Миротворец - Вениамин Шер
– Двигатель в нормальном состоянии! Мы же на нём сейчас и поедем! А купил я его за половину своей зарплаты! – лучезарно улыбаясь, сказал Колян.
– Я так поняла, Наташа ещё об этом не знает? – ехидно усмехнулась Лиза.
– Я ей потом сам сюрприз сделаю, когда подкачу на машине к дому, – не пошёл на провокацию Коля.
– Если ты до него вообще доедешь и тебя полиция за задницу не схватит. Бензиновые автомобили запрещены. А штрафы за них… – усмехнулся я.
– Вот-вот! Твоё увлечение всяким старьём тебя до добра недоведёт, – покачала головой Лиза.
– Да ладно вам! Лето покатаюсь, да продам подороже! – не согласился с нами он.
– Да ты ещё и барыга! – откровенно засмеялся я, подходя к машине, которая местами была покрыта рыжиками.
– Я не барыга, а ценитель раритета! – важно поднял палец вверх Колян. – Ладно! Поехали на природу, – добавил он, открыл водительскую дверь и ловко запрыгнул на сидение.
Я помог девушке открыть тяжёлую дверь в салон, а сам затем прыгнул на пассажирское переднее сидение рядом с Коляном. В машине уже лежал походный мангал, маринованный шашлык, безалкогольное и обычное пиво на нас троих. Мы собирались пару часов провести в лесу у озера, подальше от любопытных глаз. Супруга Коляна Наташа на работе, а сегодняшний день терять неохота.
– Какая любопытная и странная девочка с ободом на голове, – удивлённо сказал я Коляну, когда он тронулся с места. За нами из кустов наблюдала девочка в белом платьице с причёской каре и ободом на голове.
– Ты о чём? Какая девочка? – не понял Колян, смотря на то место, куда я показал пальцем.
– Вот же она. Всё, проехали уже, – непонимающе сказал я, оглядываясь назад в салон.
– Да не было там никого. А если и была, то тут недалеко частный сектор. Гуляла, видимо, – пожал плечами Колян, выезжая из гаражного кооператива.
Кадры сменяются, и теперь мы находимся на каком-то озере. Дымит мангал, мы наслаждаемся горячим шашлыком. Сидим на бревне и смеёмся, попивая пиво. Себе я взял обычное алкогольное, поэтому был больше всех навеселе. Когда я отошёл в кусты, чтобы слить лишнее пиво, и пробирался через дебри кустов, у дерева меня встретила та самая маленькая девочка.
– Рокаин. Ты уже долго спишь! – недовольно нахмурила она бровки.
– Э-м. Девочка. Ты о чем? У тебя где-то тут родители? – недоуменно начал я вертеть головой.
– Пошли играть в шашки! – топнула она ножкой и, подойдя ко мне, резко схватила меня за руку. Нас тут же окутал фиолетовый дым и наступил мрак.
* * *
Я разлепил веки в обители Монады от толкания меня в плечо.
– Ну Рокаин, вставай, – канючила над ухом девочка.
– Монада, блин! Такой сон сбила! И так редко снится что-то хорошее, – недовольно привстал я на диване и посмотрел на девочку.
Она удивлённо посмотрела на меня своими синими глазами и хлюпнула носом.
– Но… Тебе же не нравились сны. И мы последнее время поиграть нормально всё не можем…
Она поникши опустила взгляд под ноги и пошла в сторону кресел, вытирая при этом слезы. А я, вздохнув, успел схватить её за руку и притянул к себе в объятья. Да уж, надо что-то делать с поиском сущности. Девочке реально скучно, она осознала себя в полной мере, и ей нужно развиваться. У других хозяев доспеха она жила полуразумной жизнью, как во сне. А уж такого и врагу неохота желать.
– Ну прости. Последнее время дел много, не высыпаюсь. Так что иди расставляй шашки.
Монада счастливо улыбнулась, обняла меня за шею, поцеловала в щеку и резко убежала за диван. А мне пришло осознание, что образы Елены очень мягко установились. И теперь я помнил все те пять месяцев, что с ними провела моя землячка. Как они проводили время, даже как она успела понянчиться с моими детьми.
Елена испытывала умиротворение и любовь рядом с моими. И в те роковые моменты была готова пожертвовать жизнью ради них. Я видел счастливые лица своих жён, обнимающих младенцев. Маленькие, милые мордашки, что выглядывали из пелёнок. Кормление грудью, ночное убаюкивание.
Ещё и Доэна, что был, словно сторожевой пёс, рядом с ними. И защищал их всех до конца. Именно Доэн тогда и спас Елену, отразив мощный удар взрывной магии какого-то миргардского архимага-наёмника.
От этих воспоминаний мне стало горько и тепло одновременно. А мнение по поводу Елены я теперь изменил окончательно и бесповоротно. Она – дорогой друг. И в этом я больше не сомневался.
С этими мыслями я, постоянно чуть улыбаясь, продул в шашки Монаде три раза подряд. Похоже, пора её учить шахматам.
– Рокаин. Елена у тебя в комнате, – сказала девочка и, улыбнувшись, щёлкнула пальцами, ведь она сегодня удовлетворена своей победой.
* * *
– Стучаться не учили? – сказал я, открывая глаза, когда Елена с улыбкой подходила ко мне.
– Да как ты это делаешь?! У тебя же нет искина!? – возмутилась девушка.
– Я же тебе рассказывал про Монаду, – сказал я и погладил один из своих наручей. – И, собственно, возмущаться надо мне! – добавил я, садясь на кровать.
– Уже все проснулись. Даже Эткин уже позавтракал. А ты всё дрыхнешь и на стуки в дверь не реагируешь, – недовольно фыркнула она.
– Ладно, – зевнул я, вспоминая образы Елены. – Своих проинструктировала? Всё нормально?
– Да всё отлично! Что бы я без тебя делала! – улыбаясь, подошла она и села рядом со мной.
Я в это время применил тёмное очищение, после вчерашнего и ночи. С несвежестью во рту, наниты без команды справляются не идеально. А вот тёмное очищение приводит всё тело в идеальный порядок. Меня окутал тёмный смерч, и Лена даже привстала с кровати. Но через секунду всё прекратилось, и я встал с кровати идеально свежим и бодрым.
– Как ты это делаешь… – ошалело сказала Лена.
– Хороший вопрос, теперь настало время обучаться, – усмехнулся я, надевая свою рубашку. – Лови базы по работе с аномалиями.
И выделил заготовленный для своих товарищей пак.
– Столько много! – воскликнула Елена, когда ей начали приходить и базы, и образы по работе с магией тьмы, со всеми остальными стихиями.
– У тебя оригинальный Зодак. Так что можешь их спокойно учить сейчас. А я пошёл, найду Эткина, – сказал я и направился на выход.
– Спасибо, Рокаин… – чуть дрожащим голосом сказала девушка, а я, остановившись, повернулся к
