Мёртвые души 3. Лик Первородного - Евгений Аверьянов
Я перевёл взгляд на горизонт, где вдалеке темнели низкие холмы, а над ними витали птицы.
Нарр’Каэль внутри чуть вздохнул.
— Прекрасно… Вот и ещё один путь в мясорубку. Идём, герой, собирай себе “подарки” из тел одичалых. Может, кто-нибудь и оставит тебе мозг… за ненадобностью.
— Лучше мясо с ядерным наполнением, чем туман в голове с твоими шутками, — буркнул я в ответ.
Страж посмотрел на меня, прищурился, но ничего не сказал.
Видимо, решил, что я разговариваю с собой. А может, понял больше, чем показалось.
Интерлюдия. Проклятый кинжал.
Пустота вокруг тянулась до самого горизонта — выжженные равнины, мёртвые скалы и небо цвета затухшего угля. Мир у границы мёртвых — не место для живых, не место для надежды.
Он брёл вперёд, оставляя за собой едва заметные следы в серой пыли. Кинжал — всё ещё в руке. Он не отпускал его. Или уже не мог?
Голос звучал прямо в мыслях. Чёткий, уверенный. Привычный.
— Тебе нужно выбраться отсюда. Это тупик. Прежде чем сформировать третье средоточие, ты должен найти артефакт. Лик Первородного. Без него — ни шагу дальше.
Мужчина сжал зубы, но не ответил. Он знал: голос всё равно услышит.
— Если ты продолжишь без него, Абсолют заметит тебя. Он не любит тех, кто растёт слишком быстро. А ты — именно такой. Они пришлют охотников. И тогда ты умрёшь… по-настоящему.
Он остановился. Уставился в пустоту.
— Тот идиот… — голос будто усмехнулся. — Неблагодарный разумный, что перенёс меня сюда. Видимо, думал избавиться от проклятия. Как же он ошибался. Теперь ты — мой путь отсюда.
Мужчина молчал. Свет в его глазах пульсировал. Мысли были запутаны, как клубок змей.
Но одно он знал точно — он выберется. Найдёт Лик. И сделает следующий шаг. А там… будь что будет.
---
Стычка началась ближе к полудню. Я шёл немного впереди каравана, играя роль разведчика, когда почувствовал странную вибрацию в ногах. Земля слегка дрожала, будто не хотела, чтобы я сделал ещё шаг.
— Идут, — пробормотал я и перехватил рукоять меча.
Из-за холма, словно из земли вылезая, появились первые силуэты. Шесть, десять... пятнадцать. Огромные, жилистые, с перекошенными лицами. Некоторые покрыты шрамами и жестяными пластинами, как будто лепили доспехи из мусора. Кто-то вообще был без всего — только мускулы, грязь и звериная злость в глазах.
— Одичалые, — прошептал кто-то из охраны. Караван остановился. Сбоку щёлкнули арбалеты, лязгнули тетивы.
Они рванули. Без строя, без тактики. Просто масса мышц и злобы. Один бежал на четвереньках, другой нёс огромный булыжник над головой, третий орал так, что заложило уши. Но в их движениях не было координации — только сила и стремление рвать.
Первый почти долетел до меня. Я шагнул в сторону, подсёк ему колено, а когда он повалился, пробил клинком в основание черепа. Хруст. Один минус.
Слева кто-то завопил — арбалетчик не успел перезарядиться, и одичалый просто снёс его с ног. Но тут же получил копьё под рёбра от другого охранника. Слаженность. Они были готовы.
Я двигался быстро, стараясь не попадать под замахи. Эти твари били с такой силой, что один промах по щиту караванщика откинул того на два метра. Хорошо, что броня у него была добротная.
Один из одичалых бросился прямо на повозку, хотел снести лошадей. Я прыгнул, ударил в висок, но не пробил череп. Тогда ударил снова — в глаз. Только после третьего удара тварь завалилась, захрипела.
Спустя минут пять всё было кончено.
Воздух встал, густой и тяжёлый. Тела одичалых валялись повсюду. Никто из них не сгорел, не вспыхнул — следовательно, ядра они так и не успели сформировать. У всех было только наполнение средоточий, да и то — однобокое, только по телу. Я ощущал: ни одной искры на грани преобразования.
— Повезло, — буркнул один из старших охранников, вытирая меч. — Если бы был хоть один с ядром — крови бы было куда больше.
Я кивнул. И почувствовал лёгкий зуд внутри — нечто, что всегда появлялось после боя. Голод силы. Но у этих ничего не было. Только пустые оболочки, прокачанные и тупые. Да и ядра с них не снять — нечего поглощать. Не валюта, а пустышки.
— Удобный бой, — снова вякнул Нарр’Каэль. — Весьма. Как репетиция перед настоящей войной. Только вот настоящий противник не будет так добродушно к тебе бежать на клинок. Он будет улыбаться тебе, пока всаживает иглу в спину. Я знаю, я был таким…
— И умер, — напомнил я вслух.
— Подумаешь, мелочь, — фыркнул бог. — Ты тоже скоро будешь мёртв. Только, в отличие от меня, — без великого замысла.
Я усмехнулся и прошёлся вдоль поляны, проверяя тела. В карманах, на поясе — ничего. Только один оказался с грубо заточенной маской на лице, будто пытался подражать чему-то... или кому-то. Я снял её, разглядел. Просто кусок металла. Ни искры, ни энергии. Но символы... смутно знакомые. Спрятал в сумку. Потом разберусь.
Караванщики уже запрягали повозки. Путь продолжался.
Когда шум боя утих и караван начал приводить себя в порядок, я заметил движение — неуловимый силуэт скользнул меж деревьев, в стороне откуда пришла орда. Быстро, слишком уверенно для обычного одичалого.
Я всмотрелся. Листья ещё колыхались, будто кто-то только что прошёл. Не люблю недосказанности. Особенно — когда дело касается потенциальной угрозы.
— Я схожу, гляну, — бросил я главе охраны.
Он только кивнул — здесь каждый сам себе голова. Да и слишком быстро я влился в их ряды, чтобы кто-то сомневался в моей пользе.
След был свежий — поломанные ветки, вмятины во мху. Кто-то не особо пытался скрываться, наоборот — шёл с уверенностью, как хозяин. Через сотню метров я вышел к небольшой лощине. Там он и был.
Огромный. Спина шире моих плеч вдвое. Кожа, словно спрессованная кора, с прожилками тёмных сосудов. Лицо закрыто звериной маской из черепа. А в руках… дубина, которую можно было принять за снесённый забор.
Он заметил меня мгновенно. Издал низкий рык, будто приветствие. Потом двинулся вперёд.
— Конечно, — пробормотал я, — зачем поговорить, если можно сразу башку снести?
Мы столкнулись в нескольких шагах. Первая атака — широкая, тяжёлая. Я едва увернулся, прыгнув вбок. Землю рядом разметало, будто туда влетел валун. Вторая — быстрее.
