Мёртвые души 7. Иллюзия - Евгений Аверьянов

Пётр, тем временем, углубился в чтение. Я снабдил его подборкой книг: магия, политика, психология, да и общие науки впридачу. Парень впитывал знания как губка. Видимо, мозг у него сохранил детскую эластичность — или это просто личная особенность.

Из разговоров с ним я узнал любопытную деталь. Есть два города — первый и второй. Между ними несколько деревень. Проблема в том, что этот город местные зовут вторым, а вот жители «первого» уверены, что их город первый, а этот — второй. Смешно, но от этой путаницы легче не становилось.

Вывод был прост: придётся пройтись по деревням, проверить всех, а лечить теперь можно и без усыпления. Минуты работы — и человек чист.

Я шёл от деревни к деревне, вычищая людям головы от этой чёрной дряни, и всё больше ловил себя на том, что картина вокруг какая-то… странная.

Каждое поселение, без исключений, имело своих «наблюдателей». Скрул. Не впритык, а на приличном расстоянии, за полем, за рощей, на пригорке. Держались так, чтобы их заметить было сложно, но я-то уже знал, куда смотреть. И что-то в их поведении меня настораживало.

Это ведь должны быть безмозглые твари. Инстинкты, жажда крови, стандартный набор. Но эти — нет. Они двигались медленно, целенаправленно, словно выверяя траекторию, чтобы не попасться на глаза. Как зверолов, что идёт по краю, приглядывая за стадом.

И вот тут в голове щёлкнуло: а не медвежью ли услугу я оказываю?

Я же даже не знаю, откуда это проклятие взялось. Может, оно не просто так тут сидело. Может, это чья-то система ограничений. Чтобы люди не выходили за свои рамки. И пока рамки целы — надзор за ними чисто формальный.

Но что будет, если вдруг выяснится, что рамки исчезли? Что стадо теперь без ошейника?

Оставался главный вопрос: кто кукловод? Если это какой-нибудь местный лорд — одна история. Если же за этим стоит кто-то из главных Скрул… тогда ситуация меняется радикально.

В любом случае, я уже полез в эту яму — значит, разберусь до конца. Хоть бы там внизу шевелилось что-то очень зубастое.

Я решил — сначала доделаю начатое. Проклятие надо выжечь до конца, а потом уже можно будет думать и про Скрул. Если силы останутся.

Три дня ушли на зачистку второго города, всех деревень между ним и первым, а также на вылавливание всяких одиночек — охотников, пастухов, просто гуляк, что шастают по округе. Хотелось бы управиться быстрее, но, как оказалось, территория тут немаленькая. Даже если бегаешь так, что камни из-под ног летят, всё равно успеваешь заметить, как солнце дважды встаёт и садится.

Когда закончил, переключился на «соседей». Начал наблюдать за Скрул.

На первый взгляд — всё, как и должно быть: безмозглые твари, повадки хищников, никакой сложной тактики. Но чертовски раздражало, что поймать хоть один намёк на их иерархию или на то, как они вообще передают информацию, не получалось. Они просто... есть. И в то же время я знал, что они что-то делают.

Иногда ловил себя на мысли: а может, это я сам всё усложняю? Может, мне просто хочется, чтобы за этим стояла какая-то продуманная система, а на деле это обычный набор инстинктов, подогнанный под обстоятельства? Версия рабочая. Но, чёрт возьми, она мне не нравилась.

Мало кто готов с радостью признать, что всё это время гонялся за собственным воображением.

Сутки кружил по округе, выискивая хоть что-то, что даст зацепку. Пусто. Никаких сигналов, никаких «главных» — просто те же патрулирующие силуэты на горизонте.

Тогда я решил проверить гипотезу в лоб. В буквальном смысле. Нашёл одиночного Скрула, вышел из невидимости ровно на секунду, чтобы разрубить его пополам, и снова растворился в воздухе.

Реакция была мгновенной. Едва тварь успела захрипеть, как со всех сторон к месту падения сбежался десяток её сородичей. И что удивительно — ни одного звука. Только обмен взглядами. Секунда, две, и они начали расходиться, словно всё это в порядке вещей.

На место убитого вскоре подтянулся новый. Старого... съели. До крошки.

Я наблюдал за этим, чувствуя, как внутри начинает подниматься знакомое чувство — смесь отвращения и настороженности. То ли они действительно умнее, чем кажутся, то ли просто инстинкты у них такие. Но что-то мне подсказывало: это не просто хаотичный звериный мир. Тут есть порядок. И, возможно, кто-то этот порядок поддерживает.

Вышел за зону, где обычно бродят «надсмотрщики», и тут меня реально перекосило — за грядой холмов паслось стадо Скрул. Не десяток, не сотня — тысячи.

Чёрные, кривые, как кошмар безумного скульптора, и при этом… мирные. Жевали что-то, перекатывались с боку на бок, некоторые валялись в пыли, как коровы в жару. И ни одного, кто бы выделялся размером или осанкой.

А если их тут столько, то сколько же их дальше, за горизонтом?

Я вернулся к Петру. Он уже бодро листал одну из книг, но отложил, когда я начал говорить:

— Слушай внимательно. Когда все очнутся — объясни им, что надо учиться, развиваться… но без резких перемен в образе жизни.

Пётр нахмурился:

— Почему?

— Потому что вокруг творится что-то странное. — Я махнул рукой в сторону холмов. — И пока я не пойму, что это и кто за этим стоит, лучше не дергаться. Резкая смена привычек у таких, как вы, может закончиться очень плохо.

Он кивнул, но по глазам было видно, что половину смысла он всё ещё не понимает.

Проверка дальних территорий затянулась почти на месяц.

Скрул встречались повсюду — стаи по несколько сотен особей бродили в своих зонах, редко выходя за привычные границы. Между их ареалами тянулись огромные пустые пространства, иногда на сотни километров.

Я быстро заметил закономерность: только у людских городов тварей собиралось особенно много. Но и там они не спешили сливаться в чудовищные армии по несколько сотен тысяч голов — такое я видел только возле тех девяти городов, откуда сам пришёл.

Здесь же всё было тише, и, похоже, местные о тех землях даже не слышали. Им вбили в головы: «туда нельзя», — и на этом тема закрыта. Ни слухов, ни историй, ни попыток выяснить, что там на самом деле.

Главных среди Скрул я так и не нашёл, как не нашёл и новых поселений людей. Похоже, кроме этих двух городов и тех девяти, немного в стороне, ничего больше нет. Но я-то знал, что там, за этой «запретной» линией, идёт своя война — целые армии Скрул регулярно накатываются на стены, а