Из забвения - Александр Берг
Успел я углубиться вдоль жилы примерно на метр и уже расчищал пространство вокруг, когда шумная толпа во главе с Жигулиным набилась в штрек.
— Видать сами боги послали нам тебя, — управляющий рассматривал аккуратную кучку камней с прожилками серебра примерно на полтора пуда "пуд - 16 кг", сложенную отдельно от другой породы содержащей мышьяк и медистые вкрапления.
Я только неопределённо пожал плечами и отколол ещё один камень с образованием свинца в нём. В этом штреке мы наткнулись на выход руды, и дальше жила ещё больше расширялась, поблёскивая самоцветами и другими минералами, обогащённые серебром. Так что жила действительно довольно богатая.
— Слышь, Потап, может Болеслава старшим вашей группы поставим? — в шутку кто-то из рабочих предложил.
Вокруг раздались смешки, на что Потап невозмутимо оглядел юмориста и отвесил подзатыльник, снёсший шутника из штрека в основной проход.
— А как тебя в отрочестве прозвали? — прищурив глаз, спросил Жигулин перебирая набитую мной руду.
— Кощей, — не соврав, назвался своей детской кличкой. Из моего мира. Это потом уже, после ПТУ в армии мясо наросло на вытянувшийся скелет.
— Это тот, что сокровища собирает и прячет в мире усопших в дань Маре? — влез опять юморист, помнится, звать его Прокоп.
— Нет, просто худым был и костлявым, — улыбнулся я в ответ.
— Прекратили базар! — хлопнул в ладоши Жигулин Виктор Михайлович. — За работу, мужики! А то как кумушки, трещите тут. А ты, Прокоп, не болтай лишнего.
Так ко мне снова прилипла кличка Кощей. Я не в претензии. В крепком мужском коллективе позволено называть друг друга прозвищами. Без обид. Кстати, Прокопа все зовут Пересмешник.
Быстро перераспределив работы, основные силы были кинуты на выработку серебряного штрека, сделав его на данный момент главным по значимости. Кто-то побежал за заготовленными брёвнами для укрепления свода, хотя я уже укрепил рунами. Несколько работников принялись пробиваться в указанных мной местах. В общем, работа кипела, и количество богатой руды росло на глазах. Нужно будет подкинуть идею о постройке доменной печи у входа в шахту.
К вечеру, после помывки и готовки еды, мы все собрались у центрального очага, с удовольствием поглощая наваристую уху из наловленной Пересмешником рыбы в озере. Ради этого блюда я отпросил его у Жигулина пораньше на рыбный промысел. Будучи в хорошем настроении, управляющий согласился.
Наблюдая за уставшими, но довольными мужиками и отмечая, как хмурится Дубинин, а Лис так вообще метает убийственные взгляды в мою сторону. Получал удовольствие от проделанной работы. Жигулин уже который день ужинает вместе с нами, деля трапезу с работягами. Доев свою порцию, о чём-то задумался, оглядел народ и встал, привлекая всеобщее внимание.
— Мужики, братцы. Все вы выкладывались по полной, эти две десятины и несмотря на то, что перенесли выработку, добыли воистину богатые руды. И потому объявляю завтрашний день разгрузочным отдыхом. Потому разрешаю сегодня испить медовухи всем! — Воцарившаяся тишина во время объявления управляющего взорвалась громкими криками благодарности рабочих. А Жигулин сходил в свой домик и принёс под мышками два пузатых бочонка, каждый литров на шесть.
— А Барсук-то хороший мужик на самом деле, — услышал я рядом разговор нашего Потапа с Прохором из другой команды. — Понимает, что без отдыха мужик, какой бы крепким не был, загнётся.
Веселье затянулось до глубокой ночи на лобном месте между домов у весело горевшего костра. Мужики раскрутили повеселевшего управляющего ещё на две бочки медовухи и в итоге все тут и остались. Кто на брёвнышке умостился, кто-то обнял пенёк, остальные вповалку храпели, где застал их коварный хмель.
Дубинин с Лисом пили мало и потом тихо ускользнули с общего веселья. Я проследил за ними до лесочка и убедился, что заговорщики просто обсуждают планы на последующие три дня, вплоть до нападения разбойников. Лис собирался встретиться с соглядатаем банды в деревне Дубки, а такие типы почти всегда есть, где присутствует харчевня в поселении или трактир на дороге. Дубки как раз недалеко от основного восточного тракта, и периодически на постой останавливаются небольшие обозы для отдыха.
Не стал их дальше подслушивать. Всё равно ничего нового не скажут, а завтрашний день сам всё покажет. Вернулся к общему очагу, оглядел павших во хмелю мужиков, переложил двоих, что бы не захлебнулись, если поплохеет им, и отправился отдыхать.
Глава 5
Сделав утром привычную разминку на облюбованной полянке, искупался в озере и заварил душистый отвар с добавлением смородины и ромашки в отмытом котле для всей бригады. Это им сутра нужнее будет, а приготовить еду они и сами смогут. Тем более, что приучил их брать чистую воду из родника. Допил свой отвар в прикуску с сухарями и пошёл будить Лисьева. Пора уже выдвигаться, наверное. Только подошёл к дому, а он сам уже вышел. Посмотрел на меня хмуро, буркнув неразборчиво, и уковылял по нужде. Значит, будить уже ненужно. И то хорошо.
— Держи список, чего закупить нужно, и деньги. На расходы должно хватить, — Жигулин протянул бумагу и тощий кошель Лису. — За каждый грош отчитаешься. А теперь иди. Запрягайте лошадь в телегу и дуйте в Дубки.
Проводив посыльного хмурым похмельным взглядом, Виктор Михайлович зачерпнул ковшик воды из кадки и вылил себе на голову, блаженно прикрыв глаза.
Проторенная тропа вывела нас из леса и влилась в пыльную дорогу, тянущуюся вдоль кромки деревьев с севера на юг. Я огляделся и смог примерно понять, где нахожусь. Эти горы я помнил. Если двигаться дальше на юг, то через десяток вёрст должен был закончиться лес и начиналось горное ущелье. Сколько же я тогда кочевников в нём похоронил, устроив обвал? Примерно треть от всей орды, кажется. Эпичное зрелище было. Наложенные малые руны вдоль дороги в ущелье и соединённые сетью заклинаний одного из магов, рванули одновременно. Оказалось, что руна разрушения камня в купе со стихийной магией огня, которую тот наколдовал через связующие нити, могут сработать как настоящий динамит.
Взрывы, огонь и летящая во все стороны каменная шрапнель выкосили основные силы преследователей, а предсказуемый обвал довершил начатое. В итоге живых не осталось ни одного всадника, к сожалению, лошади тоже все пали. Жаль животных. Наш отряд вернулся без потерь, что бы нести победу Славии.
Проехав эти десять вёрст, я не смог определить, где был поворот в сторону ущёлья. И
