Инфер-11 - Руслан Алексеевич Михайлов
К тому же давненько я не видел Сольпуг в движении… вот и полюбуюсь…
— Насколько умно ты щас поступаешь, гоблин? — пропыхтел я, ударом тесака снося башку какой-то мохнатой твари — Оцени по шкале от нуля до ста… До ста? Да, до ста, сука… Ну тогда минус тыща…
* * *
Нападать в одиночку или даже подходить слишком быстро к боевому отряду противника, в котором присутствуют экзоскелеты, а тем более средний мех с двумя пилотами… это верная смерть. Будь я в Ночной Гадюке — там без проблем. Особенно если прихватить с собой пару особых пушек с еще более особыми боеприпасами, не забыть про мины, добавить к этому поддержку с воздуха… ну да… и заказать в ближайшей бургерной атомный взрыв по нужным координатам…
У меня ничего этого не было. Но нападать я и не собирался, хотя чисто теоретически у меня было немало шансов повредить Сольпугу так серьезно, чтобы она развернулась и, хромая на пару лап, поползла обратно. А я бы лежал нашпигованной осколками кучей мяса и говна где-нибудь на островке и уже ничего этого не видел бы.
Так что без нападений. Это я понимал с самого начала, хотя что-то внутри азартно шептало из жопы — а давай шарахнем прицельно по слабым местам и насладимся видом дымной туши. Но я сдержался. И, скрытно подойдя на максимально доступное без моего обнаружения расстояние, врубил пассивный сканер рядом с вершиной холмистого островка, сполз на противоположную от противника сторону, чтобы нас разделял массив почвы и затих, прислушиваясь к шипению наушника. Если у них те же самые коды шифрования что и у Хмари и Гомесито, то…
— … живы! — с настолько мощной уверенностью прозвучал в эфире мужской голос, что сразу стало ясно, что он лжет — Они точно живы!
— Верим! — тут же отозвался кто-то с голосом помоложе и потоньше.
— Верим и найдем! — к заунывному хору присоединился женский удивительно знакомый голос — Сестра не могла погибнуть! Не могла! А если что и случилось, то только по вине гребаного Гомесито!
— Отставить, Кмари! — в наушнике зазвучал новый хорошо поставленный жесткий голос.
Так мог разговаривать только командир. На пару секунд повисло напряженное шипящее молчание, пока сумевшая справиться с эмоциями Кмари — и имя удивительно знакомое — не процедила:
— Есть отставить, чиф. Но ты и сам знаешь как часто лажал этот придурок! Его давно следовало гнать из оперативного состава! Его место на кухне!
— Отставить, Кмари! Последний раз предупреждаю! Или на кухню отправишься ты!
Эта угроза подействовала и в эфире опять затихло. Лежа на склоне, я смотрел на застоявшуюся воду небольшого водоема внизу. Еще пару секунд назад она была неподвижна, а теперь ряска на ее поверхности мерно подрагивала. Чужой отряд все ближе. Тяжелый мех Черная Сольпуга все ближе… и на его борту куда больше средств обнаружения противника, чем у обычных экзов. А если многоногая тварь выпустит рой дронов-разведчиков…
Стащив сканер за кабель, я деактировал его и рванул вниз. Перепрыгнув воду, оббежал заросли колючего кустарника и вдоль узкой вонючей протоки, уже быстрым шагом, двинулся на опережение — их маршрут предугадать было несложно. Рано или поздно их ломанная прямая упрется в островное поселение. Тогда как лодки с моими пожитками и багги уходили в противоположную сторону…
Новую позицию я выбрал на бугре повыше и расположенным так, чтобы иметь возможность наблюдать за ними. Сначала упал на листву под невысоким, но толстенным стволом старого дерева, но заметил, что именно он обвивает и крепко сжимает корнями и тут же сместился в сторону. С помощью камня выскреб в одном месте почву, затем в другом и… моя рука провалилась внутрь. Расширив отверстие, посветил внутрь фонарем. Деформированные явно внутренним взрывом стальные стены, зияющие пробоины, всякий хлам на полу и несколько опутанных мертвой растительностью скелетов. Мелкая змея с шипением уползла прочь, а я с готовностью занял ее место, поспешно втянув внутрь задницу и ноги. Оглядевшись, обнаружил, где тут раньше были смотровые щели и, вооружившись какой-то железкой, пробил слой слежавшейся почвы, поставил там сканер, а сам занялся соседней дырой. Надо же глянуть как они там гордо бредут…
— Два наряда в сортиры, Кмари! — прорычал командирский голос — Все! Достала!
— Я…
— Три наряда!
— Да но…
— Заткнись уже, Кмари — тихо посоветовал ей другой мужской голос и, шипяще выругавшись, Кмари последовала его совету.
Ну вот… я столько бежал, полз, копал… а они беседу закруглили.
— Её чувства мне вполне понятны и как Сострадающий второго класса я вполне разделяю их — у меня в ухе прозвучал прежде не участвовавший в разговоре слишком мягкий и нежный голос какого-то хренососа.
Слишком смиренно. Слишком наиграно. А мерзкий голос продолжал накидывать лживого приторного словесного киселя:
— Она беспокоится о пропавшей сестре… о близнеце. И… как мне кажется, она не слишком высокого мнения о боевых качествах пропавшего вместе с Хмари оперативника… Гомесито, если я не ошибаюсь?
Ему подтвердили его догадку с такой быстротой, причем так торопливо и без прежней жесткости в голосе подтвердил сам командир, что сразу стало ясно — обладатель приторного голоса какой-то немаленький шишка. Или он и есть командир? Нет… подчиненную распекал не он, а тот жесткий…
Кисель, Кмари, Командир… и всякие поддакивающие, чьи голоса звучат на уровне рядовых и бывалых солдат, хорошо усвоивших главную истину — служи тихо, болтай мало, инициативы не выказывай.
— Благодарю за понимание, глубокоуважаемый Сострадающий второго класса сеньор Цистос.
Как красиво Кмари ожила и как умело подлизала. Аж до моего убежища донесся шелест ее языка…
Значит Кисель — это Цистос. А в отряде есть проблема с иерархией. Командир не сумел донести до всех и каждого, что не стоит выделываться и прыгать через его голову.
Командир стерпит?
Вместо командира зазвучал еще один новый голос. Опять мужской — гремящий суровый бас.
— И все же дисциплина, жесткость и постоянство во главе угла! И никому из нас
