Черноземье. Сатум - Иннокентий Белов
Поэтому я разворачиваю фузею уже в другую сторону, целюсь и пускаю сгусток во второй заготовленный камень. Снова беззвучный взрыв-хлопок, теперь передо мной уже полностью освобожденная от листьев, иголок и веток поляна, на которой виден сплошной завал из людей и лошадей.
Дальше по дороге не все тотально пострадали, но вой и крики отчаяния раздаются отовсюду, уже ослабленные осколки вонзились все равно много кому из выживших.
Следующие камни я пока не вижу, далековато их все же сгрузили мои люди, поэтому делаю то, что собирался раньше. Нахожу в оптическом прицеле самые толстые и кряжистые стволы и начинаю расстреливать уже их максимальными по силе сгустками. Мне нужно расчистить местность перед остальными спрятанными глыбами, так что придется бить по степнякам пока деревянными осколками деревьев, но тоже с какой-то небольшой аннигиляцией.
Взорвавшиеся три первых ствола неплохо все почистили вокруг себя, не так убойно, конечно, как камни, но людям и особенно лошадям досталось хорошо. Щепки и обломки древесины не убивают мгновенно, но болезненно ранят, втыкаясь везде.
Я сижу на своей жердочке, упершись ногами в перекладину и продолжаю расстреливать толстые деревья, так как все равно не могу разглядеть нужные мне камни.
Еще три ствола разлетаются на осколки, вызывая уже громкий испуганно-разъяренный вой орды.
Степняки не боятся живых врагов, не могут разглядеть те же исчезающие только у меня на глазах камни. Но взрывающиеся деревья, у которых потом полностью рушится ствол и давит всадников огромная верхняя часть дерева, приводят их в настоящий ужас.
Когда лошади впадают в бешенство после воткнувшихся под шкуру осколков. Несут куда глаза глядят, тут же ломают ноги и валятся на землю, чтобы уже больше никогда не встать.
Как бороться в сплошном лесу с подобным нападением — никто из пришельцев не знает и не понимает. Все просто потрясены и даже не догадываются, откуда придут враги и что такое творится вокруг.
Три снова разлетевшихся дерева засыпали обломками и ветками один из только что увиденных камней, но второй оказался на виду.
В него вскоре прилетел максимальный по мощности сгусток, который уже хорошо разглядели выжившие степняки. Они дружно и угрожающе заорали, снова показывая на мое убежище, но тут камень разлетелся и снова почти никто из свидетелей не выжил.
Пришлось взорвать еще одно дерево, чтобы осколки снесли со второго камня завалившую его деревянную рухлядь. Потом активировать его взрыв по максимуму, теперь живые степняки видны мне только метров за триста от моего места.
— Пора слезать! — говорю я себе, но сначала все же, проверив используемый Палантир, имевший до начала боя заряд на девяносто процентов, убедился, что в нем осталось только двадцать.
Поэтому дострелял его по максимуму, чтобы полностью опустошить. Еще три толстых ствола разнесло в клочья, падающие вершины закрыли тела и туши. Но теперь более-менее ровно стоящие колонны степняков оказались уже в четырех сотнях метров от меня.
Я заменил Палантир в нагрудном мешке и спустился вниз, где позвал по скошу Бейрака, объяснил ему ситуацию, чтобы он передал командиру гвардейцев и Драгеру с Кросом.
— Идете сейчас за мной, примерно три лиги очищено от врагов, всех раненых добить. Охотники заходят с краев, контролируют врагов, но в бой не лезут. Гвардейцы тоже держатся за мной, сами вперед не рвутся! — так и сказал командирам.
Дунул в рог пару раз и зашагал к ручью.
Степняки разъярены и еще сильно ошеломлены, но не сломлены и не перебиты, им покажи врага, они тут же бросятся в бой.
А, посмотрев и почувствовав на самом себе, как они умело и ловко орудуют своими копьями, я уверен, что гвардейцы подобного удара сейчас ни за что не выдержат.
— Тут в зону обстрела попала примерно половина орды, треть точно погибла или поранена. Но оставшиеся пять сотен легко разнесут полторы сотни Гвардии в прямой атаке. Значит, придется стрелять до тех пор, пока они или не побегут, или не передохнут все, — становится понятно мне.
Поэтому шагаю вперед, постоянно попадая сапогами в чью-то растерзанную плоть, прямо по образовавшемуся пустырю посреди леса. Степняки все же не побежали еще, понемногу накапливаются зачем-то в оставшемся целым лесу, хотят атаку что ли устроить?
Опережаю такие опасные для моего отряда намерения, снова рвутся деревья уже на линии стоящего сплошной стеной леса. Приходится стрелять и стрелять с двух сотен метров, постоянно выбивая ордынцев и передвигая все дальше полосу освобожденной земли.
Потом очередной разлет древесины обнажил пятый, самый такой солидный камень в полусотне метров от передних воинов и в двух сотнях метров от меня.
— Ну, это будет, наверно, самый тотальный бабах! — говорю я себе и пускаю аннигиляцию в его вершину.
В меня успевает прилететь десяток стрел, пущенных лучниками наугад, и отбитых куполом. Но разрыв последней заготовки сносит еще сотню метров лесного покрова и убивает, наверно, целую сотню ордынцев.
После дикого воя отчаяния выживших врагов я снова начинаю взрывать деревья.
Пусть уже не сотнями, пусть по десять-двадцать воинов при каждом взрыве страдают, но степняки даже не видят кого-то, с кем можно сразиться. Поэтому пятятся и отступают, но вскоре я слышу с той стороны выданные командными и сильно гортанными голосами приказы.
«Явно моих людей увидели! — понимаю я и оборачиваюсь. — Пора на меня их сагрить!»
И точно, густая цепь гвардейцев с копьями в руках появилась из леса и подошла к ручью.
Тогда я тоже выхожу из невидимости, дикий, леденящий душу вой врагов сообщает мне, что меня уже разглядели. В купол летят десятки стрел, беспомощно от него отлетающих, а размахивающие своими любимыми короткими копьями горцы уже неудержимо несутся в мою сторону.
— Чуть ли не целая сотня рванула! — поражаюсь я и ощупываю Палантир в мешке. — Еще пятьдесят пять процентов в нем осталось!
Сначала пускаю три максимальных сгустка один за другим по самым толстым деревьям, скашивая аннигиляцией рванувшихся на меня горцев. Попало им хорошо, но половина все равно проскочила и теперь несется ко мне.
Начинаю стрелять импульсами, легко выцеливая довольно медленно пробирающихся ко мне степняков в цейсовскую оптику. Пытавшиеся бежать быстро сразу попадали на засыпанном ветками и сучками пространстве, там ведь вообще не видно, куда можно ногу поставить.
Поэтому выбиваю самых дальних, потом дохожу до уже приближающихся и пускаю импульсы, пока фузея уже сама не отказывается стрелять на разрядившемся Источнике.
Перезаряжаю новый Палантир,
