Абрис великой школы - Павел Николаевич Корнев

— Возвращаю, — сказал он и сунул следом увесистый узелок, ткань которого топорщилась рёбрами монет. — А тут остальное. По триста пятьдесят семь целковых на брата вышло.

— И четырнадцать грошей сверху! — добавил Огнич, икнул и умолк, когда Кочан пихнул его кулаком в бок.

Я оглядел всех и поинтересовался:

— Чем дальше заниматься думаете? Что пить будете — это понятно. Я о работе.

Вьюн прищурился.

— А есть чего предложить?

Я кивнул.

— Есть. Дельце не слишком денежное, правда, но там и работа не бей лежачего, — сказал и тут же встрепенулся: — Да! А с патентами что? Принёс их Шалый?

Парни помрачнели.

— С патентами всё плохо, — буркнул Кочан. — Отче один на всех приволок. Как делить — не знаем.

Аспирант влил в себя пиво, утёр губы тыльной стороной ладони и спросил:

— А на кой чёрт вам его делить?

— А что с ним делать прикажешь? — разозлился Вьюн. — В рамку вставить и на стену повесить?

— Уж лучше трубочкой свернуть! — хохотнул Кабан. — И вставить, ага…

— За языком следи! — тут же потребовал Дарьян. — Здесь барышня!

— Так не барышне же…

Кочан дотянулся до приятеля и влепил тому леща, деревенский увалень потёр затылок и обиженно уточнил:

— Чего я такого сказал-то?

Слушающий бездну отпил из кружки и пояснил свою мысль:

— Организуйте товарищество на паях, да и впишите его в патент! Делов-то!

Вьюн аж присвистнул.

— А ты, Волот, голова!

— Ну так! — усмехнулся аспирант. — Только, чур, я в деле!

— Куда тебе! — фыркнул Кочан. — Сам же говорил, в университет поступать собрался!

— Собрался, — подтвердил названный Волотом аспирант. — Но не сидеть же летом без дела!

— Замётано! — рассмеялся Вьюн. — Только не обессудь, мы тебя в пайщики не возьмём.

— Чего это? — удивился аспирант.

— Того, Волот! Того! Мы ж патент вскладчину заработали, а тебе деньгами вкладываться придётся. А на кой чёрт тратиться, если с нами только до осени? Мы лучше тебя так наймём!

— Замётано! — кивнул молодой человек. — Нанимайте!

— А…

Дарьян определённо собирался задать вопрос об Агне, и я поспешил его перебить:

— Не здесь! — И предложил: — Давайте к кому-нибудь в комнату поднимемся и всё обсудим.

Книжник оглянулся на свою пассию, и Кочан понимающе усмехнулся.

— Да ничего с ней не случится!

— Вот тебе первое задание, Волот! — хохотнул Вьюн. — Пригляди, чтобы к барышне не приставали!

— Валите! — небрежно махнул рукой аспирант. — Присмотрю!

Дарьян нахмурился, но всё же последовал за нами на второй этаж. Там мы набились в тесную комнатушку, и Кочан сразу спросил:

— Что за работа, Боярин?

— Вот! — воздел я к потолку указательный палец. — Зарубите себе на носу, никакой я не Боярин и даже не Лучезар, а просто Серый. За морем с вами не был, повстречались только в Черноводске, кто такой — вы толком не знаете, но вхож в канцелярию епископа, а потому человек полезный.

— И к чему такие сложности? — удивился Вьюн.

— С роднёй всё сложно, не хочу, чтобы сыскали.

— Да мы ж никому…

— Ляпнете при случайном человеке лишнего и пойдёт слушок гулять. Всё! Забудьте Боярина! Я — брат Серый!

Вьюн прищурился.

— Прям брат?

Но Кочан махнул на него рукой.

— Сказал — брат, пусть будет брат! Нам какая разница? — И он повторил свой вопрос: — Что за работа, Боярин?

— Вот ты! — вызверился я.

— Ты не серчай, брат Серый, — усмехнулся Кочан. — Запомним, как тебя звать-величать вскорости. Предложение у тебя какое?

— Знакомому в канцелярии епископа надёжные люди нужны, — сказал я и наставил палец на Огнича. — Нет! Работать предлагают не на церковь, а на город!

Фургонщик расплылся в широченной улыбке.

— Другое дело!

— Какое конкретно дадут поручение — не знаю. Скорее всего, подрядят что-нибудь охранять. На хорошие деньги рассчитывать не приходится, но с товариществом на паях можно ещё и свои дела крутить. Сейчас главное — связями обзавестись.

— Ага, а пока можно и охранниками поработать, — кивнул Кочан. — Серый, ты с нами? Твоя доля в патенте тоже есть.

Я покачал головой.

— Не хочу светиться. — Но тут же передумал и указал на книжника. — Запишу свою долю на Дарьяна.

— Чего это? — набычился Кабан. — Делать ничего не будешь, а доход поимеешь?

— Да нормально всё! — урезонил крепыша Вьюн. — Деньги сразу раскидывать станем, а в общак будем по чуть-чуть собирать, чисто на непредвиденные траты. Серый, если мы на что серьёзное замахнёмся, ты же подсобишь?

— Само собой!

— Тогда нормально, — решил Кочан. — Назовёмся как?

Огнич фыркнул.

— Раз у нас Книжник за главного, то «Дарьян Мертвослов и компания»!

— Товарищество на паях «Дарьян Мертвослов и компания», — повторил за фургонщиком Вьюн, глянул на меня и покачал головой. — Не! Братия! «Дарьян Мертвослов и братия». Звучит же, а?

— Может, не надо про мертвослов? — засомневался книжник, но его никто и слушать не стал.

Вьюн начал собирать деньги на регистрацию товарищества — пришлось скидываться и мне.

— Дарьян, нам бы прямо сейчас сходить о работе разузнать. Заодно и заявление в управу занесём.

Книжник мотнул головой.

— Не всё так просто. Устав нужен, тут без стряпчего не обойтись.

— Тогда сейчас насчёт работы столкуемся, а дальше вы сами.

— Я Агну здесь не оставлю! — сразу предупредил Дарьян.

У меня вырвался обречённый вздох, я страдальчески закатил глаза и сказал:

— Хорошо! Но в канцелярию епископа её с собой не потащим.

— Я ей из своих денег аванс выдам, пока в гостиницу заселится, а там видно будет, — успокоил меня книжник.

Парни на него так и вылупились.

— Аванс⁈

— Она пиковый аколит! — напомнил Дарьян. — Нешто для неё работы не сыщем?

Возражений против этого ни у кого не нашлось, и мы спустились в общий зал. К моему немалому удивлению и явственному облегчению книжника, Волот в угол к светловолосой дворяночке не перебрался и остался сидеть за нашим столом. Ещё и не спал, а бдительно поглядывал по сторонам.

Дарьян сразу утопал к Агне, я ухватил с блюда остывшую куриную