Фантастика 2026-49 - Ирина Николаевна Пименова
Я тоже начала приходить в себя. И, кажется, он это понял. Расслабил зубы, пропустил мой палец между ласковыми губами и после прерывистого выдоха прошептал – и глаза загорелись странным весельем, видимым даже в полумраке переулка:
- Если… ты вытащишь руку… Мы доедем до дома и там… Там удобней…
- Я… сама… Ладно?
Он осторожно спустил меня с себя, и я, не торопясь, застегнула ему джинсы и ремень. Глядя ему в глаза. Ласково. Да ещё погладила, отчего он со стонущим выдохом выгнулся, перехватывая мои руки.
- А… как мы поедем? У меня с собой ни карточки, ни чего другого.
- У меня тоже… А вирт?
- Не хочу вирт использовать.
- Хм, сколько времени у нас на погулять, - мечтательно сказал Кирилл.
- Стоило прерываться, - проворчала я о своём.
- Стоило, - твёрдо сказал Кирилл. – Ну что? Может, по вирту вызвать твоих ребят, чтобы отвезли нас? Или садимся в такси, а дома расплачиваемся?
- Ты же хотел погулять, - поддела его я. Не буду говорить, что у меня с собой пара наличных осталась от поездки до байкерской тусовки.
- Пошли, - решительно сказал он.
И пошли. Давно я так не гуляла. Мой спутник тоже не торопился. Пока шли, выяснилось, что наличность у него тоже есть. Небольшая, на такси до нашего дома не хватит, зато на горячий фаст-фуд прямо с прилавка хватило. Мы присели у такого передвижного прилавка с микроволновкой-печкой, объедались горячими лепёшками, залитыми горячим же соусом, запивали напитками – сладкими и горячими. В прохладный осенний вечер – самое то. Особенно сидя на низком бордюре, особенно, когда рядом человек, в плечо которого упираешься, как в кресло, и который то и дело хулиганит, негромко и заразительно хохоча, а время от времени то ли целует, то ли слизывает потёкший соус с моего подбородка… А продавец, молоденький парнишка, смотрит на нас и с завистью улыбается нам.
Такие часы трудно забыть – особенно по контрасту с происходящим далее.
Но мы пока ничего не знали. Ни о чём не подозревали и наслаждались каждой минутой пребывания только вдвоём.
А потом шли по дороге, взявшись за руки…
- Я про тебя мало знаю, - сказала я. – Ты был женат?
- Нет. Времени как-то не было. Да и… Я сразу после военной академии попал в армию, а там не до личного.
- А где до сих пор жил Рольф? У твоих родителей?
- Мы все жили у деда. Он отец моего отца. А тот постоянно болел и не мог найти нормальной работы, потому и оставался при деде. Мы не так уж и богаты. А когда родители умерли, Рольф тоже остался при деде. Брат – от второго брака отца, - счёл нужным он уточнить. – Я забрать его не мог – у меня постоянно служебные квартиры, да и переезжал часто. Так что проследить за его учёбой, воспитанием не мог бы. А дед у нас крепкий – он держал Рольфа в ежовых рукавицах. Пока не похитили. Я всё надеялся: как выйдет срок контракта – вернусь, заживём с ним. А тут вон как получилось.
- Будешь в должности восстанавливаться?
- Посмотрим.
«Убью, - спокойно подумала я. – Будешь реальным трупом, но моим. Блин, на могилку приходить буду!»
Он будто услышал, что я думаю: остановил, заглянул в мои глаза – у какого-то маркета, из витрин которого волной лилось световое разноцветье рекламы. Долго смотрел.
- Почему? Почему ты так смотришь?
- Показалось, соус остался на щеке.
Я закинула руку ему на затылок, притянула к себе. В рекламном свете его карие глаза, немигающе глядящие на меня, смотрелись странно.
- А хочешь?
Не договорив про восстановление на службе (поймёт!), я с каким-то страхом смотрела в эти бликующие глаза.
- Нет. Не хочу. Это – прошлое. Настоящее – это… - он слегка поджал рот, глядя на меня. И я договорила: настоящее для него – это Рольф. И, несмотря на недоговорённость, я была готова убить каждого, кто бы покусился на Кирилла. Потому что чуяла звериным чутьём: Кирилла могу убить только я.
Отвернулась, так и не дождавшись от него объяснения, что именно для него настоящее. Только почти рассеянно сказала:
- Меня сегодня тянет убить кого-то. Постоянно думаю даже не о смерти. Об убийстве. Смешно, да?
Его ладони мягко опустились на мои плечи.
- Странно, скорее, - задумчиво сказал Кирилл. – Ты очень чувственная. Если тебя тянет на убийство, то…
Мы вдруг обеспокоенно переглянулись.
- Оружие есть? – спросила я.
- Есть. Будем брать такси? – Он, мгновенно побледневший, ещё сумел изобразить усмешку.
- Нет. Мы сейчас идём в любое отделение банка. Пока мне оформляют карточку, возьму тамошний вирт и перезвоню Эрику.
Он кивнул и выпрямился, внешне бесстрастный, но ощутимо напряжённый, о чём никогда бы не догадалась, не заметь, как дёргается в нервном тике уголок его рта. Поэтому специально для него сказала:
- Надеюсь, напоминать не надо, что ты мой телохранитель? Тогда идём!
Нужное отделение мы нашли не сразу. Пришлось обратиться к полицейскому, стоявшему рядом с патрульной машиной. Тот указал на неприметную дверь, за которой скрывалось узкое помещение с кабинками подключения ко всем мало-мальски крупным банкам Содружества. На несколько секунд я зашла в кабинку идентификации, после чего меня попросили выждать минут пять для регистрации новой карточки.
- Хоть десять, - проворчала я, садясь в кресло. Кирилл тенью встал рядом. На почтительное предложение дежурной девушки-официантки я велела: - Вирт – с Сетевой связью, пожалуйста.
Не глядя на Кирилла, я то и дело чувствовала: он смотрит на меня – и на некоторое время словно исчезает из пространства, и ощущение пустоты рядом легко подсказывает, что мыслями он в эти секунды в нашей новой квартире – рядом с братом.
- Эрик! – резко сказала я, едва заслышав ленивый голос старого друга. – Мне нужно перекрыть все вылеты с Кэссии. Все. И пассажирские, и специальные.
В стеклянной дверце кабинки напротив я увидела, как остолбенел Кирилл, глядя на меня.
- Ты так говоришь… - с сомнением начал Эрик.
- У меня плохие
