Фантастика 2026-45 - Татьяна Михаль

военачальников, прославившийся взятием Малахова кургана в Севастополе. Как ни странно, но с нынешним президентом маршал довольно быстро нашел общий язык, он стоял на стороне скорейшего перевооружения французской армии и готовился к серьезной драке с бошами, которые стали слишком сильно набирать вес в Старом свете. А это, по мнению маршала, было для его любимой родины неприемлемо. Вторым участником совещания оказался маршал Франсуа Ашиль Базен, командовавший французскими экспедиционными войсками в Мексике, особенно после гибели единственного племянника покойного императора Наполеона III и маршала Форе. Он тоже воевал в Крыму и участвовал в боях против австрийцев в Италии. Вот только на Апеннинском полуострове он себе особой славы не снискал. А вот в Мексике его действия были более чем успешными и вывод французских войск стал следствием политического решения и необходимости концентрации опытных частей перед будущим завоеванием Рейнской области. Третьим военным, учёсывавшим в совещании, стал дивизионный генерал Луи д’Орель де Паладин, человек, чьи политические взгляды во многом совпали с воззрениями самого Тьера. Он занимал важный пост — командующего парижскими гвардейскими частями, от его преданности зависела устойчивость власти в Третьей республике. Он стал известен как герой битвы на Альме, отличался храбростью и был достаточно (как для военного) удачлив, что, согласитесь, немаловажно!

Обычный стол для совещания в кабинете специально заменили на круглый стол, подчеркивающий равенство сидящих за ним государственных мужей. Похожий на уставшего брезгливого бухгалтера Тьер с почти что черными кругами под глазами — результат треволнений и хронического недосыпания последних дней, массивный, крупноголовый основательный Мак-Магон, юркий, гиперподвижный, миниатюрный Паладин, сверкающий седой клиновидной бородкой, величавый, солидный Базен — они все расселись на своих местах и предались самому обычному преддверию любого серьезного совещания — курению. Увы, в это время найти некурящего мужчину и даже, о Боги! женщину, было крайне сложно. Тьер дымил тонкой сигариллой, Мак-Магон раскурил и теперь пыхтел короткой глиняной трубкой, два других генерала изволили приложиться к сигарам, выбрав один и тот же сорт, скорее всего, из-за его дороговизны. А вот пачка новомодных пахинтос оказалась невостребованной. Странным оказалось то, что на столе не было ни капли спиртного! И это говорило лишь о том, что разговор пойдет более чем серьезный.

— Господа! — президент третьей республики отбросил в пепельницу остатки сигариллы и мрачно уставился на военных. — Ситуация сложилась для нас крайне неприятная. Для нас, это для нашей любимой Родины! Немцы наплевали на все наши предупреждения и более того, теперь сумели решить для себя слишком удачно итальянский вопрос. Венеция теперь зависит от них. Насколько я знаю, Людвиг, молодой император, давно вынашивал идею трансконтинентальной железной дороги — от Берегов северного моря до портов Средиземного. Это, как минимум, означает, что исчезает риск гибели грузов в штормах Бискайского залива. И весь грузопоток пройдет по землям Рейха. Для нашей экономики — это крайне невыгодная ситуация, господа! Промышленность Германии быстро набирает обороты. Нам такой конкурент не нужен. Но готова ли армия сказать свое веское слово, господа? Наше перевооружение, насколько я знаю, ещё не закончено. Но если мы не войдем в активное противостояние с империей Виттельсбахов прямо сейчас –репутационные потери окажутся вообще запредельными! С нами не будут считаться даже в дохлом Люксембурге! Скажут, что наши обещания союзникам — пыль и ничего не значимые слова. Да, возможно, я слишком неосторожно дал Виктору Эммануилу гарантии, которые не собирался выполнять, но… если бы его не пленили, то и выполнять их, скорее всего, не пришлось бы. Но… Ситуация повернулась в нам не самым лучшим образом, господа! И мне теперь нужен ваш совет!

По негласной традиции, первое слово принадлежало самому младшему по чину, и таковым в этой команде военачальников оказался дивизионный генерал Паладин.

— Гражданин Президент (Тьер старался подчеркнуть революционность своего правительства и его приверженность идеям Великой Французской революции, закрывая глаза на то, к чему она в итоге привела)… — Луи неожиданно закашлялся, но быстро взял себя в руки и продолжил совершенно спокойным тоном: — Перевооружение нашей армии проходит не так быстро, как хотелось бы, тем не менее, оснащение новыми ружьями достигло шестидесяти восьми процентов. Фактически, старыми системами снабжаются только колониальные войска. Мне неизвестно состояние экспедиционного корпуса, маршал Базен доложит об этом подробнее, но в частях Парижского гарнизона новые системы освоены и приняты весьма успешно. Насколько я понимаю, вопрос упирается только в мобилизационные возможности, но вот для этих целей пока что, на мой взгляд, вооружения недостаточно.

— Я соглашусь с генералом Паладином, и не соглашусь одновременно. — встрял в разговор Мак-Магон. Он сейчас, фактически, исполнял роль военного министра, хотя утверждение на эту должность должно было произойти примерно через две недели. Жернова республиканской демократии двигались пока что со скрипом.

— Я согласен с тем, что перевооружение еще не закончилось. Но к войне мы тщательно готовились, это несомненно. На сегодня общая численность нашей армии в метрополии (я намеренно не учитываю колониальные войска) составляет восемьсот тысяч человек. Но в регулярных войсках числится только примерно половина. Из них двести сорок тысяч сосредоточены в трех корпусах в предполье Рейнской области. Порядка четырехсот тысяч — это наши резервисты, которые находятся на данный момент на ежегодных сборах, что дает нам в том же предполье еще шестьдесят тысяч хорошо вооруженного резерва. Таким образом, мы можем прямо сейчас отправить в бой три армии, преобразовав корпусные управления в армейские и добавив в каждый корпус резервистов. По нашим планам еще двести тысяч составят две армии резерва, которые войдут в Рейнскую область вслед за армиями вторжения. И эти войска полностью перевооружены на новейшие системы и снабжены лучшей артиллерией, какую мы только имеем в наличии. Мобильная часть армии представлена тридцатитысячной кавалерийской группой Антуана Шанзи. Таким образом, мы введем в Рейнскую область чуть более чем полумиллионное войско и полицейские отряды, думаю, сорокатысячного корпуса жандармов будет более чем достаточно. У баварцев там сосредоточены два корпуса — восемьдесят тысяч пехоты. Пограничные укрепления слабы, а три основные крепости давно не ремонтировались. Им постоянно приходится тратиться: то на коронацию, то на похороны монарха. Вот на укреплениях и экономят!

— Вы считаете, что этого хватит? — с сомнением в голосе спросил Тьер.

— Чтобы разбить Рейх — нет. Чтобы захватить и удержать Рейнскую область и дать противнику бой на своих условиях — вполне! Уверен, потерпев неудачу в генеральном сражении, Людвиг быстро пойдет на заключение мира. И тут все карты в руки вам, политикам. Но мы разработали план и на тот