«…Плюс автомобилизация всей страны!». - Сергей Николаевич Зеленин
А вы бы на его месте поверили?
Если не иметь «послезнание», конечно, то в такое поверить невозможно - даже при «обострении» всех «душевных» болезней вместе!
Как вариант второго мифа: «кремлёвский шизофреник» не верил в нападение Гитлера, потому что сам готовился на него напасть… Красная Армия по такому случаю не готовилась обороняться и, была застигнута «со спущенными до лодыжек штанами»
Действительно, такое только при «обострении» может привидеться!
Если это было бы так, то Красная Армия должна была действовать «зеркально» Вермахту, в первую очередь строя коммуникации ведущие к границе, подтягивая линии связи и прочую «логистику», без которой успешно наступать невозможно.
Если это было бы так, то это советские разведывательные самолёты массово бы нарушали границу Генерал-Губернаторства, а Гитлер получал бы «предупреждающие» донесения от агентов «Абвера» в СССР. И это не немецкие «фельдфебели», а советские красноармейцы из числа мобилизованных западных украинцев, или просто недовольных Советской Властью - по ночам бы переплывали Западный Буг, с целью предупредить об готовящемся «неожиданном и вероломном» на мирный Рейх…
И главное:
Если это было бы так, то разбив в Приграничном сражении Первый эшелон «готовящейся к вторжению» Красной Армии, Вермахт не попёрся бы вглубь страны - готовя её населению План «Ост». Он встал бы в оборону на польских укреплениях старой границы – обезопасив Рейх с Востока, а Гитлер предложил бы Сталину мир на своих условиях.
Так что версия об «превентивном ударе» не канает от слова «совсем»!
Совершенно дикой кажется и версия с якобы «чрезмерной автомобилизацией» Красной Армии. Что в ней было столько много транспортных средств (на 22-е июня - миллион триста тысяч всех типов автомобилей, против шестисот тысяч у Вермахта), что якобы спровоцировало её части и подразделения к «неконтролируемому отходу» - сиречь к безудержному драпу на Восток. Типа лишь достигнув линии Днепра - мосты через который контролировали заградительные отряды НКВД, армия остановилась и приведя себя в порядок, стала сражаться…
Ну а там и «Второй стратегический эшелон» подоспел!
Сторонники такой нелепой версии на полном серьёзе утверждают, что если бы вместо мотострелковых дивизий Красная Армия состояла бы из стрелковых (или пехотных, как у Вермахта) – передвигающихся пешком, то не имея возможности сбежать от танковых групп противника - она бы стойко оборонялась даже попадая в «котлы», тем самым сорвав «Блицкриг» и не дав противнику продвинуться дальше старой советско-польской границы…
Таким «умникам» противоречит сам Гитлер, как-то раз в сердцах заявивший:
«Если бы я знал, что у Советов столько автомашин, я бы никогда не решился бы на эту войну!».
Так что Фюрер и видимо его генералитет, напротив считали «чрезмерную автомобилизацию» Красной Армии фактором - обнулившим их планы за три месяца дойти до заветной линии «Астрахань-Архангельск» и затем руками «айц-групп» из СД, заняться «оптимизацией численности» славянского и прочего «недочеловеческого» населения.
Более правдоподобной чем вышеописанные, кажется версия о пресловутом «человеческом факторе» в Красной Армии. Причём сверху донизу.
Если положим маршала Бориса Шапошникова ещё можно сравнить с его германским коллегой - Начальником штаба Верховного командования сухопутных войск (ОКХ) нацистской Германии генералом Францем Гальдером, то вот уже уровнем ниже – фронтовым…
Провал!
Достаточно почитать биографии Командующего Западным особом военным округом (Западным фронтом) генерала армии Мерецкова и противостоящего ему генерал-фельдмаршала Морица Альбрехта Франца Фридриха (уффф, за@бал) Федора фон Бока – Командующего Группой армий «Центр», чтобы понять это.
И чем ниже, тем «всё хужее и хужее» - вплоть до командиров рот, батальонов, полков и даже дивизий не умеющих читать карты и из Боевого устава знавших лишь несколько трескучих фраз принадлежащих бессменному Начальнику Политупра Красной Армии:
«Если нашей армии придётся воевать, то это будет самая наступающая армия мира!».
Причина такого вопиющего положения с кадрами «среднего звена» - классовый подход к набору в военные школы (с 1937-го года – училища) проводимый со времён Михаила Фрунзе, когда выбирали не самых грамотных среди кандидатов в командиры РККА, а «правильного происхождения». Этот классовый апартеид закончился лишь после принятия в 1936-м году новой Конституции СССР, по которой все граждане страны стали равны. От желающих поступить в военное училище стали требовать прежде всего наличия как минимум «семилетки»… Но как надо понимать за три-четыре года массового среднего командира, способного руководить хотя бы батальоном, не подготовишь.
Наиболее зияющим провалом стало практически полное отсутствие в Красной Армии института младших командиров – сиречь сержантов.
Да!
Имелись звания и должности, но не было былого – как в Русской императорской армии, авторитета. А стало быть не было и надлежащей воинской дисциплины в Красной Армии. А без последней, любая армия после первых же выстрелов превращается в стадо бегущих баранов. Ибо ещё со времён первых жгутиковых организмов, инстинкт самосохранения превалирует над всеми другими мотивациями – в том числе и над «сознательностью» всех её видов.
«Надлежащая воинская дисциплина» же, прививается войскам только самой беспощадной муштрой - по которой военнослужащий повинуется команде начальника не задумываясь, на уровне инстинкта.
В Гражданскую войну РККА держалась на мобилизованных в неё солдатах и унтер-офицерах ещё старой – Царской армии, в которых комиссары-большевики драконовскими методами смогли разбудить вбитые кулаками «шкуродёров» фельдфебелей рефлексы. После оной же, вставшие во главе страны интеллигенты-радикалы из так называемой «Ленинской гвардии», решили заменить воинскую дисциплину военнослужащего на так называемую «сознательную дисциплину гражданина».
А чем воспитывается «сознательность»?
Правильно – политической работой!
Не ненавистной муштрой же, в самом деле…
А «политическая работа» согласно определению того времени, это что?
Командиру РККА упорно не давали стать солдатом, то есть человеком, который должен заботиться исключительно о том, чтобы суметь защитить с оружием в руках интересы своей страны. Ему (как, в той или иной мере, и всем гражданам СССР) навязывали стандарт поведения русской радикальной интеллигенции, предполагавший:
- Увлеченность общественно-политическими проблемами - активное изучение марксистско-ленинского учения, истории ВКП(б) и событий и проблем текущей политики и так далее.
- Активное участие в общественной работе, которая обуславливалась членством в ВКП(б) или ВЛКСМ и которую тогда формально отделяли от собственно общественной, именуя партийной работой.
С целью воспитания гражданской сознательности, бойцов и командиров РККА (и даже их жён!) стремились непременно вовлечь в всяческие «кружки по проработке вопросов текущей политики», проводить всевозможные «теоретические конференции» по всякому – совершенно не входящие в их непосредственные обязанности поводу.
Последовало почти полное пренебрежение строевой подготовкой. На неё стали смотреть как на какой-то досадный придаток, отрыжку старого режима. Фактически это было отрицание самих основ армии.
Отношения между подчинённым
