Натиск - Марцин Подлевский
Торговец, конечно, выслушал объяснения и даже просмотрел данные, но было видно, что он не верит Кирк ни на грош. Хуже того, он взирал на нее с раздражающим псевдосочувствием, характерным для каждого поклонника крепких напитков, который, найдя родственную душу в выпивке, снисходительно отмахивается от ее попыток доказать, что она, да, пьет, но только изредка.
Они оказались в тупике, и Блум не имела ни сил, ни желания убеждать торговца в появлении в прыгуне странной девочки, которая не была девочкой. Тем более что с течением времени у нее самой возникало все больше и больше сомнений. Действительно ли здесь появлялся ребенок в платье с оборками? И не похоже ли это на начало средневековой шизофрении?
А потом Тартус обнаружил, что стазис исчез, и впал в ярость.
— Что ты себе надумала, Напасть?! — орал он на совершенно удивленную Кирк. — Где, мать твою, контейнеры с Белой Плесенью?! — Он бегал по стазис-навигаторской, которая уже не была стазис-навигаторской, и бесился больше, чем перед этим кот. Каждую минуту он поднимал и сразу же с отвращением отбрасывал случайные фрагменты оборудования. — Что ты с ними сделала? Где, черт возьми, инъекторы?!
— Я же тебе сказала! — шипела она, готовая взорваться. — Их нет, как и глубинного двигателя! Все было изменено! Заменено!
— Что ты наделала?! — орал он, в десятый раз подбегая к месту, откуда должны были выходить инъекторы. — Зачем ты их сняла, чертова сумасшедшая?! — вопил он, дергая фрагмент навигационной консоли. — Ты нас убила!
— Я уже сказала, это не я!
— А кто?! Какая-то дерьмовая иллюзия?! — он закричал в последний раз и остановился рядом с ней. Кирк отступила; она знала, что торговец с трудом сдерживается, чтобы не схватить ее за горло. — Ты убила нас, — повторил он глухо. — Ты безмозглая, чокнутая стерва…
— Мы и так уже мертвы, — ответила она, удивляясь собственному спокойствию. — Можешь мне не верить… но то, что произошло, — наш единственный шанс.
— Как мы прыгнем без стазиса? — прошептал он, даже не обращаясь к ней, а к себе, опускаясь на кресло у консоли. — Мы не прыгнем, — пробормотал он. — Мы заболеем глубинной болезнью…
— Тартус… — попыталась она, но он не отреагировал. Тупо смотрел в пространство. — Послушай…
— Это не вариант, — сказал он. — Не по… не после них. Лучше я убью себя.
— Фим!
Это его всколыхнуло. Он поднял голову и посмотрел на нее относительно вменяемым взглядом.
— Тебе не нужно выходить наружу, — сказала она. — Достаточно взглянуть на часть внутреннего двигателя… вернее, на то, что от него осталось.
***
Кое-как он позволил отвести себя в машинное отделение, хотя это больше походило на то, как тащат пьяного.
Сам коридор, раньше забитый энергетическими трубами и мыльными блоками муфт, выглядел более или менее знакомо. Но что-то было не так: в игру вступала какая-то неестественная кривизна, мелочь, ускользающая от глаза. Трубы, блоки и зашвартованные карты муфт остались на месте, но в них появилось что-то чуждое.
Самым важным казалось то, что, по-видимому, «Темный Кристалл» все еще имел ядро или что-то значительно его напоминающее. Они подошли к его бронированному лазурному кристаллу. Охлаждающие жидкости, покрывающие броню, работали и выглядели похоже… но — в нескольких метрах оттуда, там, где должен был находиться внутренний приводной вал, соединенный с реактивным двигателем и антигравитонами, — они заметили нечто совершенно иное.
Это напоминало грубо гравированный черный шар, прикрепленный к стенкам паукообразными ножками. Светлые, подвижные ореолы окружали его диски и ободы. Последние слегка двигались в медленном танце, окутанные чем-то похожим на магнитное поле, о чем свидетельствовало легкое искажение изображения. От устройства доносился тихий гул.
— Там что-то есть, — заметила Кирк. — Какая-то пластина. — Она указала на элемент, висящий на правой стене перед шаром. — Обозначение привода?
— Типичный глубинный привод имеет на себе пластину, — прохрипел Тартус. — Обозначение ядра Light Endless Might и уровень привода, от пяти десятых для зондов до единицы, то есть ширина открытия Глубины для прыгуна. Плюс много других вещей, влияющих на такие мелочи, как прочность, скорость активации, энергопотребление и так далее. Там написано LEM?
— Да… Light Endless… Might. Но это, наверное, относится к приводу, а не к ядру. Странно. И какие-то схемы… но я в них ничего не понимаю.
— Еще что-нибудь?
— Абсорбционная Структура Интеграционно-Массовых Объектов, тип V, — прочитала Блум (складывается в ASIMOV в оригинале, если вам это о чем-то говорит — прим. переводчика). — Что это может означать?
— Только то, что мы имеем дело с пятым типом чего-то, что всасывает материю, как гравитационный снаряд, — неохотно заметил Фим. — По логике, это что-то вроде генерируемой… черной дыры.
— Черной дыры?!
— Похоже на то.
— И что она делает? Искривляет пространство?! Как-то сжимает его, чтобы корабль мог проскользнуть?
— Если эта… Энди сказала тебе, что это сверхсветовой двигатель, то, по-моему, не совсем так, — предположил Тартус. — Скорее, он генерирует настолько сильную гравитацию, что позволяет превысить скорость света. Эти трубы, судя по всему, идут отсюда к механике двигательных сопел. Но… это какой-то абсурд.
— Не совсем. — Блум отошла от шара. — В конце концов, это работает.
— Может быть… только это не должно работать. Ничто не может превысить скорость света. Подожди…
— Что ты… Тартус!
Раздался хлопок, и Фим отлетел назад. Кирк вскрикнула, но торговец уже вставал, потирая онемевшую руку.
— Я хотел это потрогать, — объяснил он. — Если бы это было просто голограммой, наложенной на глубинный двигатель, все стало бы ясно… но похоже, что это действительно какое-то поле. Если только ты специально не установила излучатели… но как ты это сделала? У тебя нет оборудования…
— Ты с ума сошел? — простонала Блум. — Тебе мало? И зачем ты сунул туда руку?! Совсем рехнулся?
— Ладно, — прокашлялся немного смущенный торговец. — Возвращаемся в СН. Я посмотрю эти камеры.
— Хорошо, — кивнула Кирк. — Только…
— Что?
— Это уже не стазис-навигаторская. Скорее мостик, — поправила его Блум. — Энди так сказала.
Тартус не ответил. Он быстрыми шагами двинулся назад, и Кирк заметила, что его руки слегка дрожат.
***
— И почему они нас не заметят? — спросил мертвым голосом
