Второе рождение - Марк Блейн
К основному жалованью добавлялись надбавки и премии: донативы за победы, награды за заслуги, ветеранские доплаты. Торквесы, фалеры и другие знаки отличия давали право на дополнительные выплаты. Система мотивации работала, но порождала жёсткую конкуренцию.
Снабжение тоже зависело от ранга. Рядовые получали стандартный паёк из зерна, масла, вина и солёного мяса. Центурионы имели улучшенный рацион и возможность покупать деликатесы. Высшие офицеры располагали собственными поварами и аристократическим питанием.
Снаряжение различалось по качеству: массовое производство для рядовых, заказы у лучших мастеров для центурионов, фамильное зачарованное оружие для аристократов. Социальное расслоение проявлялось во всём.
Дисциплинарная система была строгой, но справедливой. За мелкие нарушения полагались дополнительные наряды и штрафы. За серьёзные проступки — телесные наказания и понижение в звании. За предательство и дезертирство — смертная казнь. Но существовали и поощрения: досрочные повышения, ценные подарки, высшие награды с пожизненными привилегиями.
Особенно меня заинтересовало, что статус примипиласохранялся в отставке. Это давало льготы при возвращении на службу: ускоренное рассмотрение документов, возможность претендовать на офицерские должности без полной переподготовки. Хорошая стартовая позиция для реализации моих планов.
К полудню я перешёл к изучению военной иерархии — вопросу, который серьёзно озадачил меня ещё в годы изучения истории на военной кафедре. Тогда я часами копался в трудах по организации римских легионов после Траяновских реформ начала второго века, восхищаясь их структурой и эффективностью. То, что я обнаружил в документах империи Зерентарн, было пародией на боеспособную армию.
Местные легионы представляли собой аморфные формирования без чёткой структуры. Никого не заботила единая система подготовки, стандартизация вооружения или координация между подразделениями. Вместо железной дисциплины римских центурий здесь царили групповщина и протекционизм.
Формально существовали звания: рядовые, десятники, центурионы, трибуны, легаты. Но за красивыми названиями скрывался хаос. Центурион мог командовать как пятьюдесятью, так и двумястами людьми — в зависимости от настроения командования и наличия свободных кадров. Никто толком не знал, кому подчиняется и за что отвечает.
Система продвижения базировалась исключительно на связях и взятках. Аристократы покупали себе офицерские должности, не имея понятия о военном деле. Способные солдаты из народа могли десятилетиями гнить в рядовых, пока какой-нибудь молокосос с дворянским титулом получал центурионство за красивые глаза.
Снабжение было притчей во языцех. Каждое подразделение самостоятельно решало проблемы с провиантом, снаряжением и жалованьем. Результат был предсказуем: постоянное воровство, спекуляции, злоупотребления. Воинская дисциплина превратилась в фарс.
Особенно меня поразило отсутствие единых тактических принципов. Римские легионы действовали как отлаженный механизм благодаря стандартизированной подготовке и взаимозаменяемости подразделений. Здесь каждый командир изобретал велосипед, полагаясь на интуицию и случай.
Магическая составляющая только усугубляла проблемы. Боевые маги считали себя элитой и игнорировали обычных солдат. Никого не интересовала интеграция магии в общую тактику — каждый действовал сам по себе. Координация между магами и пехотой отсутствовала полностью.
Изучая эту информацию, я испытывал растущее недоумение. Как такое государство вообще ещё существует? При подобной организации армии любой серьёзный противник должен был раздавить империю за считанные месяцы. Очевидно, соседи находились в ещё худшем состоянии, или Зерентарну феноменально везло с врагами.
Единственное разумное объяснение: империя держалась на инерции прошлых побед и отсутствии организованной угрозы. Но когда появится серьёзный противник с современной военной организацией, этот карточный домик рухнет за неделю. И, судя по активизации культистов в пустошах, такой момент может наступить скорее, чем кто-то ожидает.
