Синхронизация. Том 1 - Алекс Бредвик
— Ты как? — спросил я у Хано, как она сама просила её называть.
— Ничего, — сухо ответила девушка, убирая письменные принадлежности в свою сумочку. — Мне плевать, что говорят эти «двое». Мой отец для меня был героем. Это признал и Город, присвоив ему седьмой уровень гражданства.
— У них-то родители восьмого уровня, у обеих, — покачал я головой.
— Всё равно через два года это ничего не будет значить для всех нас.
И вот эта вот сухая манера общения Ханако на самом деле выдавала тот факт, что её зацепили слова девушек. Она вообще не любила слышать про эти экспедиции — отец погиб в одной из таких, причём погиб, защищая мать одной девушки и отца второй. И они этого не ценят. И, скорее всего, именно этот факт больше всего и злит Хано.
Я сидел до последнего. Тесты чисто индивидуальные, приглашают всех по одному, так что смысла спешить не было. Я просто читал новости, которые мне были интересны: про программы, которые ускорили обработку данных в жилых модулях, про то, как смогли синхронизировать работу базового реактора первого уровня с прогрессивным реактором второго уровня, что считалось невероятно трудным из-за нестабильности в работе второго. Наука — вот что мне нравилось.
— Переживаешь из-за теста? — сел за соседнюю парту учитель.
— Не особо, — мотнул я головой. — Скажут, что рейнджером мне не быть, так как телосложением не в отца пошёл, а больше по маминой линии. Там дед тоже худой был, дистрофик, как меня физрук называет. А сёрфером… ну, после истории с отцом слабо верится, что у меня процент синхронизации будет выше, чем у него.
— Знаешь, Ник, мне мой дед всегда говорил, что надежда умирает последней, — похлопал он меня по плечу. — А он был свидетелем появления Тумана, был в одной из групп, на ком вообще создавали прообраз современного вирта Тумана. Так что, учитывая, что мы все живы, что их работа была не просто так, я склонен ему верить.
— Но ведь не только те, кто покорял вирт и отключал Расщеплённого, были важны! Кто-то же был за их спинами! Кто-то же создал всё это, что называется Реатум! — сжал я кулаки, смотря в лицо учителю. — И почему их почти не вспоминают, тех, кто всё это разрабатывал⁈ Кто позволил нам жить тем миром, как мы живём сейчас⁈
— Ты неглупый парень, — улыбнулся он мне. — Думаю, рано или поздно поймёшь. Да, были люди, которые позволили появиться системам погружения, системам синхронизации с электромагнитными потоками Тумана… но, поверь, те, кто должен это знать, — знают.
— Но они же герои!
— Имена многих героев не озвучиваются, — чуть серьёзнее и строже сказал мистер Кроул. — Назови мне хоть трёх генералов рейнджеров, кто тогда пробивался к первому кластеру Расщеплённого, чтобы уничтожить его вычислительные мощности.
И взгляд его был строг. Его требование, по сути, невыполнимо. Все мы знаем, что их было пять. Но в истории упоминается только одно имя — Георгия Бортыша. Остальные почему-то засекречены. Почему? Никто не знает, не понимает. Часто из-за этого в школах жаркие споры — пару раз даже ботаны из параллельного класса чуть не подрались. Выглядело это забавно.
— Ну вот, видишь, — мягко проговорил учитель. — Не всё нам положено знать. Что нам Город даёт, тем мы и должны пользоваться. И взамен Город просит малого — пройти тест и посмотреть, кто в будущем сможет стать рейнджером, а не просто обслуживающим персоналом в городе, либо сёрфером, а не просто, — скривил он своё лицо, — игроком.
— Но при этом в качестве игроков нам предстоит в течение четырёх лет, начиная с сегодня, минимум по четыре часа проводить в этом вирте! — возмутился я. — Вот зачем?
— Честно, я тоже не понимаю этого закона, — пожал он плечами. — Граждан с третьим уровнем гражданства вообще настоятельно просят не подключаться к вирту, так как их реальная работа важнее. Но всем надо как-то развлекаться. А с учётом того, что там много неаватаров…
— Кого? — смутился немного я.
— Это вам расскажут уже на специальных занятиях старшей школы, — улыбнулся преподаватель. — Пока не вникай. Знай, хоть ты и не отличник, но на самом деле способный малый. Просто не ленись — и у тебя всё получится.
— К чему это? — встал я синхронно с учителем.
А тот в ответ постучал пальцем по виску. На моём лице появилась улыбка, а в его очках я заметил, как блеснули мои зелёно-голубые глаза — отличительный признак того, что имплантат работает, нейроинтерфейс синхронизирован со зрительной системой почти на сто процентов. Хотя это свечение со временем должно пройти, да и появлялось спонтанно, время от времени. А ещё среди школьников ходила теория, что это специально сделано для нас, чтобы со стороны было видно, кто смог синхронизироваться с имплантатом, а кто нет.
— Иди давай, — указал учитель кивком в сторону двери. — Там другие классы подойти могут. Тебя ждать никто не будет.
— Да и не больно хотелось, — пожал я плечами.
Причины, почему я люблю сидеть чуть дольше дома, на самом деле учитель знал. Просто у него не было, как он сам говорил, компетенций вмешиваться в жизнь моих родителей. Куда надо, как мне кажется, он докладывал. Но моего отца, как бывшего сёрфера, Героя, который мог подняться до седьмого уровня гражданства, никто особо не трогал. История, почему он стал Героем, тоже особо не освещается. Но сам факт того, что ему не присвоили новый уровень гражданства, говорит о многом для меня. И даёт повод говорить обо мне в школе.
Хоть и привык, но порой бесит.
Радуясь тому, что теперь не нужно собирать сумку, как той же Хано, я вышел из класса. Всегда любил пословицу: «Omnia mea mecum porto». Всё своё ношу с собой! Или это крылатая фраза? Скорее, второе. Хоть она была про духовное
