Наномашина. Том 3 - Хан Джунволья
Чхон Ёун достал из шкатулки скомканный лист бумаги, развернул его и бросил в сторону госпожи Му. На нем было очень много написанного в спешке. Дрожащими руками госпожа Му взяла листок и судорожно начала бегать по нему глазами.
«Я Чхон Чжонсом из клана Ядов. Мне нужно тебе кое о чем рассказать, Чхон Ёун…»
* * *
За десять часов до произошедшего, в середине часа Обезьяны, у главного дворца клана Ядов мужчина средних лет выслушивал доклад одного из воинов.
– …И я видел, как его уводили воины клана Тьмы. Всего разговора я не слышал, я наблюдал за ними издали, но отчетливо запомнил, как мужчина с длинной бородой называл юнца подчиненным Чхон Ёуна.
– Что-то еще случилось?
– Нет, только это. И происшествие в гостевом доме, о котором я доложил ранее.
– Понял, можешь быть свободен.
После того как воин удалился, мужчина с задумчивым видом прошел во внутренний двор главного дворца. А оттуда – в комнату, где стояла высокая кровать, на которой лежал исхудалый юноша.
– Молодой господин, это я, глава.
– Гла… ва… вы… приш… ли?..
Юношей, который прикладывал огромные усилия, чтобы произнести короткую фразу, был Чхон Чжонсом, наследник клана Ядов. Он все еще был прикован к постели, но теперь, кажется, к нему понемногу начала возвращаться речь. Это было поистине удивительно.
Когда среди ночи к Пэк О, главе клана Ядов, явилась госпожа Му, Чжонсом был в ярости. И хоть он не мог ни вставать, ни говорить, все равно изо всех пытался закричать от гнева, который его переполнял. Но ослабленный организм не выдержал, и Чжонсом потерял сознание. Пришел в себя он только спустя два дня. И после этого, несмотря на все серьезные травмы, повреждения позвоночника и костей и то, что даже язык его не слушался, Чжонсом внезапно заговорил. Пока что очень медленно и с большими усилиями, но речь к нему возвращалась.
Его гнев сотворил чудо.
– Клан Ть… мы… Они… что-то… зате… вают?
– Похоже на то, юный господин.
Мужчина средних лет был единственным выжившим главой клана Ядов – его звали Пэк Сын. Из-за недавнего нападения на клан Тьмы клан Ядов потерял почти всех своих воинов. Оставшихся отправили следить за кланом Тьмы, чтобы предотвратить ответный удар.
– Возможно, вас это не обрадует, молодой господин, но мне доложили о подчиненном Чхон Ёуна…
– Ч… то?
Глаза Чхон Чжонсома, которые в последнее время не выражали никаких эмоций, затрепетали. Пэк Сын рассказал все, что знал сам. Начиная с инцидента в гостевом доме и заканчивая тем, что подчиненного Ёуна схватили люди из клана Тьмы.
Услышав доклад главы, Чжонсом понял: что-то нехорошее назревает вокруг Ёуна и его подчиненных.
«Осмелились перейти дорогу тому, кто так дорожит своими людьми? А, клан Тьмы?»
Во взгляде Чжонсома блеснул несвойственный ему огонек. Кажется, небеса послали ему еще один шанс.
«Если у нас получится, то мы столкнем их лбами!»
Для клана Ядов настала черная полоса. Сейчас они пытались просто выжить. И готовы были цепляться за любую возможность, которая им подворачивалась. Это была именно она.
«Эта мразь…»
Чжонсом знал, кто стоял за убийством госпожи Хва, матери Чхон Ёуна. Интересно, что сделает Ёун, если узнает, что в смерти его матушки виновата госпожа Му?
«Они переубивают друг друга».
Если они встретятся, то один из них точно умрет. Ведь пока кровь течет в жилах одного из них, другой не найдет покоя. И любая из этих смертей будет только на руку Чжонсому: один убил его уважаемого деда и главу клана Ядов Пэк О, другая – погубила почти всех людей клана и осквернила честь его матери.
– Гла… ва.
– Я вас слушаю, юный господин.
– Сейчас… я… скажу… Запиши… и передай… мои слова…
Так Чжонсом рассказал Пэк Сыну все, что сам знал о смерти госпожи Хва. Тот записал все на листе бумаги, аккуратно сложил в деревянную шкатулку и сразу же отправил Чхон Ёуну.
Капли слез струйкой падали на подушку. Впервые за долгое время Чжонсом испытывал призрачное чувство радости и надежды, что у них появился шанс. Но звезды распорядились иначе.
Пока Чжонсом планировал столкнуть силы госпожи Му и Чхон Ёуна, госпожа Му, в свою очередь, рассчитывала на то, что люди клана Ядов разберутся с подчиненными Чхон Ёуна и убьют его самого.
И вот сейчас…
На помятом листе бумаги в подробностях было изложено, кто был причастен к смерти госпожи Хва, а также рассказывалось о том, кто похитил подчиненных Ёуна. Когда госпожа Му дочитала, ее лицо побелело, а тело затряслось. Злость смешивалась с негодованием: она не верила в реальность происходящего.
«Этот… мерзавец».
Она и подумать не могла, что прикованный к кровати Чхон Чжонсом найдет способ отправить Ёуну письмо, в котором выложит всю правду. Сложные нити головоломки благодаря этой записке были распутаны. Именно из-за этого клочка бумаги Ёун узнал, кто похитил его людей и кто стоял за смертью его матери.
«Мне… мне воткнул в спину нож… какой-то доходяга?!»
– А-а-а-а-а-а-а!
Этот маленький клочок бумаги испортил госпоже Му всю жизнь. Она разорвала его в клочья и кричала как сумасшедшая. Если бы не записка, госпожа Му не потеряла бы сына.
– Да, это была я! Ха-а! Я заставила сдохнуть эту грязную подстилку! Твою мамашу!
Госпожа Му вышла из себя и растеряла последнюю вежливость. Не было смысла скрывать свой гнев, когда правда уже вылилась наружу.
– Что, решил отыграться? Выместить свой гнев на детях клана Тьмы? А теперь что? Настала моя очередь?!
– Ты догадливая, – холодно сказал Ёун.
– Не смеши меня! Как ты смеешь даже говорить такое мне, ты, мерзкое грязное ничтожество?!
Ёун лишь молча смотрел на нее.
– Стоит пальцем меня тронуть, как гнев первого старейшины, моего брата, тебя не пощадит! Оборвется не только твоя жалкая жизнь, но и жизни всех твоих подчиненных крыс, они все… А-а-а-а-а-а-а-а!
Не успела она закончить фразу, как ее взгляд что-то привлекло. Это был свет синего пламени, исходивший от лезвия меча, который появился в руке Ёуна. Лезвие коснулось глаз госпожи Му. Она взвыла от боли и прикрыла их ладонями. Из-под ее запястий струилась кровь.
– Глаза! Мои глаза! Я… я ничего не…
– Такая падаль недостойна того, чтобы видеть этот мир. Одним своим взглядом ты порочишь его.
– Кха-а-а-а-а! Как ты посмел, маленький безродный ублю…
Лезвие меча снова разрезало воздух.
– Кха-а-аы-ы-ы-ы…
Она не успела выплеснуть весь свой гнев, как меч
