Альфонс - Дмитрий Лим

шаман показал на нашей с Айей свадьбе. — Интересно, что старик думает, говоря о скверне? Нужно будет какие-то дары ему подносить? Ну, не ему, а духам, но на самом деле, набивая ему карман. Или девственницу какую себе заберет? Мол, будет работать над её душой… и все в том же духе.»

— Нужно что-то делать. Они сильны, вархары. Охотники видели четырёх, но их может стать больше! Их злоба отравляет лес, — заключил шаман, обводя нас тяжелым взглядом, полным тревоги. — Мы должны изгнать их. Иначе лес умрет.

«Изгнать… ну конечно, сейчас пойдем вархаров голыми руками ловить. Или он опять на свои ритуалы рассчитывает? С костром и песнями? Главное, чтоб комаров всех не созвали, а то у нас и без вархаров тут весело. Хотя… Эти твари могут серьёзно нарушить экологический балланс, переловив и выжрав каких-нибудь местных санитаров леса. По сути, старик не зря беспокоится, но вот упаковка у его мыслей — полная хрень.».

— Мы должны совершить обряд очищения, — проговорил шаман, словно отвечая на озвученные мною вопросы. — Необходимо собрать священные травы, разжечь костер и призвать духов предков на помощь.

«Ага, вот оно что. Обряд очищения. Ну, хоть не жертвоприношение. Хотя…».

Я приподнял бровь, продолжая строить из себя заинтересованного слушателя:

— И что дальше? Все-таки вархары — это не духи, их можно и нужно убивать.

— Поставить ловушки? — ожила Айя, выдав… пожалуй, самое глупое предложение.

Я помнил вархара, которого убил. И какая там к черту ловушка? Это ящеро-змеиноподобную тварь ни в какую клетку не заманишь. А если и заманишь, то местных технологий не хватит, чтобы вархара удержать там. Надо ловить на живца, и кончать с ней, когда она пытается проглотить еду. Желательно большую. Желательно овцу или барана.

— Ловушки не помогут, — отрезал шаман. — Они чувствуют скверну, она их предупреждает об опасности. А обряд… он ослабит их связь с темными силами, позволит нам нанести удар.

«Какую же ты чушь несешь, тесть! Ты хоть сам себе представляешь, как это бредово звучит? У вархаров что, встроенный детектор аномалий? Неужели он реально верит в это⁈»

Внутри меня закипала волна раздражения. Слова шамана звучали как бред сумасшедшего, но я понимал, что спорить бесполезно. Здесь, в этом затерянном мире, вера в духов и обряды была сильнее любого рационального довода. Более того, если я попытаюсь открыто высмеять его слова, то только подорву свой авторитет перед Айей и навлеку на себя гнев шамана и всей общины. А мне это сейчас совсем не нужно.

— Скверна это плохо, — сухо произнёс я. — Но вот варахары… я встречал одного в своем прошлое поселении. И знаю, что просто так его не убить. Если у нас получится ослабить давление, хм… скверны, то как будут расправляться с этими тварями?

— Ты видел вархара? В степях? — шаман изогнул бровь, в его взгляде промелькнуло сомнение. — Вархары не водятся в степях. Это горные существа, дети мрака и камня. Горы дали им непробиваемую шкуру. Встретив варахра ты бы умер. Тебе должно быть привиделось, Макс. Там было что-то другое…

Я сжал кулаки под столом, стараясь сдержать раздражение. Что ему доказывать? Что я, по его мнению, галлюцинации ловлю на каждом шагу? Как будто мне больше заняться нечем, кроме как выдумывать чудовищ. Ну да, конечно, в степи нет этих гадов… Ага, как же. Если я говорю, что видел вархара, значит, так оно и было. Но спорить сейчас — только обострять ситуацию. Он все равно не поверит, а у меня нет доказательств и я выставлю себя идиотом.

Если я заикнусь, что убил варахара, то у него вообще рот не закроется — будет насмехаться. Считать меня выдумщиком и дураком. Сто процентов.

— Возможно, вы правы, — максимально нейтральным тоном произнес я, стараясь не выдать внутреннего напряжения. — Действительно, мог ошибиться. Однако, существа, подобные вархарам, очень опасны. Обряд очищения — это хорошо, но что будет после? Как мы будем бороться с вархарами?

Шаман немного смягчился, оценив мою сдержанность.

— После обряда, — ответил он, — самые сильные ормы отправятся на поиски. Они будут выслеживать вархаров, искать их логово. Я проведу обряд у реки, призывая духов леса помочь нам. Мы должны очистить землю от скверны, иначе вархары будут только сильнее. Надеюсь, духи предков укажут путь. Без их доброй воли нам не совладать.

Айя вздохнула с облегчением, словно тяжкий груз свалился с ее плеч.

— Пока ормы охотятся, — продолжил шаман, — нужно соблюдать осторожность. Вархары чувствуют скверну, а скверна притягивает их. До тех пор, пока лес не будет очищен, необходимо избегать всего, что может усилить ее влияние. Нельзя тревожить духов, нельзя загрязнять воду и землю… И самое главное, пока ормы ищут чудовищ… в этом месте нельзя будет очищать тело. Ни омовений, ни купаний. Боги будут злы на нас.

Я едва не подавился воздухом. Что значит, нельзя очищать тело? Да я последние несколько дней только и мечтал о том, как наконец-то отмоюсь от этой липкой грязи, которая въелась в кожу после варки мыла! Я уже предвкушал, как окунусь в прохладную воду, как смою с себя весь этот запах трав и жира. А теперь что? Ходить грязнулей еще месяц, пока они там с вархарами воюют?

Внутри меня снова закипала злость, смешанная с досадой. Ну вот, только все начало налаживаться, как тут же подкинули новую проблему. И ладно бы, если бы это действительно было необходимо, если бы от этого обряда очищения хоть что-то зависело. Но я-то прекрасно понимал, что это всего лишь способ шамана показать свою власть, способ контролировать общину. С его точки зрения, я моюсь слишком часто и этим — привлекаю внимание. Возможно, местные об этом сплетничают.

Прямо запрещать он не хочет, а вот наложить табу на мытьё на длительный срок — считает правильным. Вроде как он ни при чём, а так духи повелели. А я, как всегда, оказываюсь в заложниках ситуации и должен покориться и походить пару месяцев немытым, а потом и вообще — бросить глупую затею с мытьем — отвыкнуть.

Я посмотрел на Айю. Она, казалось, совершенно не расстроена из-за запрета на омовения. Наоборот, выглядела умиротворенно и спокойно. Ей, видимо, было все равно, а вот я уже чувствовал себя как в клетке.

Черт бы побрал этих духов, этого шамана и этих вархаров заодно!

— Хорошо, — сказал я, стараясь