После изучения военной иерархии я перешёл к экономическим документам. Сухие цифры рассказывали тревожную историю о состоянии пограничных земель. Отчёты интендантов, налоговые сводки, торговая статистика — всё указывало на серьёзный кризис, объясняющий проблемы легионов.
Основой экономики была транзитная торговля. Караванные пути связывали внутренние провинции с городами пустошей и дальними королевствами. Шёлк, пряности, магические артефакты шли из столицы. Обратно везли сырьё, драгоценные металлы, редкие минералы, магические кристаллы. Регион жил за счёт пошлин и обслуживания караванов.
Но за пять лет торговые потоки сократились вдвое. Главная причина — растущая небезопасность дорог. Нападения разбойников из эпизодических превратились в системные. Их организованность и вооружённость качественно возросли. Путешествие без серьёзной охраны стало самоубийством.
Особенно пострадали мелкие торговцы. Они не могли позволить себе большие отряды охраны и либо разорились, либо сменили маршруты. Крупные дома объединяли караваны в колонны, но это замедляло торговлю и увеличивало расходы. Экономическая эффективность падала.
Сокращение торговли больно ударило по налогам. Пошлины составляли значительную часть доходов казны. За пять лет поступления упали почти вдвое. Как следствие — сокращение расходов на инфраструктуру, чиновников и, что критически важно, на снабжение легионов.
Местное производство тоже страдало. Ремесленники лишились заказов, многие мастерские закрылись. Производители предметов роскоши пострадали особенно сильно: их клиентура состояла из богатых торговцев и путешественников. Квалифицированные мастера уезжали в более благополучные регионы.
Сельское хозяйство испытывало постоянное давление набегов. Отдалённые фермы регулярно подвергались нападениям: скот угонялся, урожай уничтожался, крестьяне либо погибали, либо бежали в города. Обрабатываемые площади сокращались, цены на продовольствие росли.
Демографическая ситуация была катастрофической. Наблюдалась массовая эмиграция в безопасные провинции. Особенно болезненной была утечка молодых мужчин: они уходили на службу в другие легионы или искали счастья в торговле. Города пустели, деревни забрасывались.
Уменьшение населения создавало порочный круг. Меньше людей — меньше налогов, потребителей, рабочих рук. Экономика сжималась, что создавало ещё больше проблем. Инфраструктура деградировала, что открывало дополнительные возможности для разбойников.
Финансовое положение XV Пограничного легиона было критическим. Задолженность по жалованью составляла четыре месяца. Снаряжение не обновлялось годами. Запасы оружия и припасов находились на грани. Боеспособность подразделения неуклонно снижалась.
Местные власти пытались компенсировать недофинансирование дополнительными налогами и реквизициями. Но это ухудшало ситуацию и вызывало недовольство населения. Некоторые города отказывались платить, что приводило к конфликтам с военными.
Коррупция процветала на всех уровнях. Чиновники завышали расходы и присваивали разницу. Торговцы покупали льготы взятками. Офицеры продавали солдатский паёк. Даже рядовые участвовали в контрабанде, используя служебное положение.
Особенно острой была проблема магических компонентов. Боевые заклинания требовали дорогих ингредиентов: кристаллов, редких трав, заговорённых металлов. В условиях нарушенной торговли цены выросли в разы. Многие маги экономили на заклинаниях или использовали некачественные заменители.
Снаряжение тоже было проблемой. Простые мечи и копья ковались местными кузнецами, но качественные доспехи, арбалеты, осадные орудия производились в столичных мастерских. Доставка через опасные территории стала рискованной и дорогой.
Медицинское обеспечение практически отсутствовало. Не хватало лекарей, медикаменты поступали нерегулярно. Большинство ранений лечили подручными средствами, что приводило к высокой смертности. Магическое лечение было доступно только офицерам.
Моральное состояние войск неизбежно страдало. Солдаты видели плохое питание, задержки жалованья, изношенное
