Обменный фонд. Том 2 - Сергей Линник
Ещё две недели вокруг Михаила водили хороводы. Врачи осматривали его поодиночке и группами, молчали и обсуждали. Я их птичий язык не понимаю, но и так было ясно, чем всё кончится.
А потом я пришёл утром, а у входа в отделение стоял Роджерс. И ждал он точно только меня. Шагнул навстречу, даже рот открывать начал. Но я опередил его:
— Когда?
— Двадцать минут назад. Я как раз хотел послать за вами.
— Уже не надо.
И кивнул в сторону коридора:
— Кто у вас занимается похоронами?
* * *
Необязательные сведения — 2
Иногда в тексте попадаются явления и/или персоналии, не всем известные. Некоторым читателям незнание таких подробностей мешает. Так что это — замена сносок, которые АТ никак не может довести до ума до сих пор.
1) Клиника братьев Майо — одна из известнейших больниц в США. Существует и сейчас, филиалы по всей стране. Крупнейший исследовательский центр. Ввели много полезного и нужного. Если коротко — это знак качества.
Глава 4
Ничего особенного в Лос-Аламосе не было. Если бы не сидящий рядом военный полицейский, громко сопящий от ощущения собственной важности, можно было подумать, что здесь обычный наскоро построенный небольшой городок. Маленькие домики — одноэтажные для чинов повыше, и натуральные двухэтажные общаги для всякой шушеры. Ничего капитального, сплошь щитовые поделки, слепленные по принципу «тяп-ляп, и готово». Да, видно, что построили недавно и почти всё одновременно, и что с того?
Приткнулся я на парковку для мелких служащих. Когда я покупал «Понтиак», то хотел, чтобы машина была удобная, но не очень заметная. Этой модели четыре года уже, кстати, и бегает таких по улицам много. А тут — прямо король парковки. Вон, в углу торчит прыщом близнец моей тачки, а так — всякая дешманская мелочь, которой на пункте приёма чермета пятый год прогулы выписывают.
Колдфилду, наверное, позвонили, он подошёл буквально через минуту.
— Привет, Лео! — протянул он руку.
— Здравствуй. Сурово тут у вас, — оглянулся я на полицейского, который, передав меня встречающему, поплёлся к выходу с парковки.
— Я же говорил — близко к военным, — тихо сказал Ник. — Так что лишних вопросов лучше не задавать.
— Знаешь, даже не интересно, что здесь такое делают. А вот подписать контракт — наоборот, — улыбнулся я. — Пусть ребята занимаются своим делом, а я буду чинить ваши замки.
— Хорошо сказано! Пойдём, проведу тебя.
Предварительный вариант договора я получил. Обычное содержание, ничего особенного. Надо бы уточнить пару моментов, но это так, мелочи. Наверняка сверху повесят секретность, но отдельной бумагой.
Конечно же, я сыграл занудного педанта: перед подписанием потребовал уточнить количество, номенклатуру, складские запасы расходного материала, механизм амортизации, если я своё использовать буду. Они хотели, чтобы я сам покупал всё, а потом ждал возмещения месяцами. Настоял, чтобы расходники предоставлялись со склада. Боролся с чинушами за каждый цент. Дашь слабину, завтра окажется, что ты должен делать всё, да ещё и бесплатно. Не на того напали.
И получилось, что со всеми заморочками я провозился в этом самом Лос-Аламосе до четырёх часов. И мне даже перекусить никто не предложил.
Я выехал через те же ворота с сарайчиком, только на этот раз имея на руках постоянный пропуск ненаучного сотрудника. На объект посмотрел мельком. И пока оценить уровень безопасности не мог. Сегодня за мной по пятам ходил какой-то хмырь в гражданском. Это плюсом к представителю хозяйственной части. Так я и не собирался в первый день диверсии совершать. Как говорил вождь пролетариата своей маме, когда царь его брательника повесил: мы пойдём другим путём.
* * *
На выезде из Санте-Фе у меня взорвалась покрышка. Сначала громко хлопнуло, потом «понтиак» чуть клюнул носом и машину повело влево. Я как раз притормозил, чтобы на довольно узкой улице вписаться в поворот.
Остановился и вышел посмотреть. Передняя левая, блин, как тогда, в Иране. Меня даже передёрнуло от воспоминаний. Возиться с запаской не хотелось. Извозюкаюсь весь, а рубашку жалко. Не говоря уж о брюках. Но было желание подождать, не появится ли сейчас добрый самаритянин, чтобы совершенно случайно предложить помощь. Не стоит слишком хорошо думать о безопасниках, они могут и так тупо работать, потому что их учат этой фигне на курсах.
Минут пять постоял, но неожиданные помощники не появились. Ладно, терпения у меня на троих хватит. Вон, кафе метрах в ста, как раз оттуда позвоню, вызову местных мастеров, а заодно посмотрю вторую серию фильма «Авария на обочине».
Кафе, конечно — забегаловка. Пахнет пережаренным маслом и чесноком. И нос от перца сразу зачесался. Внутри, как водится — тако, жареная кукуруза — элотес, буррито, кола и недорогое пиво. Добро пожаловать в Мексику, дорогой путник. Хот-доги тоже есть. Дёшево и сердито.
— Позвонить можно от вас? У меня на машине покрышку пробило, ремонтников вызвать, — спросил я у стоявшей за стойкой мексиканки. Лет тридцать с хвостиком, симпатичная. Видать, запарилась немного — вид усталый, на платье пятна пота.
— У нас тут кафе, а не телефонная станция, — буркнула она. — Заказывайте что-нибудь, тогда разрешу позвонить.
— Не знаю даже. Дайте такос, пожалуйста, — и я протянул девице четвертак.
— Сейчас сделаю, — так же недовольно ответила мексиканка. — Телефон в задней комнате, пройдите.
Я позвонил, дождался обещания прибыть на место как можно быстрее, и вернулся в зал. Мой заказ был уже готов. Ого, не ожидал. Кроме четырех небольших тако, мне выдали ещё три соуса, из которых я узнал только гуакамоле. И начинки насыпали щедро. От запаха жареного мяса у меня слюнки потекли. Я вспомнил, что ничего не ел с утра.
— Не «пиканте» случайно? — спросил я, показывая на соусы.
— Ешьте, не бойтесь, — улыбнулась мексиканка. — Я сама перец не очень люблю. Колу будете?
— Если можно — лимонад. Сладкого не хочется.
— Из Лос-Аламоса едете? — спросила она, отрывая меня от разглядывания «понтиака» за окном.
— Ага, — кивнул я. — Думал на работу устроиться.
— Вы же Гордону позвонили? — продолжила мексиканка. — Просто он первый в справочнике. Можете не выглядывать. Раньше, чем через полчаса, не явится. Вот утром тут тоже военный колесо пробил,
