получится, но вот повредить двигатель или радиатор – это запросто, так что я дождался момента, когда стрелок вылезет из люка по плечи, а главное, достанет ружье и положит его на крышу, прижимая его своей ладонью.

– Теперь мой ход, мальчики! – довольно улыбаясь, вслух сказал я и вжал педаль газа в пол.

Скорость была около пятидесяти километров в час, так что, почувствовав мощный прилив топлива, мой мастодонт резво рванул вперед и, словно гепард в саванне, мгновенно настиг свою жертву. Удар был что нужно, задняя часть внедорожника вмялась внутрь, его начало кидать по дороге, но водитель смог удержаться. А вот горе-стрелок едва не катапультировался из салона и, хватаясь за воздух руками, благополучно выронил ружье, я даже почувствовал, как проехал по нему.

– Ы-ы-ы-ы-ы! Нраица! – словно маньяк прорычал я и, дав внедорожнику немного оторваться, опять ударил по газам.

Моей «Тойоте» удары о трухлявую, ржавую рухлядь были нипочем, все же впереди стоит кенгурятник из толстого металла, и подобные толчки разве что краску могут оцарапать, не более.

От второго удара задница внедорожника подлетела вверх, и у него буквально отвалился задний мост, от которого я едва успел увернуться. На этот раз опыт водителя не помог, машину развернуло, и она начала кувыркаться, правда немного, всего три с половиной оборота. Стрелку, кстати, не повезло, он все же катапультировался через люк, и так неудачно, прямо в бетонный столб.

– Не летай, шоссе не космос! – хохотнув, обратился я к лежащему у столба трупу, истекающему кровью.

Вылезать из машины я не спешил, лишь высунулся из люка, наблюдая за обстановкой вокруг. Я бы, может, и поехал дальше, но мне стало интересно, что это за рейдеры такие, где их база и сколько их. Все же одно дело вот так бодаться с ржавым корытом и криворуким бойцом, а вот если их будет несколько, не качеством, так количеством точно возьмут и меня, и машину.

Вокруг царила тишина, ни зомби, ни людей видно не было, лишь внедорожник, лежащий на боку, и мужчина, выползающий с водительского сиденья наверх. До начала диалога мне пришлось подождать минут десять, пока этот карапуз выползет из салона и сядет на край машины, разумеется, подняв руки вверх, ведь помимо меня на него смотрело и дуло автомата. Мужичок на вид был простоват, обычный такой, рыхлый, с залысиной на затылке а-ля «озеро в лесу», небритый, в серой клетчатой рубахе и черных трениках с тремя белыми полосками и поношенных кедах.

– Привет, дружочек-пирожочек. – улыбнувшись, поприветствовал его я. – Только давай ты не будешь мне рассказывать о том, что вы хотели дорогу спросить. – пригрозил я ему пальцем.

– Не убивай, пожалуйста. – тяжело дыша, прошептал мужичок, едва держа себя в сознании.

Еще бы, поди, неслабо приложился, пока машинка кувыркалась, я прямо сейчас вижу, как на его лбу вздувается огромная шишка.

– А чего мне с тобой делать? На руках носить? Цветы подарить? – возмущенно спросил я.

– Пооощааддиии. – протянул он и, закатив глаза, пластом рухнул с машины на усеянный битыми стеклами асфальт.

– М-да, дела. – протяжно сказал я сам себе. – Эй, ты там живой вообще? – крикнул я, но ответа не последовало.

Я бы, конечно, еще мог постоять, посмотреть на него, но вдалеке заметил приближающуюся к нам парочку зомби, а где парочка, там и целая толпа. По-хорошему, надо бы грохнуть эту рохлю и поехать дальше, и так бы я и сделал, но увы, информации я-то не получил, а так не пойдет.

Выбравшись из машины, я быстро откинул задний борт пикапа и, порывшись в хаосе, что там творился, достал пластиковые стяжки, а также веревки для крепления багажа. Затем подогнал машину задом к бедолаге, пребывающему в бессознательном состоянии, и приступил к его обездвиживанию и погрузке. Стянуть руки и ноги стяжками – дело нехитрое, а вот закинуть его на кузов оказалось не так уж и просто, тяжелый, зараза! Пришлось прибегнуть к помощи лебедки, которая предусмотрена в машине для погрузки и разгрузки колес.

Положив пленника на кузов, я прочно привязал его к крышке кузова, цепляя веревки за специальные проушины, а затем спокойно вернулся в кабину. Успел как раз вовремя, первая парочка уже настигла нас, а вот следом за ними шла куда более серьезная группа, голов сто, не меньше.

Двинувшись дальше по дороге, я вернул музыку и, наслаждаясь энергетиком, мчался в закат, начиная подумывать о ночлеге. Как вдруг случилось что-то невероятное. Мой кишечник издал истошный вой а-ля «Кит романтик», в кишечнике все забурлило, и я понял, что если немедленно не припаркуюсь где-нибудь, то мне выбьет днище. А если это случится, то машину будет проще сжечь, чем отмыть.

Не сбавляя скорости, я направил машину в сторону, спрыгнув с дороги, и поехал прямо по подсолнечному полю. Я держался сколько мог, сжав свою пятую точку так сильно, что туда даже иголка не пролезет. Но у моего мужества был предел, и когда я был к нему совсем близок, резко ударил по тормозам, включил нейтраль, схватил рулон туалетной бумаги, автомат и пулей выскочил из салона.

– Какая жуть! – истошно прошипел я, сидя на корточках и озираясь по сторонам.

Вот так нападет на меня зомби, какой же это стыд, помереть со спущенными штанами. Надеюсь, все обойдется, надо бы на будущее подумать о туалете, ведь это реальная зона риска, сядешь так где-нибудь, и тебя прикончат. Если на Севере в туалет ходят с двумя палками, то во всем мире теперь только с оружием, но это при условии, что ты один. Иначе рискуешь стать голопопым зомби.

Справив нужду, я с облегчением вздохнул и полез в свои аптечки, докторша Лиза на такой случай сделала мне большой запас лекарств. Выбрав необходимые, я выпил горсть таблеток, обильно запив их водой, а еще размешал какой-то порошочек и тоже выпил его.

Решив, что мне стало лучше, я вернулся за руль, и едва тронулся с места, как вдруг начался второй акт марлезонского балета, и я все с тем же рулоном и автоматом выбежал к новому месту посиделок.

Есть у меня один

Маленький апельсин,

Маленький и гнилой,

Апельсинчик мой.

Вот на горшке сижу, А!

И в потолок гляжу, А!

А во всем виноват

Этот оранжевый гад!

Напевал я песенку, в очередной