Газлайтер. Том 39 - Григорий Володин
Я смотрю на него и думаю: ну гонит же. Чтобы заносчивый полубог решил умертвиться насовсем, лишь бы предложить мне батарейку «на дорожку» — звучит странно. Но с другой стороны, Жора, мой внутренний жабун, легко может отказаться от энергии, просто не приняв её, если мы заподозрим неладное. А если Кузнец попытается подсунуть мне ментальную ловушку — я и сам разберусь, что там лишнее. Я — Грандмастер телепатии, а Кузнец совсем не силён в ментале.
Я говорю:
— Окей.
В следующий миг астральный дух Кузнеца начинает превращаться в плотный белый свет, который постепенно втягивается в меня. Будто мой Источник отрастил пасть и проглатывает всё, что дают.
Кузнец, уже почти растворяясь, бросает:
— Ты всё же слишком доверчивый, человечишка.
Я на долю мгновения задерживаю его слепок — прижимаю ментально, не давая исчезнуть полностью. Астральные линии дрожат, он зависает, ошеломлённый. Не ожидал перехвата на этой стадии.
Я смотрю на него с едкой усмешкой:
— Разве доверчивый?
Слепок Кузнеца моргает. Потом ещё раз. И вдруг у него меняется выражение — что-то похожее на осознание:
— Может, Диана не так уж и не права? — произносит он. Потом, уже быстрее, почти торопливо: — Лучше тебе позволить закончить. Я просто так сказал…
Я усмехаюсь и отпускаю его:
— Конечно, так я тебе и поверил.
Но всё же позволяю свету окончательно пройти внутрь меня. Просто потому что не почувствовал ничего, что не смог бы потом контролировать. Сохрани Кузнец сознание — я бы, конечно, перестраховался и отказался бы от «подарка». Но его матрица расщепляется и становится просто концентрированной энергией, от которой я всегда смогу отказаться.
— Даня, что это был за совет? — смотрит Настя волчьими глазами, а Змейка нюхает воздух, но пахнет только раскаленной магмой, пузырящейся и брызгающей.
— Это подарок от Древнего Кузнеца, — отвечаю я поднимаясь и застегивая куртку. Потом разберусь что конкретно получил от Кузнеца. Сейчас это напоминает небольшую чакру или «колодец», что раскрылась в организме и полна энергии. Можно ее отсечь, но интересно, что будет дальше.
— Организаторы уже совсем близко, — роняю, поймав отклик ментальных щупов, и Змейка тут же помогает мне подняться, ибо не комильфо королю Багровых Земель принимать потенциальных врагов лежа на земле. Да и восстановился я уже.
Вместе с четвёркой Организаторов к нам в расщелину спускаются Света, Маша и Габриэлла. Причём спускает их всех — и Организаторов, и моих жён — Спрутик, аккуратно держа на щупальцах. Размысл при этом переживает такой приступ дрожи в коленях, что кажется, ещё чуть-чуть — и он начнёт хрипеть молитвы. Да и Спутник заметно взбледнул.
Норомос держит Диану на руках. Она всё ещё в стальном доспехе, и хотя без сознания, по быстрому сканированию видно — в порядке.
Йети, оглядев общий хаос и разрушенные плато, тихо присвистывает:
— Вот это номер!
Да уж. Я и сам немного удивляюсь, что пережил битву с полубогом, даже не будучи Высшим Грандмастером. Конечно, изначально весь мой расчёт был на Омелу, которая благополучно подвела и сработала в полную силу далеко не сразу. Впрочем, итог получился более чем неплохим — я ещё и какую-то «чакру» от Кузнеца прикупил.
— Филин! — Света и Маша, встают со мной рядом, сдерживая дружные порывы. Для объятий не время и не место.
А Организаторы косятся на меня. Масаса взгляд скользит по расплавленной поверхности просевших плато, по дымящимся обугленным пластам.
— Конунг Данила, где Древний Кузнец?
Я киваю в сторону раскалённого кратера, заполненного магмой:
— Нет больше Древнего Кузнеца.
— Ммм… — непроизвольно мычит Размысл.
— Согласен с тобой, Мысл, — на полном серьезе качает мохнатой головой Норомос.
— Как и Багрового Властелина, — спешу я сменить тему с себя на что-то другое.
Размысл смотрит пристально мне в глаза:
— В смысле?
Я хмыкаю, специально не обратив внимания что он обратился ко мне без титула.
— Древний Кузнец что-то сделал с Багровым Властелином. Затем тот испарился. Ну и сам Кузнец тоже недолго оставался с нами, — снова киваю на магму.
Масаса требовательно смотрит на своего сканера. Спутник хмыкает и качает головой:
— Единственный полубог здесь — это Диана. Остальных я не чувствую. Печати тоже нет, — добавляет он непонятное слово.
Мм, тот короб — это Печать? Что ж, ее здесь и правда больше нет. Печать сейчас в Багровом дворце под антискан-замками. Но интересно другое — откуда Организация знает что Кузнец ею владел? Наводит на нехорошие мысли. Сговором попахивает.
Размысл снова смотрит на меня:
— Ты не знаешь, куда пропал Багровый Властелин?
— Еще раз «тыкнешь» в меня, Организатор, я тебе язык завяжу узлом, — ставлю на место оборзевшего Высшего Грандмастера, ибо он сам дал хороший повод соскочить с вопроса.
Размысл делает инстинктивный шаг назад. И смотрит с испугом на Масасу:
— Его надо задержать!
— Размысл! — одергивает его магиня Тьмы.
— Мне даже смешно, — делюсь с женами по мыслеречи. — Высший Грандмастер, а такое трусило.
— Так ты завалил Кузнеца, — резонно замечает Маша. — Как им не испугаться?
Сама она мгновенно вскидывается рядом со мной. Как и остальные жены, как и леди Габриэлла.
— А ты часом не попутал? — не выдерживает бывшая Соколова и кричит Размыслу, сверкая огненными забралом. — Так говорить с королём Багровых Земель!
Я произношу резко:
— Моя жена права, леди, — обращаюсь к Масасе, как к главе группы. — Где известная субординация Организации? Вы здесь находитесь, только потому что я позволил.
И киваю вверх.
Организаторы дружно вскидывают головы — и вот тогда на их лицах мелькают нужные эмоции: осознание и позднее понимание масштаба.
На полупровалившихся плато над нами стоят Ауст и группа Грандмастеров-дроу, прибывшие по моему ментальному зову, который я отправил заранее, когда еще лежал без сил рядом со скворчащей магмой. Рядом Пёс глухо рычит, выпуская лёгкие клубы кинетического тумана. И, конечно же, невозможно не заметить Спрутика — распластавшего щупальца в воздухе, будто огромный живой заслон над всей расщелиной. А ещё Золотой Дракон опустился ниже, замыкая кольцо силы.
Одно щупальце Спрутика вытягивается вниз и забирает Диану из рук Норомоса. Йети по кивку Масасы беспрепятственно слушается и отдает полубогиню.
— Думаю, вам пора, — замечаю.
Масаса смотрит на меня долго. В её взгляде смешано предупреждение, тревога и вычисление. И наконец она говорит:
— Это может
