Из забвения - Александр Берг
Из одного салуна как раз вылетело очень пьяное тело в серой мятой форме, сопровождаемое матом. Вышедший охранник проверил тело, удовлетворённо кивнул и, взвалив запевшего нетрезвым голосом жилистого с загаром мужчину, отнёс на скамейку веранды. Меня аж ностальгия пробила.
Помню, как при появлении в этом мире наблюдал подобную картину с этого же маяка. Правда, меня тут же взяли в оборот три местных гопника. Пришлось отбиваться, как умел. Хорошо под руки попадались камни и палки. Но морду мне тогда знатно начистили. Потом мы подружились, когда поняли, что будем дальше так продолжать и просто поубиваем друг друга.
Спустившись по внутренней винтовой лестнице маяка, вышел наружу и, пройдя пару десятков шагов, зашёл в салун. Нет, конечно же, в харчевню. Ведь у нас тут не Дикий Запад, где правят Смит-энд-Вессон. Над входом в харчевню висела деревянная табличка (Речной Вкус). Внутри гудел и смеялся народ. Несколько подавальщиц обслуживали посетителей, то и дело взвизгивая и хохоча, когда какой-нибудь волосатый покоритель бурных рек не шлёпнет деву по ягодице. Пахло элем, медовухой, жареной рыбой и потом.
Я скромно присел на свободное место рядом с каким-то рыжим детиной. Тот смерил меня хмельным взглядом и вернулся к своей кружке, закусывая вяленой рыбой. Подбежала плотненькая девушка и предложила на выбор: эль, медовуху, три вида каши, пареную с соусом рыбу, жареную рыбу, а так же солёную и вяленую рыбу. Кажется, меню у них не очень разнообразное. Заказал рис с пареной рыбой и соусом, а выпить взял кружку медовухи.
Расправившись с недурственным по вкусу заказом, сидел, попивая медовуху, и наслаждался атмосферой. Семьсот тридцать лет прошло, а контингент практически не изменился в местных харчевнях. Да, они стали более презентабельно выглядеть, но просканировав посетителей через каждого второго несло тухлятиной. Всё те же пираты, разбойнички и ночные работники ножа. Среди них затесались обычные моряки, сошедшие на берег с пришвартованных кораблей. Потасканные женщины лёгкого поведения громко ржали, сидя на коленях подвыпивших матросов.
Когда уже собрался уходить, бросив три медных подавальщице, меня перехватила за руку весёлая раскрасневшаяся девка.
— Эй, милок. Не спеши, оставайся с нами. Тут весело, — и сделала попытку кокетливо прижаться ко мне бедром.
Я немного отклонился и деваха упала на колени рыжего детины, с которым рядом обедал.
— Ты чё, карась? Наших баб не уважаешь! — взревел рыжий и, выскочив из-за стола, уронил весёлую пышку на пол.
Вот теперь точно полностью аутентичная ситуация. Можно и молодость вспомнить. Размяв шею, без разговоров попёр на детину, чем немного смутил его. Но он быстр взял себя в руки, попытался один махом справа положить меня. Увернувшись от крепкого кулака, я с размаху влепил в челюсть своему оппоненту. Без всякой техники и магии, а просто, как в обычной драке. Тут же раздался международный призыв: Наших бьют! И понеслась.
Местные гопники кинулись ко мне, но задев матросов, были перехвачены на пол пути. До меня добежало только двое, и то один растянулся на полу, запнувшись о чью-то ногу. Быстро отправив в нокаут одного, дождался, когда встанет второй и с ехидной улыбкой зарядил ему в солнечное сплетение, добив в челюсть. Мимо пролетела скамейка и врезалась в стену. Я огляделся. Матросы бьют гопников, те пытаются организоваться и вполне успешно сопротивляются. Бабы визжат, попрятавшись за стойкой хозяина заведения. Сам же хозяин - колоритный сухощавый мужик лет пятидесяти или старше. На голове цветастая бандана. Кожаная безрукавка нараспашку, демонстрируя татуировки на теле. Невозмутимо опёрся локтями о стойку и, подперев подбородок, с улыбкой наблюдал побоище.
Пообедал, размялся, навёл шухер, теперь можно и на разведку сходить. Я выскользнул из харчевни и спокойно дошёл до выхода из порта. Стоявшие стражи порядка на воротах только смерили меня подозрительным взглядом и потеряли интерес.
В город я зашёл с внешнего кольца, со стороны порта. Раньше это место больше напоминало трущобы. Сейчас только завсегдатаи посещённого мной Речного Вкуса напоминают о былом. Решив прогуляться пешочком, ориентируясь на возвышающиеся башни дворца, прошёл через ещё одни ворота, ограждающие второй периметр города. Прогулялся по площади с фонтаном и статуей кого-то из царей. Упёрся в стражу третьего периметра. Стражи порядка оценили мой вид и шестопёр на поясе преградили дорогу алебардами.
— В кварталы аристократов и важных господ города только благородные и приглашённые люди могут зайти. У вас есть приглашение с собой? — вполне культурно осведомил один страж.
Проверил их на магию. Оба стандартные люди с малым резервом. Есть по паре неплохих амулетов защиты от магии и физического урона, а вот от ментального влияния нет. Упущение, однако, господа.
— Меня ждёт герцог Виктор Верославович Борей. Дело государственной важности, — добавил голосу убеждение, и активировал ментальную руну на обоих стражей.
Те гулко грохнули кулаками себя в грудь в воинском приветствии. Я ответил так же и беспрепятственно прошёл дальше. В этом квартале встречались более богато разодетые люди, даже слуги с лакеями выглядели не дёшево. Неспешно прошёлся вдоль особняков за ажурными оградами, рассматривая результат расцвета культуры и строительства. Учтиво поклонился, пропустив двух дам в сопровождении личной охраны, вызвав заинтересованные взгляды женщин. И резко развернулся на сто восемьдесят, укрывшись в каком-то магазинчике. Причиной такого манёвра стало появление знакомых мне особ, вышедшие с территории какого-то длинного здания в три этажа с небольшими башенками за трёхметровой каменной стеной. От этого места фонило магией всех направлений. Кажется, это местная Магическая Академия.
— Что вы желаете господин? — отвлёк от моих мыслей голос.
***
— Госпожа Джу Хуа. Господин Джу Синчэнь будет недоволен, если узнает, что вы сбежали с последнего урока в Академии, — ровным голосом, как и полагается слугам защитникам, высказалась Лю Цян.
— Если бы мы досидели до конца лекции по истории магии, то потом не успели бы купить эти замечательные сладости, — возразила дочь посла Габии, воровато оглядываясь на покинутые ворота Академии.
— Госпожа Джу Хуа. Эти лекции важны, как и практические занятия, — безрезультатно попыталась вразумить Лю Цян свою подопечную. — Знание истории развития магического искусства - это основа понимания плетений.
— Цян, тебе говорили, что ты зануда? — искоса посмотрела на служанку Хуа.
— Вы мне повторяете это каждый раз, когда
